Жених подруги. Мое тайное желание

Пролог

Сегодня мой день рождения. Унылое “ура” мне.

Мы сидели на кухне, в нашей старенькой квартире, за столом, который помнит еще моих родителей, и я смотрела на свечи в творожном пироге. Бабуля испекла его вчера вечером.

– Загадывай желание, Лерочка, – говорит бабуля, подвигая ко мне пирог со свечкой.

Ее руки в морщинках, но все такие же ловкие и золотые. Всю неделю она вязала тайком, когда думала, что я не в курсе.

Уже с утра на мне бежевый кардиган – ее работа.

– Бабуль, ну ты чего… Он же дорогой вышел, – поблагодарила я, а у самой слезы на глаза наворачиваются. Потому что она всю пенсию на меня тратит, а я ей отплатить даже не могу. – Красивый. Очень!

– Так, задувай свечку, а то сгорит, – строго нахмурилась она. – Загадывай давай.

Свеча с цифрой двадцать два.

Я сосредоточилась. Надо загадать что-то правильное и важное.

Подумала сразу об Оливии. Моя старшая сестра, пропавшая два года назад. Два чертовых года, за которые я обзвонила все морги, все больницы, написала в каждый волонтерский отряд, полицию задолбала. Ни следа. Как сквозь землю провалилась. Я должна найти ее. Я обязана.

– Хочу найти Оливию, – сказала я вслух.

Бабуля кивнула, и ее глаза стали влажными, но она прищурилась:

– Ну, вслух же не говори, милая, а то не сбудется. Нужно про себя загадать. Самое потайное. Самое желанное.

Ой, нельзя мне в эти дебри лезть, бабуля, ой нельзя!

Я закрыла глаза. Язык пламени касался теплом моего лица. И тут внутри – голос. Резкий, внезапный:

“Не смей! Не вздумай! Только не он!”

Влад Немыкин – вот мое настоящее тайное желание.

Двадцать четыре года, умный, добрый, хороший, заботливый, веселый, с легкой щетиной и глазами, в которых всегда есть искра смеха. Жених Эммы – моей начальницы и так уж вышло, – моей лучшей подруги.

“Не думай о нем, дура! – орала я сама себе мысленно. – Он женится на ней через три дня. У них любовь, у них все серьезно”.

Но сердце не обманешь.

Я зажмурилась, пытаясь запихнуть все эти чувства обратно, в тот ящик, где они сидят тихо и не высовываются. Но ящик трещит по швам, сволочь. А я больше не могу. Я так устала врать себе.

Свеча горела, надо задувать.

Я сделала вдох, собрала волю в кулак и загадала: “Пусть все наладится. Пусть найдется Оливия. Пусть…”

И в последнюю секунду, когда я уже открыла рот, чтобы дунуть, внутри что-то сломалось. И я с ужасом поняла: мое истинное желание – то, которое я не смею произнести даже мысленно на нормальном языке, – оно не про сестру, не про долги и не про бар отца, который вот-вот закроют...

Оно про него!

Чтобы он посмотрел на меня хоть раз. Не как на приятельницу своей невесты, а как на женщину. Чтобы, глупость какая, поцеловал. Чтобы выбрал меня. Чтобы полюбил меня…

Я задула свечи.

Вспышка – и огонь погас. Комната погрузилась в тишину, только бабуля хлопала в ладоши и говорила: “С днем рождения!”

А я сидела, пряча глаза, чтобы не показать слезы. Потому что я только что предала саму себя. И я знаю, что сегодня ночью снова буду плакать в подушку, пока голова не разболится.

Потому что я хочу его и только его.

И это самое глупое, самое бесполезное желание в моей жизни.

Наши красавцы: Краснова Лера и Немыкин Влад