Женись на мне немедленно

Глава 6

— Подсматривать плохо, выйди, — настоятельно прошу, склонив голову.

— Вик, почему педагогический? Ты же моделью могла стать и зарабатывать неплохие деньги, — почему-то спрашивает, даже не собираясь уходить из комнаты.

Понимаю, что мне придется собирать вещи под его пристальным взглядом, и нужно все же привыкать, поэтому разворачиваюсь и достаю вешалки с платьями и костюмами.

— Потому что модель — профессия не для меня. Не люблю я красоваться на камеру. Даже фотографироваться не люблю. Поснимать кого-то — запросто. Особенно детей. Они такие смешные, порой что-нибудь скажут, что удержаться невозможно от смеха. А порой и такие вещи философские задвинут. Так, в понедельник на работу. Мне нужно обязательно взять ноутбук, — иду в сторону кровати и подхожу близко к Богатыреву.

На него не обращаю внимания, просто хаотично собираю свои вещи. Складываю план работ в папку, убираю методичку и пособие. Убираю ноутбук в сумку.

— Ой, — поднимаю на Лёшу взгляд и сталкиваюсь с такими красивыми глазами. Он так близко.

— Что? — тихо спрашивает он, и хрипотца словно просачивается внутрь меня и бежит по венам.

— Мне к понедельнику нужно распечатать тридцать пять работ. У тебя есть цветной принтер и листов сорок бумаги А4? — спрашиваю у него.

— Прям сорок? Может, хотя бы сорок пять? Чтобы наверняка хватило? — издевается. По глазам вижу.

Вот почему нельзя просто ответить… Нужно обязательно усложнять.

— Что? — улыбаясь, спрашивает Лёша.

Я на мгновение зависаю, ощущая, как внутри всё переворачивается. Его взгляд, полный какой-то непонятной эмоции, заставил моё сердце забиться быстрее.

— Ничего, — непроизвольно выпаливаю я и отвожу глаза, быстро продолжая сборы. Быстро-быстро укладываю вещи в сумку, словно это поможет мне убежать от этого ощущения. Но в голове всё равно крутились мысли, словно заколдованный круг.

— Педагогический — это важно, — продолжил он, не отводя взгляд. — Но правда, Вик, почему ты выбрала именно это?

Я останавливаюсь с сумкой в руках. Многие спрашивали это, но лишь немногие задумывались над ответом.

— Педагогика помогает не просто обучать, а собрать удовольствие от общения с детьми. — Мой голос звучал уверенно, хотя в глубине души я до конца сама не понимала, почему это для меня так важно. — Они не боятся быть собой, они искренние. И я хочу быть частью их мира. Понимаешь? Такого чистого, открытого. Это же губка. Чем напитаешь ее, так и будет пахнуть…

Лёша слегка наклоняется, и это расстояние между нами опять сокращается. Чувствую, как резонируют еле слышные нотки его дыхания с моей кожей.

— Я понимаю, — произнес он, и в его голосе появилось нечто новое.

— Да? — с легким недоверием переспросила я, поднимая на него глаза.

— Да, — кивнул он, дразняще улыбаясь. — Я вот сам постоянно ищу возможность учиться чему-то новому, что приносило бы не только успех, но и радость.

Что-то во мне вдруг щелкнуло. Стоило мне отвернуться от мыслей о работе и проблемах, как на первое место вышли другие чувства — стремление к пониманию, к близости и, возможно, к чему-то большему. Лёша забирает у меня сумку и кивает в сторону чемодана. Я, не задумываясь, иду обратно и качу его к нему.

— Ты хоть раз задумывался, что у детей тоже есть свои мечты? — спрашиваю у него, чувствую, что все-таки нам есть о чем с ним поговорить. — Порой нам, взрослым, кажется, что всё это так неважно, а для них — это целая вселенная!

На мгновение всё вокруг словно замирает, и я чувствую, как между нами возникает связь.

— Я открою тебе огромный секрет, никому не интересны чужие мечты, — говорит Лёша и выкатывает мой чемодан.

Сглатываю и вспоминаю о его биографии. Мама пьющая, отец тиран…

Чувство вины затапливает меня с головой, что даже дышать становится трудно. Вот глупая! Зачем полезла обсуждать с ним?