Женить на себе! Насильно

Глава 10.

Жанна смотрит пустым взглядом в потолок. Как оказалось, соломенная подстилка вполне уютна для сна, если силы отказали бороться со сном. Да, не смотря на своё долгое сопротивление, она смогла лечь здесь спать.

Живот отозвался урчанием и девушка поморщилась. Вторые сутки она находится в комнате искупления. Пришла в себя Жанна уже тут, никто к ней носу не показал и ничего не объяснил. Закинули бессознательное тело и забыли.

— Хоть бы завещание дали написать, — тоскливо выдохнула в пустоту комнаты Громова, раздумывая над тем, как разделила бы свои скромные пожитки между соседками.

И гаденько что-то шевельнулось в душе завещать Картену своё нижнее бельё, чтоб его прям удар хватил. Она даже с того света будет наблюдать за такой картиной. Всё же, близкий сердцу человек, почти брат по взаимной неприязни. А то кричал он про невесту, когда она его обнимала. Как сестра обнимала, между прочем! Жанна как не вносила его в список потенциальных женихов, так и не внесла! Соблазнять она планировала Артура. Вот на этого мужчину она устроит охоту, а Бертит слишком высокого о себе мнения. Млеет как кисейная барышня с одного объятия и невинного поцелуя в щёку. Не собиралась она его на себя заваливать, просто неуклюже завалилась, от радости даже не поняла, в какое положение его поставила. И себя. Это у него невеста есть, а ей ещё жениха искать!

Может, про неё действительно забыли? А вспомнят только тогда, когда её начнут ест насекомые. Насекомые же едят трупы?

Жанна вздрогнула и села, на миг показалось, что по ноге кто-то прополз, но к счастью, никаких ползучих гадов по близости не оказалось.

Ну хоть что-то приятное в её ситуации. Хотя после сна она замечала странные отметины на теле, немного напоминающие укусы комаров, но отчаянно отказывалась верить, что какие-то насекомые могли её покусать. Ведь ничего не чесалось, значит никто и не кусал.

Жанна почему-то не удивились, когда пришла в себя в этой комнате. Она ведь нарушила, наверное, целую кучу правил, сбежав посмотреть на тренировку.

— Но это того стоило, — довольно хмыкнула девушка, вспоминая образы полуголых мужчин.

И шишка на лбу тут же отозвалась пульсирующей болью, заставляя поморщиться. Хорошо, что здесь нет зеркала, страшно было представить, на что сейчас похоже её лицо.

Да, Жанну наказали за своеволие и… Это ведь тот паршивый му… мужчина её сдал. Жанна уверена, что тот гад лично сгрузил её в эту комнату и закрыл на замок, от такого бы сталось! Вот доберётся до него Громова, ещё выскажет ему всё и не только выскажет!

Что же у него лоб такой крепкий оказался? Как об скалу будто ударилась. Это было опрометчиво и глупо, но эмоции взяли над ней верх, Жанна не смогла бы в той ситуации придумывать что-то логичное и правильное. Ей хотелось сделать ему больно, словами не получалось, вот она и перешла к физическому насилию.

Какой позор, со стыдом вспоминала она свой безумный поступок. Ну как так можно? Ещё дикаркой её посчитают и запрут в клетке. А если из-за этой выходки ни один нормальный мужчина на неё не посмотрит? И тогда её действительно заставят выйти замуж за какого-нибудь ублюдка. Нет, нужно собирать крохи своей репутации, а Жанна не сомневалась, что теперь она хорошо подмочена, и вести себя как порядочная мисс.

Громова покосилась на сколотый горшок, ну хоть бы уносили за ней её испражнения, благо окна как такового нет и прохладный воздух проветривает комнату. Может вылить это всё в окошко, кому-нибудь на голову?

Жанна лишь фыркнула, вставая на ноги, начиная ходить из угла в угол, немного разминая ноги. Возможно, ей стоит попрактиковаться в пении, должно быть тогда, жители замка вспомнят о её существовании.

Жанна вновь представила своего недруга, теперь у неё их пять. Трое из Тэуока, бабка Айли и этот противный брюнет. Вот с последним руки чесались разобраться, как хорошо, что сейчас он где-то далеко и они в ближайшее время нигде не пересекутся.

Как только её выпустят, она приложит все силы, чтобы продемонстрировать кротость, лишь бы в присутствии этого ей тоже не впасть в эмоциональное безумство, иначе её сразу в темницу можно сажать за убийство человека.

И неужели этот лордик про неё забыл? Сам речами расшаркивался, чтобы она за него поборолось, а теперь она у него перед глазами не маячит и можно про неё не вспоминать. Или же Фолье в курсе её заточения и это всё с его одобрение?

Мысли Громовой прервал чужой звук. Чужой и непривычный звук для этого места. Звук поворачиваемого ключа в замке. Как она пропустила шаги? Это от голода, точно от голода. Главное, не наброситься на еду, как её увидит и не переесть, иначе плохо станет.

Девушка вся встала и подобралась, с волнением наблюдая за тем, как Айлинари, с глумливой улыбочкой впархивает в комнату.

Жанна нервно сжала руки и опустила голову, молясь всем богам, чтобы она сейчас не сказала какую-нибудь глупость, а ведь язык так и чесался, но она смогла себя остановить от безумства. Это всё от чёртова голода и одиночества.

— Вижу, комната искупления пошла тебе на пользу, — глумливо сказала госпожа Айлинари, довольная покорностью невесты. — Что ж, сейчас уже десять, завтрак ты пропустила. Тебя сопроводят в комнату, приведи себя в порядок. Тебе принесут что-нибудь перекусить. И, деточка, теперь за тобой я буду следить в оба. Ни один твой промах, ни одна твоя ошибка не утаятся от моих глаз. И твоё наказание может не ограничиться этой скромной комнатой.

Жанна стояла понурив голову, нервно сжимая пальцы. Хорошо, что эта старуха ничего у неё не спросила, иначе бы Громова не стерпела. Она же благоразумная, она же всё сможет. Главное сейчас помыться, поесть и можно сразу лечь спать. Хотя вряд ли ей дадут спать, но и вряд ли сегодня выпустят из комнаты.

Только мысли о еде заставили её пропустить мимо слов угрозу. Но не будет же эта безумная женщина поить её ядом и пороть на площади. Хотя, может в Дервунде допустимо такое зверское отношение к женщине?