Жена в Ад: спасти нельзя оставить

4. Дестер отправляется... куда-то

В комнате, куда я влетела, находились трое. Толик, Петя, и страшное рогатое существо, по всем приметам подходящее под описание демона.

Он изменился. Его ровные рога, сантиметров тридцать, чуть изогнутые назад, упирались в потолок. Огромное тело, полностью скрытое плащом, раздалось вширь и вверх, заполнив собой почти всю комнату. Свирепое лицо с красными глазами напугало. Раздвоенным языком монстр облизывал щёку моего бледного сына. Толстые ноги заканчивались копытами. Копытами!

Демон держала Петю за горло когтистой лапой, поднеся того к своему лицу. Сын брыкался и пытался руками ударить противника. На что тот ехидно скалился. Казалось, ещё чуть-чуть и голова сына оторвётся.

– Мама! – крикнул Петя, срываясь на хрип, и у меня внутри лопнула пружина, освобождая мать – защитницу.

От страха зажмурилась. Огромные клыки торчали из пасти, что в два раза превышала голову Пети. По ощущениям, демон игрался.

– Отпусти моего сына. Резко втянула воздух и подошла вплотную к чудовищу.

– А это кто у нас такая? – демон принюхался большими ноздрями, а я подхватила сына за талию. Так он хотя бы не висел в воздухе.

Обернулась в поисках мужа. Толик стоял возле стола и ни на сантиметр не сдвинулся ко мне.

Толик - муж

Демон рассмеялся грохочущим низким голосом.

– Храбрая детка, но слишком слабая, чтобы мне приказывать, да и пахнешь ты противно – добродетелью. То ли дело твоя семья: прелюбодеяние, сквернословие, нечистые помыслы, коварство, хула, не почитание родителей. Список можно продолжать бесконечно. Вку-у-усно, – язык снова пробежался по скуле Пети.

– О чём ты говоришь? Мои родные чисты. Я каждое воскресенье хожу в церковь и исповедуюсь! Молюсь за себя и за них! – возмутилась я.

– Ха-ха-ха. Наивная! Ты и половину их грехов не знаешь. Твой муж – зарвавшийся чиновник и вор, а также никудышный муж и отец.

Я растерялась.

– Это не грех, – начала я возмущаться.

– Молчать! – рявкнул демон, но я и не подумала.

– Я понимаю, муж! Он взрослый, возможно, и имеет грехи, но мальчик не виноват. Ему – всего одиннадцать. Не забирай его! Прошу! Возьми меня! – я в отчаянии ухватилась за руку-лапу существа, повиснув на нём.

– Зачем ты мне, праведница? Что я с тобой буду делать? – демон явно насмехался.

– Всё, что захочешь, только отпусти сына, – со слезами уставилась в глаза демону. Слёзы капнули ему на ладонь, и демон скривился. Он отшвырнул Петю к стене, как ненужный хлам. Сын ударился спиной, тихо застонал и сполз на пол без сознания, как тряпичная кукла.

Я бросилась к нему. Проверила пульс – жив.

Демон схватил за шею меня. Я начала задыхаться, когда горячие пальцы существа подняли меня на уровень его глаз. Скользкий язык пробежался по щеке, а я скривилась от омерзения. Он, кстати, тоже.

– Мне не нужна жертва. Ты не вкусная, но я могу тебя забрать в качестве рабыни, – демон осклабился, а на меня дыхнуло жаром из его рта, – естественно, вместе с ними.

– Нет! – от отчаяния, откуда-то взялись силы на сопротивление, – я пойду сама, только оставь сына здесь! – от страха за жизнь Пети в голове помутилось. Тело вытянулось в струнку. В груди что-то лопнуло. Боль стала невыносимой. Рёбра, будь они не ладны. Только бы лёгкие не проткнуло, тогда шансов на спасение сына нет.

– Подстилка! Демонская шлюха, – заорал мой муж, и я будто очнулась от транса.

Толик! Почему он нас не спасает? Почему не посмотрит, как там Петя?

Демон опустил меня на пол, но шею так и не высвободил от захвата. Мне показалось, что в его глазах засветилось любопытство.

– Кто бы говорил?! Не у тебя ли в каждом городе по любовнице? – усмехнулся демон Толику.

О чём он? Я со страхом смотрела на огромные когти, и разум мутился.

– А что мне остаётся? Эта чокнутая из церкви не вылезает. То суббота, то ещё какой праздник, то голова болит. А я мужик! Настоящий мужик со своими потребностями! – закричал в ответ мой муж.

Это что он такое говорит? Никогда не отказывала Толику в ласках. Да я бы и не посмела. Но ещё, я очень хотела дочку. Надеялась.

– Да? Настоящему мужику нужно семь любовниц? – снова съехидничал демон.

Семь? Какой ужас. – С брезгливостью посмотрела на мужа.

Я никогда не думала об этой стороне вопроса. Некогда было. Просто тихо радовалась, что могу побыть с сыном вдвоём, когда он уезжал.

– Откуда ты всё знаешь? – закричал взбешённо Толик.

– Я? Я демон порока. Я всё знаю о тебе, твоём сыне и каждом человеке в этом прогнившем городе, – взревел демон. А я оглохла от такого раскатистого рыка. – Мы соблюдаем равновесие. И, когда грехи переливаются, как из чаши, приходим мы.

Дестер. Демон порока. Читает души. Судья

Наступила тишина.

– Ты всё врёшь, тебе всё равно, кого забирать! Я – невиновен, это всё она, – Толик ткнул пальцем в моём направлении, а я… растерялась.

Демон вздрогнул, разъярённо вздохнул и вдруг стал увеличиваться. Изначально красные глаза стали похожими на переспелые вишни. Они начали наливаться мистическим светом. Демон преобразился. Рога проткнули потолок. В нём уже не было ничего человеческого. Только желание исполнить приговор.

– Как ты смеешь меня – судью, обвинять во лжи? – взревел он, – махнул рукой, и дверь, в которую я вошла, захлопнулась. Воздух потяжелел, освещение замигало.