Жених понарошку

Глава 40. Алина

Без Давыдова было холодно и плохо. Я настолько привыкла, что он рядом, и вот теперь, когда осталась в одиночестве, поняла еще сильнее, кажется, как мне его не хватало. По привычке оглядывалась, желая увидеть его рядом, но горькое разочарование наступало на пятки, в момент, когда взглядом утыкалась в голую стену.

На дне души был осадок. Руки тянулись к телефону, но я не позволяла себе проявить слабость. Хотя ведь девушка, имела право. Однако упрямо прятала мобильный под подушку, ставя тот на беззвучный, стараясь не думать о Мише. Но не выходило.

Не желал он покидать мою голову, а про сердце уж и говорить нечего.

– Ты так и будешь сидеть в одиночестве в комнате, вместо того, чтобы поехать к нему? – заглянул дед ко мне в один из дней.

– Не могу, – обняла я подушку, усевшись на постели.

Укуталась сильнее в махровый халат, тяжело вздыхая, будто впереди не было дороги, а возвращаться назад – бессмысленно.

– Почему? – ласково улыбнулся он, присев на краешек.

– С таким лицом? – вскинула я на деда взгляд.

А все снова из-за Кожухова, будь он неладен.

Прощальный разговор, букет! Специально все подстроил, да, гад?!

Я даже поначалу растрогалась, но только поначалу. Знала бы, чем все завершится, гнала бы Руслана в шею и на порог не пускала!

А я дура – уши развесила, поверила… Тьфу!

– Ну, Руслан-то не виноват, – покачал дед головой.

Ага, легко ему говорить, не он выглядел теперь так, словно его каток переехал, а я вообще-то! Зла не хватало, кажется, на все мужское население.

Филипп негодяй тоже! Глумился с утра, встретив меня в гостиной. Еще отвесил что-то, шепнув своей невесте. Когда же он уже женится и уберется отсюда, кстати?!

– Конечно, нет, – зарычала я, – а кто?

– Твоя пятая точка, – смеясь, ответил дед. – Может, к тридцати надо быть спокойнее?

– Дед, ты мне это… – шикнула на него, – возраст-то не прибавляй!

– А я округлил! – развел он руками.

– Как-то резко! – сморщила я нос, подумав, что дед с годами стал терять квалификацию дамского угодника.

Потому что комплименты точно разучился делать.

– Давай отмотаем назад, ладно? Начнем с того снова, что Кожухов и здесь сделал мне гадость.

– Ну, Алина, – не скрывал он веселья, – до свадьбы заживет!

– Филиппа? – нахмурилась я от обиды.

– Все же надеялся, что твоей, – спокойно ответил дед, все-таки расковыривая мне грудную клетку.

– И не единожды такими темпами, – усмехнулась, подумав, что мне брак не светит, по крайней мере, с тем, за кого бы я хотела, наверное, выйти.

– Не звонил? – осторожная фраза деда, а внутри все сжалось.

Так, Алина, главное – не реветь. Не сейчас. Пожалуйста. Вот он выйдет и плачь сколько душе угодно, хоть затопи все до цоколя, а пока терпеть!

– Нет. Занят очень, видимо.

Дед хитро улыбнулся.

А какого ответа он ждал? Думал, сказки существуют? Может быть, но не в моем случае точно.

– А ты?

– А я… – захлебываясь эмоциями, всплеснула руками, тут же опустив плечи и съежившись, словно брошенный котенок. – Я не могу.

– Почему? У тебя руки отсохли или ты номер забыла? Так с последним могу помочь, с первым тоже. Набрать ему?

– С ума сошел, конечно, нет!

– Алина, Алина, – поднимаясь, пробормотал дед. – Вся в мать!

– Даже не знаю, то ли радоваться, то ли нет.

– Красивая и шустрая, где не надо!

– Да, деда! – вскочила я с кровати, принявшись тыкать пальцем в свое лицо. – Ну, ты посмотри, а если он встретиться захочет, а я…

– Это отговорки! Потеряешь свое счастье, потом не ной.

– И не буду, – прокричала я в закрытую дверь, зная, дед слышал, но был тверд в своем решении позволить мне самой разобраться.

– Не буду ныть, – шмыгнула носом. – Вот правда!

Только кого обмануть-то пыталась? Саму себя? Свое сердце? Ну-ну.

Раньше не получалось, с чего я решила, что сейчас мне это удастся.

Может, дед прав, все отговорки и я просто ждала от Миши шага, думая, что если он не сделает его, значит, его устраивает жизнь и без меня.

И со своей раненой душой я надеялась договориться. Даже план выстроила, просчитала каждый шаг, кажется, не представляя, что все может пойти кувырком. И на этот раз не по моей вине. Почти.

Прохладный воздух успокаивал. Мне нравилось подставлять свое лицо, ощущая касание ветра, нравилась эта первозданная тишина.

Звезды, что сияли в вышине, напоминали фонарики. Они завораживали, заставляя погружаться в свои мысли, отдыхая от суеты мира.

Я шла медленно по аллее недалеко от дома деда. Здесь частенько вечерами прогуливались собачники или пенсионеры, но сегодня было безлюдно почти.