Жена ужасного чудовища

Глава 5

Разумеется, об отдыхе не шло и речи. Расположившись в гостиной при покоях герцогини, которые явно не пустовали последнее время, баронесса Марсент еще раз полностью обсудила с Дариусом детали соглашения, изредка поглядывая на Айрин и будто пытаясь считать с нее реакцию на свои слова.

И в завершении довольно хмыкнула, решив, что дядя и его племянница не задумали чего без ее ведома. Будто Айрин и правда могла раскрыть себя перед этой лисой. Графа она боялась намного больше и даже под пытками бы не созналась, что Дариус все же дал ей несколько наставлений.

После отдыха тоже не последовало. Баронесса пожелала, чтобы Айрин с десяток раз повторила заученную для короля речь, свои обязанности, которые придут к ней вместе с временным титулом герцогини, и брачную клятву, что должна была прозвучать с рассветом.

Когда эта бесконечная пытка закончилась, Айрин едва стояла на ногах. Дядя с баронессой отправились в столовую отужинать, а ее в сопровождении служанок отослали в гостевое крыло, в одну из дальних спален. Невесте пища перед свадебной церемонией не полагалась. Она, видите ли, должна была быть легка, свежа и прекрасна согласно обычаям. И никого совершенно не волновало, что Айрин выходила замуж за чудовище, которому будет совершенно все равно какую девицу приведут к алтарю.

— Держите руку выше, леди! — буркнула одна из служанок, которые намывали Айрин в купальнях, и грубо дернула за тонкое запястье.

— Габи. — лязгнул голос главной служанки — мадам Терезы. Она наблюдала за всем со стороны и изредка давала указания. — Не позорь дом Армондов. Эта леди скоро станет нашей герцогиней.

Тон ее голоса не обманывал — мадам и сама ненавидела эту мысль. И страха за свое будущее в ней тоже не было. Однако позволить себе вымещать негодование на благородной леди ей не позволяла честь. Айрин слабо улыбнулась. Когда-то и в ее доме были достойные слуги, но дядя оставил на службе лишь лояльных себе.

— Ха! Герцогиней? — Габи со злостью кинула в ванну тряпку, которой натирала тело Айрин до красных полос, и брызги окатили бледное обескровленное лицо. — Да если бы баронесса не выкрала у Региса печать рода, эту… леди не пустили бы на порог нашего дома! Его Светлость доверил дела Регису, а эта пузатая лиса…

— Габи. — прижгла словом мадам Тереза, и служанка поджала губы. — Выйди. Уля, продолжай вместо нее.

Невысокая молодая девушка со светлыми волосами и ручками, что были еще тоньше, чем у самой Айрин, подскочила к ванне и растерянно замерла. Обрез ткани благополучно утонул, и Уля не знала, стоит ли ей нырять за ним по самое плечо, беспокоя леди, или же взять новый.

— Держи. — Айрин сама достала ткань, а сама невольно проследила за удаляющейся спиной Габи.

— Благодарю, гос… леди! — воскликнула Уля, и от ее звонкого голоса разболелась голова.

Точнее, причиной тому было бессилие, которое парализовало Айрин и забрало часть решимости. Ей вдруг стало страшно от неизвестности, что ждала за углом. Новый план, разумеется, у нее уже был. Но вот шансы на успех казались столь малы, что опускались руки.

— Вышли все. — вдруг лязгнул голос мадам Терезы, когда Айрин вывели из купален и усадили в кресло, чтобы начать подготовку к… торжеству.

Оказавшись наедине с совершенно незнакомой женщиной, привыкшая к жестокости окружающих Айрин напряглась и посмотрела на нее исподлобья. Она ожидала чего угодно, но то, что сухая и строгая женщина, вытащит из кармана форменного платья небольшой сверток и нерешительно его развернет — совершенно точно нет.

— Вам понадобятся силы, леди.

Айрин глупо пялилась на маленькую булочку, вареное яйцо и тонкие полоски вяленого мяса. А затем все они неожиданно расплылись от слез, что наполнили ее глаза в один миг.

— П-прошу прощения, леди… — засуетилась главная служанка, заворачивая еду обратно в ткань. — Я позволила себе лишнего.

— Нет, нет! Я буду, я… — Айрин спешно вытерла рукавами сорочки лицо и протянула ладони. — … действительно совсем без сил.

Айрин и сама не ожидала от себя подобной несдержанности. Должно быть отчаяние завладело ей слишком тихо и незаметно, пробралось в самое сердце, а затем неистово зашипело в лучах совсем маленькой и такой простой доброты, вымываясь с потоком непрошенных слез.

— Должно быть вам нелегко принять свое положение, леди, — осторожно выверяя слова говорила мадам Тереза.

Айрин видела, что та пристально наблюдает за каждым ее движением и тем, как жадно она ест сухую плотную булочку и резиновые полоски мяса, как торопливо чистит яйцо и едва не запихивает его в рот разом.

Мадам Тереза молчала. Она лишь позволила себе отойти за стаканом воды — лучшее, что она могла сейчас предложить бесправной леди.

— Госпожа.

Неожиданное обращение заставило Айрин замереть и вскинуть удивленный взгляд. И ее глаза только ширились с каждым мгновением, ведь эта статная женщина опустилась перед ней на колени, сложила ладони у лба и опустилась им об пол.

— Что вы?… — выдохнула Айрин, но мадам Тереза горячо воскликнула:

— Молю вас! Помогите Его Светлости вернуть человеческий облик! Клянусь своей жизнью и жизнями всех жителей особняка, наш господин справедлив! Вы получите многим больше в благодарность за спасение дома Армондов, чем могла бы даже вообразить баронесса!