Жених из сказки или принцесса в бегах

Глава 42

В лицо мне светит яркий свет, и я не сразу понимаю, что происходит. Пару секунд я трачу на то, чтобы осознать себя в этом мире, и только после этого прикрываю лицо ладонью.

Пламя свечи, полыхающее перед моим носом, бросает на серые стены зловещие отсветы и тени, а в окно видно кусочек занимающегося рассвета.

- Очнулся, это хорошо, - громким шепотом говорит невидимый пока мне мужчина, - пойдем со мной.

- Куда это? - хриплю спросонок я, вовремя вспомнив, что про утреннее наказание мне знать, вроде как, не положено.

- Во двор, - вздохнув, ответил мой собеседник, и подсвечник в его руке печально дрогнул, - хозяин велел наказать тебя за непослушание.

Не по нраву была этому человеку его работа. Но помогать мне он вряд ли станет, подсказывало что-то внутри меня. Однако я все равно не собиралась облегчать ему задачу, поэтому сделала жалостливое лицо и запричитала.

- Да что же это такое делается! - всплеснув руками, воскликнула я, - воли лишили, в чужое королевство насильно привезли, бросили одного, а теперь еще и наказанием грозят! Да что ж вы за нелюди такие здесь? Дикари!

Кажется, мои вопли немного пристыдили мужчину и он, втянув голову в плечи, неуверенно потоптался на месте и после этого боязливо огляделся.

- А откуда будешь то?

- Из Тайрата, - с готовностью отвечала я, обрадовавшись временной отсрочке от плетей, - жил себе, никого не трогал, в пекарне работал. А тут приехали чужаки, да желания моего не спрося, увезли из родного дома.

По моей щеке покатилась самая настоящая слеза, так жалко мне стало себя в этот момент.

Мужик передо мной зашаркал ногами еще интенсивнее. Проняло, похоже.

- А за что ж наказание то? - хлюпнула я носом.

- За то, что комнату свою без разрешения покинул, - тут же с готовностью доложил мужчина, - а хозяин наш в тот вечер строго настрого запретил всем слугам нос казать из-за двери, пока команды об том не будет.

- Так нет у меня комнаты, - обрадованно сообщила я, - меня господа привезли, да у входа в дом и оставили. Иди, говорят, в крыло для слуг. А где его найти и не сказали. Вот я и пошел искать сам, да заплутал по дороге. Так что наказывать меня не за что, сами посудите.

Мужчина со свечой в руке снова повздыхал и, отойдя от меня к окну, глубоко задумался, посматривая на улицу, где по небу уже разливался алый рассвет.

Я с замиранием сердца скрестила за спиной пальцы в ожидании его вердикта. Нет, я конечно, не сильно верила, что мне так повезет, но вдруг.

Кто их знает, этих сказочных персонажей…

Украдкой я рассматривала своего собеседника, чье лицо и фигура сейчас были хорошо освещены.

Мужчина этот был уже сильно в возрасте, я бы дала ему около семидесяти лет. Но телом он был крепкий и видно, в молодости не боялся тяжелой работы. Короткие седые волосы, покрытое морщинами лицо и глубокие светлые глаза, что пристально сейчас смотрят на меня.

- Звать то тебя как? - устало спросил он, задувая свечу. В ней больше не было надобности: в каморке стало уже довольно светло.

- Питер.

- Я - Киан, - склонив голову на бок, представился мужчина, а потом задумчиво поджав губы, покачал головой каким-то своим мыслям, - пойдем.

- Во двор? - обреченно спросила я.

- Отведу тебя к Молли, она заведует здесь слугами. Пусть решает, что с тобой делать.

Я обрадованно подскочила на ноги, и поспешила вслед за Кианом покинуть свою темницу.

Мужчина вел меня путанными коридорами, и я с любопытством осматривалась по сторонам. При свете первых лучей солнца, что заглядывали в прямоугольные окна, дом чувствовался не менее пугающим и тревожащим, чем практически в полной темноте.

Я не могла никак унять чувство опасности и совершенного некомфорта, что вызывали у меня эти стены.

На первый взгляд, ничего примечательного в них не было: светлые шелковые обои, паркет, тяжелые бархатные шторы на окнах, лепнина под потолком.

Обычный богатый аристократический дом, каким я могла бы его представить при чтении очередного романа.

И все же, все внутри меня протестовало тому, чтобы я находилась здесь, и велело мне бежать как можно скорее.

Шаркающий впереди меня Киан тоже вызывал некоторые вопросы, несмотря на то, что вроде пока не собирался отводить меня на место публичной порки.

Крепкий с виду мужчина сейчас казался древним стариком, ссутулившим плечи и с трудом передвигающим ногами.

На миг мне стало интересно, чем думал Ник, отправляя за молодым парнем, коим я являлась в его глазах, такого старика. Уж при желании я бы справилась с ним одной левой.

Но как бы не так.

Чем дольше мы шли, тем меньше сил я в себе ощущала. Нет, падать от усталости я не собиралась, но тело будто стало очень тяжелым, а воздуха в легких не хватало. Стены давили на меня, заставляя чувствовать себя маленькой и ничтожной.

Искра внутри меня, которую я до этого почти не чувствовала, начинала слабо давать о себе знать, представляясь мне ярким, но пока тонким лучом, который пытается отогнать от меня сгущающуюся тьму.

Ведь ее носитель должен быть на стороне добра, иначе быть беде…

И только в тот момент, когда мы пересекли широкий, длинный коридор, и меня немного отпустило, я поняла, что это было то самое место, где вчера ночью я изображала из себя бессознательное тело.

Странно.

Что-то не так с этим домом и его обитателями.

Стоило только пройти под аркой, ведущей в крыло для слуг, как голова моя прояснилась окончательно, а в тело вернулась былая легкость.

Киан тоже зашагал увереннее, но никакого удивления по поводу своей временной немощи не высказал, и я тоже промолчала.

Комната, в которую привел меня мужчина, оказалась кухней: с печкой, над которой булькало ароматное варево, ящиками и полками, заставленными всевозможной посудой, склянками с маслом и мешочками со специями. На крючках висели ножи и поварешки, а вокруг огромного дубового стола бегали три девушки, все время что-то нарезая, помешивая и раскатывая тесто.