Жена злодея, или Брачный договор попаданки

Глава 15

В общем, летать мне не нравится. Прижимаясь к Хэйку, жмурюсь и мечтаю вновь ощутить под ногами твёрдую землю, но, когда это происходит, вдруг осознаю, что не хочу разжимать руки и отпускать мужчину.

Мы стоим так несколько минут, а я всё ещё убеждаю себя отстраниться и при этом слабодушно уговариваю ещё на секундочку задержаться. От тела Каханера веет теплом и… какой-то надёжностью.

И с каждым мгновением промедления мне сильнее не хочется смотреть мужчине в глаза, признавая свою слабость.

– У тебя руки свело? – ледяным тоном уточняет Хэйк.

– Угу, – с облегчением отвечаю я. Какой замечательный муж! Сам придумал объяснение. – Помоги, пожалуйста.

Мужчина сжимает мои плечи и отставляет от себя, и я пошатываюсь, удерживая равновесие.

– Я больше никогда не хочу… – начинаю с претензией в голосе.

Но тут к горлу подкатывает тошнота, и я торопливо отворачиваюсь от Хэйка, Хватаюсь за деревянные перила и, перегнувшись через них, освобождаю желудок. Уж не знаю, от чего, ведь я, согласно предполётным правилам, озвученным дамой в чёрном платье, ничего не ела.

С трудом удерживаясь на ослабевших ногах, хрипло закачиваю:

–…Летать в твоём грёбанном вихре.

Перед глазами плавают разноцветные пятна, дурнота не отступает, а Хэйк молчит, даже не собираясь извиняться или утешать меня. Злясь всё сильнее, я продолжаю ворчать:

– Беременным противопоказаны полёты. Не знал?

Зрение проясняется, мне становится значительно лучше, но я не хочу так просто сдаваться. Каханер должен признать, что перегнул палку с домашней тиранией. Поэтому начинаю играть в жертву:

– Перепады давления опасны, не говоря о том, что… Меня снова мутит. Буэ!

К сожалению, тошнит меня по-настоящему, но я испуганно прижимаю ладонь к губам, внезапно заметив внизу людей. Мы с Хэйком были не одни. Далеко не одни! Но хуже того, что некоторые зрители, судя по ужасающим свидетельствам, оказались на линии огня, когда я в первый раз перегнулась через перила.

Подавив усилием воли ещё один приступ тошноты, отнимаю ладонь от губ и виновато лепечу:

– Извините…

– Извиняешься перед теми, кто нападал на беззащитных жителей побережья, грабил и насиловал? – слышу саркастичный голос Каханера. – Да моя жёнушка образец доброты и сострадания.

– Отдуваюсь за двоих, – огрызаюсь я. – Ведь в тебе этих качеств и капли нет.

Но муки совести тут же пропадают, и я жалею, что сдержалась и не выдала этим зверям в человеческом обличие контрольный «выстрел».

– Спасибо за комплимент, дорогая супруга, – серьёзно отвечает Хэйк, и я не понимаю, шутит он или принимает мои слова за чистую монету. – Рад, что ты понимаешь меня лучше других.

Заложив руки за спину, он прохаживается по небольшому, огороженному перилами, возвышению. Я же с интересом оглядываю корабль, на котором мы оказались, отмечая, что пираты стоят неподвижно, будто заколдованные.

– Морская фигура замри, – бормочу себе под нос и прищуриваюсь. – Он будто всех обездвижил.

– Почему будто? – тут же отзывается Хэйк, доказывая, что у него отличный слух. – Так и есть.

Оглядываюсь на мужа:

– А что будешь делать теперь?

– Хм, – он скрещивает руки на груди и смотрит в сторону берега. Я предполагаю, что это и есть владения нагов. – В прошлый раз драконье пламя Костяного хвоста уничтожило корабли, но пираты бесчинствуют на новом судне. Десяти дней не прошло, как он покинул доки. Чуешь запах дерева и смолы?

– Подозреваешь, что пиратов поддерживает правитель Гирайчи? – понимая, что Каханер прав, тихо уточняю я.

Хэйк дёргает уголком губ:

– Подозреваю? Я знаю это, жена.

– У меня, вообще-то имя есть, – ворчу себе под нос. Каханер сурово сводит брови, и я поспешно добавляю: – Но муженёк может звать меня, как захочет! Зайкой, рыбкой… даже Настенькой! Не обижусь.

– Учту, – серьёзно кивает этот непробиваемый тип, а потом продолжает: – Уничтожу этот, появятся ещё. Наги славятся крепкими судами, а казна правителя Гирайчи полна золота. Полагал, что, потеря Безымянных островов убедит Тарека отказаться от планов по нападению на Тенебрис, но ошибся.

Он замолкает, выжидающе глядя на меня, и я осторожно рассуждаю:

– То есть пираты – это следствие, а причина – правитель Гирайчи. Логика твоих рассуждений мне понятна, но ты так и не сказал, что будешь делать.

– Придётся устранить не только следствие, но и причину, – жёстко отвечает Хэйк.

Холодею от ужаса:

– Нападёшь на нагов? Сейчас? Один?!

– Я не один, – педантично поправляет он.

– Э, нет, – активно возражаю я. – Беременным крайне противопоказаны сражения, осады и прочие кровавые игрища. Ты рискуешь остаться без наследника!..

Губы Каханера иронично изгибаются, и я замолкаю. Неужели понял, что я блефую? Но причина веселья злодея в другом.