Жена Ворона

1.

Я сидела в кафе, задумчиво листая каталоги, и старательно игнорируя Кайзера, который, мрачный как пик Коммунизма, расположился напротив с очередной чашкой кофе. Моя идея завалиться в первое попавшееся заведение, чтобы посидеть и подумать в необременительной обстановке, моему личному телохранителю крайне не нравилась -хотя бы потому, что с точки зрения безопасности кафе на одной из окраинных улиц было не лучшим вариантом. Цены здесь были бросовые, повара недалеко ушли от гастарбайтеров, а публика была специфическая, особенно ближе к вечеру. Работники среднего звена, студенты -как ни крути, а женщине моего статуса делать в таком месте было решительно нечего. И тем не менее, я находилась именно тут -сидела за дальним столиком, игнорируя чужие взгляды и разговоры, ждала, пока на шубе, стоимость которой превышала годовую арендную плату данного кафе в два раза, высохнет снежная влага, и скучающе листала каталог, пытаясь выбрать себе свадебное платье. Ну и понять -как так получилось, что я ответила Владимиру Воронову согласием? Я ведь могла отказаться. Сослаться на миллион и одну причину. Мы не пара. У меня есть муж, с которым я вместе практически двадцать лет. Да на могиле Ворона -старшего еще даже земля не осела! И какие же из этих аргументов я привела? Да кажется все. Но они разбились о стену упрямого молчания и я была вынуждена сдаться, понимая, что ни до общественного, ни до моего личного мнения Владимиру, будем откровенны, дела нет. Я поставила условие? Пусть в истерике, не отдавая себе отчета, но поставила? Владимир его выполнил в кратчайшие сроки. Все, финиш. Обратного пути уже нет. Слова назад не возьмешь и на банальное «я пошутила» уже не съедешь. Поздно, Марго.

Перелистнув очередную страницу, я вздрогнула, когда айфон, лежащий на столешнице, завибрировал и засветился, давая мне понять, что со мной хочет связаться абонент, еще недавно значившийся в записной книжке как «Любимый». Увы. Сейчас это был просто набор цифр, потому что любовь моя к Лаврентию если и не ушла, то претерпела значительные изменения. Да и как могло быть иначе? Узнать, что прожила жизнь, пусть и счастливую, с человеком, который все время тебе врал, причем с самого начала? И ладно бы ложь… Но кража папиных разработок и папина же смерть на этом фоне… Это было слишком. Я не могла с этим смириться. Пыталась себя уговаривать, что за давностью лет это уже значения не имеет, у нас с Лаврентием счастливая семья, дочь в конце концов! Но увы. Не могла я и дальше жить так, словно ничего и не случилось. А Марья… Моя дочь заслуживает если и не знать всей правды, то уж точно не жить в бесконечной лжи. Я не могу сказать, что ее отец -вор и убийца. Но и скрывать то, что намерена развестись с Лаврентием и выйти замуж за другого мужчину я не стану. Хотя, если Маша задаст очень простой вопрос «Почему?», то я не знаю, что смогу на это ответить. Разлюбила? Смешно. Разочаровалась? Уже ближе.

Я потянулась к айфону, но мою ладонь прижали к столешнице -Кайзер был явно против того, чтобы я пообщалась с почти уже бывшим мужем.

-Не смеши, -поморщилась я, -Лаврентий наверняка получил бумаги о разводе с моей подписью, вот и бесится. Все хорошо, правда, -успокаивающе улыбнувшись, я мягко высвободила свою руку и сунула в ухо беспроводной наушник, принимая вызов.

-Марго, черт возьми, что это значит?! -судя по голосу, Леопольд был если и не зол, то крайне к этому близок, хотя и старался держать себя в руках. -Какой развод? Одумайся. У нас дочь несовершеннолетняя! Тебе нужен суд? Потому что я ничего подписывать не стану! Ты моя жена и ей останешься! Марго, ты меня слышишь?!

-Не подписывай, -пожала я плечами, стараясь говорить как можно равнодушнее, хотя руки от волнения подрагивали, пришлось даже опустить их под стол и вцепиться в клатч, лежащий на коленях. -Оформить это дело задним числом не проблема. А Маша… Какой аргумент ты приведешь в суде? Я не пью. Вполне дееспособна. Ни в чем компрометирующем не замечена. Ну и плюс мнение самой Маши... Какова вероятность, что дочь останется с тобой? Не смеши. Решим все миром. И я, так и быть, разрешу тебе ее видеть раз в полгода. Ты все равно в России чаще не бываешь. Никто ничего не потеряет, -браво, Марго, даже голос почти не дрожит. Ты справилась. Справилась же?

-Марго, милая, ну что ты творишь? Что вообще происходит? Ну какой развод, о чем ты вообще? -в голосе Лаврентия появились умоляющие нотки, но я не повелась. Хватит. Он мне врал всю жизнь. С чего сейчас ему делать иначе? -Мы же любим друг друга. Всегда любили. В какой момент все изменилось?

-В тот самый, когда я узнала, что ты украл папины разработки, увез их заграницу и выдал за свои, -произнесла я с болью в сердце. -Вся твоя великая научная карьера прямиком из папиной тетради.

-Допустим, -не стал отрицать Лаврентий, -допустим, Марго. Но скольким людям «Радиус» помог?

-Мне плевать, -отрезала я, -важен сам факт. Папа хотел выйти на зарубежный рынок, но все разработки должны были вестись в нашей стране, и вакцина, или что там у тебя, должна была быть бесплатной. А что мы имеем? Цена одной ампулы стартует от полумиллиона рублей и достигает бесконечности. Неплохой бизнес вы с этим старым уродом замутили, ничего не скажешь! -горько усмехнулась я, надеясь, что Виктор Воронов сейчас в гробу ворочается.

-Между прочим, Марго, именно на эти деньги ты себе покупаешь драгоценности и шубы, -усмехнулся Леопольд, -и дочь наша тоже не бесплатно учится.

-Я уходила из дома к нищему ученому, вчерашнему студенту, -напомнила я, -полагаешь, меня волнуют деньги? Да черт бы с ними! Я тебя любила! Дура... Не звони мне больше, -голос все -таки меня подвел и сорвался.

-Марго, я ведь приеду, -с откровенной угрозой произнес Лаврентий. Кайзер, в ухе которого находился второй наушник, нехорошо ухмыльнулся.

-Советую из аэропорта ехать прямиком на кладбище, -проинформировал он, -все равно другой дороги у тебя, бывший муж, не существует, -не прощаясь, он сбросил вызов, а после вообще отключил мой айфон и убрал во внутренний карман своей кожаной куртки, капюшон которой был отделан мехом. Я судорожно вздохнула, понимая, что очень хочу выпить, чтобы избавиться от этого чувства собственной беспомощности. Лаврентия я знаю, в достижении цели он упорен, а значит, и впрямь вскоре стоит ожидать в городе его появления. На счастье, я проплатила Марьиной танцевальной студии длительные гастроли по ближнему зарубежью, поэтому сейчас дочь находится в Чехии, Кристина и несколько человек из личной охраны Владимира за ней круглосуточно присматривают, но сердце все равно не на месте. К дочери Лаврентия, вздумай он объявиться, не подпустят, у Кристины на руках судебный запрет, и опустим, насколько бумага сфальсифицирована — в конце концов, когда твой жених временно взял на себя обязанности мэра города за неимением другой кандидатуры, такие мелочи уже значения не имеют. Мы не в Москве, к счастью, с некоторыми вещами тут гораздо проще.