Женился. Развёлся. Счастлив?

Глава 9

– Ну, привет, Вася.

– Здрасте, – мнётся с ноги на ногу. – Дядь, мне позвонить надо. Очень.

Пацан смешно морщит нос.

– Вот как? И кому же?

– Маме. Или Вадиму, – признаётся и сжимает губы. Поднимает на меня глаза. Взгляд открытый и такой честный-честный.

– А тебе мама не говорила, что попрошайничать и обманывать взрослых нехорошо?

– Дядь, ты чего?! – вытаращивается на меня. – Я же не воровать! Мама мне за такое уши оторвёт!

– Такая строгая мама?

– Угу. Она адвокат, – добавляет важно.

– Ого. И как же мама-адвокат оставила тебя одного без телефона? – спрашиваю юного сказочника и вижу, как Вася, если, конечно, он на самом деле Вася, мнётся.

– Да есть у меня телефон, но я дверь захлопнул, – признаётся наконец. – Нечаянно.

И только сейчас я замечаю, что Вася действительно стоит на лестничной площадке в толстовке и обычных спортивных штанах. В подъезде, конечно, тепло, но одежда явно не подходящая для улицы в это время года даже у нас, а здесь всё намного серьёзнее.

– Так ты мой сосед что ли?

– Получается, что сосед. Я к бабе Тасе постучал сначала, она всегда дома. Но она вчера на телефон свой наступила, он сначала работал, а потом перестал. А новый ей ещё не купили. Она мне про вас и сказала, что в окно видела, как вы приехали.

Какая глазастая баба Тася. Глазастая и сообразительная. На разведку мальца послала?

Вот это компания у меня под боком: мама-адвокат, шкет малолетний и бабуля – мисс Марпл под прикрытием.

– Ну, тогда заходи, сосед Вася, – приглашаю.

– Не, дядь. Мама мне не разрешает разговаривать с незнакомыми.

Зашибись логика у ребёнка!

– Это правильно. Давай тогда знакомиться. Я Паша, – представляюсь немного с запозданием.

– Дядь Паша, дай позвонить, пожалуйста. Если мама вдруг позвонит, и я не отвечу, то… – Вася горестно вздыхает и смотрит на меня несчастным взглядом, словно говорит: «Ну ты же знаешь, что будет?»

Примерно представляю. Мамы они такие мамы, что однозначно волноваться будут. Что Васина, что моя, что любая другая.

– Ладно. Сейчас.

Немного странно, конечно. Но, может, и правда, дверь захлопнул. Это на новых дверях замки закрывать ключом надо. Мы когда дверь сменили, так мама вообще забывала её закрывать. Захлопнет, по привычке, на щеколду от дверной ручки и на этом всё. Заходите, люди добрые!

Выношу парню телефон и снимаю блок.

– Держи. Номер-то знаешь?

– Ага! – быстро тыкает пальчиками, набирая номер, и мы вместе слушаем длинные гудки.

– Может, цифры перепутал?

– Не-е, – хмурится. Проверяет. Шевелит губами, словно читает. – Всё правильно. Точно. Может, она на процессе… Сейчас… – снова набирает.

На этот раз линию соединяют.

– Вадим! – радостно выдыхает Вася. – Это я! Вася!

А прикольный этот Вася. Делаю вывод, наблюдая за мальчишкой. Живой, открытый. Класс, наверное, первый. Максимум – второй.

– Да, нет. Это не мой телефон… Ничего я не потерял… Да точно! Вадим, я дверь захлопнул… Нечаянно… Ну так вышло, – сопит виновато, что мне становится его жалко. – Да, ключи надо… Привезёшь?! – спрашивает с трепетной надеждой в голосе. – Спасибо! – звучит такая искренняя и безмерная благодарность в одном слове, что невольно проникаешься симпатией к ребёнку.

Вася отключает вызов и протягивает телефон мне.

– Спасибо, дядь Паша.

– Да не за что. Но знаешь что, Вася… Ты давай прекращай мне «дядькать».

Я же не дядя, а сосед, если разобраться.

– А как? – входит в ступор, хлопая длинными, как у девчонки, ресницами. – По отчеству что ли? – не теряется.

Теперь кривлюсь я, как некоторое время назад морщился он. Заразно это что ли?

– Нет, по отчеству тоже не надо.

Не такой я и старый.

– Просто Паша? – с недоверием.

– Раз мы с тобой соседи, то да, просто Паша. Договорились? – протягиваю ладонь.

– Договорились, дя… Паша, – поправляет себя Вася, пожимает мою руку, и, что неожиданно, рукопожатие у него достаточно крепкое такое, настоящее, мужское. С характером. А по внешнему виду и не скажешь.

– Ого! Сильно. Занимаешься?

– Немного, – скромничает. – Спасибо. Я вниз пойду. Сейчас Вадим приедет.

– Надеюсь, ты в таком виде на улицу выходить не собираешься?

– Нет, конечно, – уверяет Вася уже на ходу, несётся вниз по лестнице, прыгая через последние две ступеньки.

Наталья

Проверяю документ и отправляю его в печать. Устало тру виски, чтобы немного снизить головную боль, которая не проходит уже несколько дней. Организм чётко и внятно даёт понять, что ему нужна хотя бы небольшая передышка.

Снимаю блокировку с телефона и набираю номер сына.

– Алё, мам! – слышу голосок своего Василька, на минуту забывая обо всём на свете: о головной боли, о сложном процессе, о нехватки времени, и о том, что жизнь стремительно проходит мимо.

– Привет, сынок. Как ты?

– Всё хорошо, мам, – через динамик льётся чудодейственный бальзам для моего сердца.

– Не скучаешь?

Вася пережил сильнейший стресс после смерти близкого человека. Мы жили с моей бабушкой, и Вася, можно сказать, больше вырос с ней, чем со мной. Весной у неё случился сердечный приступ, скорая не успела доехать, и она умерла прямо на его глазах.

Сын замкнулся в себе. Из весёлого общительного мальчика превратился в свою тихую копию, больше похожую на тень, похудел и таял прямо на глазах. Несколько сеансов психотерапии дали положительный результат, но обстановка и многое другое постоянно напоминали ему о том страшном дне.

После похорон моему сыну пришлось оставаться дома одному и отказаться от тренировок, которые он так любил, – возить на них Васю было некому. И это стало ещё одним сильным ударом для моего ребёнка.

Именно тогда мне пришла мысль сменить место жительства, переехать поближе к спортивному комплексу, чтобы Вася мог самостоятельно заниматься полюбившимся видом спорта.