Жена злодея, или Брачный договор попаданки

Глава 8

Дверь распахивается с такой силой, что удивительно, как она не слетает с петель, и в зал стремительно входит Хэйк. О, мой муженёк хорош собой! Высокий, широкоплечий, глаза горят гневом, плащ развевается за спиной, узкие брюки обтягивают мускулистые бёдра…

«Плащ?»

Возвращаюсь взглядом на длинный, до пола предмет одежды из плотной ткани с капюшоном и затейливой пряжкой на груди.

«Выходит муженёк решил куда-то свинтить, не сообщив мне, но вернулся, узнав о неожиданной гостье?»

Было за что поблагодарить Фейлору. Не нравится, что у моей подруги хвост? А нечего жену бросать в первый же день семейной жизни и уезжать куда-то с другой женщиной!

Хэйк тем временем приближается к нам и, остановившись, окидывает Фейлору с головы до ног таким взглядом, что девушка прижимается ко мне. А Каханер рычит разъярённым зверем:

– Наг в моём замке?!

– Нагиня, – с испуганным кокетством поправляет Фейлора. – Скажу сразу, я не желала быть здесь. Так получилось…

– Вон! – коротко выдыхает Хэйк.

Вроде негромко сказал, но будто в рупор крикнул, что по телу пробегаются мурашки.

– Э, нет, – выступаю вперёд и закрываю собой Фейлору. – Не выгоняй мою подругу, милый. Она наша дорогая гостья.

Кажется, или у Хэйка дёргается глаз? Странно, что мужчина так эмоционально реагирует на присутствие этой невинной девушки. Дважды удивительно, если вспомнить, что раньше он напоминал отмороженного королевского пингвина: высокомерного и молчаливого.

Но сейчас прямо-таки фонтанирует!

– Не потерплю в своём замке никаких змей, – цедит сквозь зубы.

– Раньше надо было думать, любимый, – нежно отвечаю я и даже посылаю воздушный поцелуй. – Раз в замке появилась милашка Аллаисса, то почему бы не пополнить нашу личную коллекцию змей? У тебя ядовитая гадюка, а у меня очаровательная нагиня. Я за равноправие в браке!

– Нет. Прогони её!

– Этот пункт есть в договоре? – деловито спрашиваю я.

Видимо нет, потому как Хэйк молча буравит меня взглядом, от которого волоски на руках приподнимаются дыбом, но в ответ лишь улыбаюсь. Да после моей начальницы и её еженедельных головомоек, где на меня сваливали все недочёты нашего отдела, это – приятная беседа!

– Кстати, об Аллаиссе, – я решаю сделать ход конём и ответить на нападение ответной атакой, поэтому подхожу к Хэйку и беру его под руку. О, какие бицепсы ощущаются под одеждой! Муженёк напряжён, как пружина. – Куда это вы с ней на ночь глядя собрались? Ты, часом, мне не изменяешь?

Мужчина моргает и хмурится, зато лёд во взгляде стремительно тает. Чтобы ковать железо, пока горячо, пользуюсь коротким смятением мужа и сообщаю Фейлоре:

– Эта ночь была нашей первой в браке.

– Поздравляю, – неискренне улыбается нагиня, опасливо посматривая на мрачного Хэйка. – Желаю сильного и здорового потомства.

На последнем слове муженёк вдруг едва заметно вздрагивает и бросает на меня быстрый взгляд. Точнее, на конкретную мою часть – на живот. И тут до меня медленно доходит, что послужило резкой переменой в отношении муженька к новой супруге.

Должно быть, Костик сообщил ему о пятне крови! Вот Каханер и осадил свою змеюку Аллаиссу, а сейчас занервничал, услышав слово «потомство».

– Хорошо, – нехотя говорит Хэйк. – Пусть… твоя гостья остаётся. Ненадолго.

Это подтверждает мои предположения.

– Спасибо, любимый! – на миг прижимаюсь к нему, а потом смотрю с преувеличенным восторгом: – Ты такой добренький! Лучший муж в мире… Нет. Во всех мирах!

Отпускаю мужчину и спешу к нагине. Очень хочется расспросить её о мире, в который я попала. На фоне немногословного Хэйка, нелюбезного Костика и запуганных слуг, она выглядит адекватной… Несмотря на хвост!

Останавливаюсь и, оглянувшись, вижу Хэйка на том же месте. Удивлённо приподнимаю брови:

– Разве ты никуда не спешил? – Беру Фейлору под локоток одной рукой, другой машу мужчине, застывшему с мрачным видом. – Хорошего дня, дорогой. Работай усердно!

Хэйк разворачивается на каблуках и покидает зал так же стремительно, как вошёл в него. Я же, выскользнув через белую дверцу, жду, когда выползет весь хвост нагини, и весело сообщаю:

– В этом замке меня и за человека не считали, пока ты не появилась. А теперь и слуги по струнке, и муж прислушивается. Спасибо, что сбежала из дома. Кстати, а почему ты это сделала?

Мы устраиваемся на диванчике в небольшой красиво обставленной гостиной. Я сажусь, а нагиня сворачивает хвост кольцами и ложится на него своей пышной грудью.

– Тебе не холодно? – заботливо уточняю я. – Может, приказать слугам принести шаль?

Фейлора улыбается:

– Слышала, что в Тенебрисе женщины надевают на себя много тканей. Нагини ехидно говорили, это для того, чтобы скрыть свои худосочные тела. Но в книгах читала, одежды эти мужчинам вашего королевства кажутся красивыми. Но в Гирайче не принято украшать себя тканями. Только золотом!

– Значит, тебе не холодно, – с интересом выслушав, делаю вывод я.