Жениться (не) хочу!

Глава 3

Утром следующего дня я достала из шкафа сарафан, который купила еще в начале весны, но ни разу не примеряла, и попыталась в него влезть. Вдохнула, два раза выдохнула, потянула за замочек. Но попытка не увенчалась успехом. Я с сожалением вернула этот красивенький сарафан на место и твердо решила сесть на диету, которую начала с сегодняшнего дня, позавтракав лишь одним яйцом и запив его травяным чаем без сахара. Довольная своим решением, я отправилась на работу.

Но ближе к десяти часам, когда приближалось время перекуса, из-за голода меня начало раздражать буквально все. Приехавший доставщик цветов получил от меня нагоняй за то, что сломал веточку гипсофилов, а Вика попала под горячую руку за не политую вовремя орхидею.

— И что это вы, Татьяна Сергеевна, сегодня так зверствуете? — выглядывая из подсобки, полюбопытничала помощница.

— Скажи, как ты думаешь, меня много лишнего веса? — разглядывая себя в отражении витрины, спросила я у девушки.

— Ну, — задумалась Вика. — Килограммов десять сбросить не мешало бы. Или пятнадцать, — вынесла она жестокий вердикт.

— Марш за лейкой, — рявкнула я в ответ, а потом застонала от того, что одновременно захотелось похудеть и съесть чебурек. Как я буду с таким весом завоевывать мужчину? Одно расстройство.

В итоге я не выдержала, и к обеду моя диета накрылась медным тазом. Заглянув в кафе неподалеку, я съела порцию майонезного салата, закусив его бутербродом, и выпила чашку кофе с шоколадом. С чувством сытости ко мне пришло и чувство умиротворения. Мне больше не хотелось взять в руки автомат и поставить к стене парочку человек.

Возвращаясь с обеда, я шла по тротуару, довольно ела сливочный пломбир с изюмом и разглядывала витрины. Мой взгляд зацепился за шикарное платье на манекене, и я решила заскочить в этот модный бутик.

— Добрый день, чем могу помочь? — сразу же подошла ко мне улыбчивая девушка.

— Я хотела бы померить то голубое платье, — указала я на понравившуюся мне вещь. Фигура манекена совсем не походила на мою, но на удивление консультант попросила меня пройти в примерочную.

— Вот, пожалуйста, — протянула девушка мне желаемый наряд.

Я покрутила платье в руках, приложила к талии, бедрам — должна влезть. И о, чудо! Оно село как влитое, приподняв мою грудь и удачно стянув талию, делая меня визуально худее.

«И всего-то сорок восьмой размер», — обрадовалась я, взглянув на бирку.

Довольная удачной покупке, я настроилась вытащить сегодня Ксюшу погулять, поэтому сразу после работы заглянула к ней.

— Ну, если только недолго, — с сомнением, но все же согласилась подруга на мое предложение.

Мы накрутили кудри, нарисовали стрелки, достали каблуки и вышли на улицу. Держа курс к скверу, мы медленно вышагивали, болтая о всякой всячине. Я заметила, что Ксюша больше не была такой зажатой, как обычно. И даже цвет ее лица стал более живым: на щеках появился румянец, а глаза заблестели.

— Ты стала лучше выглядеть.

— Просто сплю лучше, — ответила Ксюша. — Не жду, пока Саня вернется, не переживаю, что он придет пьяным. Без него как-то спокойнее, что ли, — призналась подруга.

— Вот только он вернется скоро, и все по новой начнется. Гнала бы ты его в шею. Ты еще найдешь себе кого-нибудь поспокойнее да повоспитаннее. Но решать, конечно, тебе, — давала я советы своей любимой соседке.

— Надеюсь, теперь он все понял, осознал, — говорила Ксюша, смотря вдаль, — и изменился.

Вдыхая вечернюю свежесть и запах недавно скошенной травы, мы шли по аккуратно выложенной плитке и цокали каблучками. Ничего не предвещало беды, но стоило нам свернуть на чуть менее освещенную тропу, как из ближайших кустов раздались странные звуки.

— Что там происходит? — стала я всматриваться в густую листву кустарника.

— Может, там парочка? — хихикнула Ксюша и потянула меня дальше. — Не будем им мешать.

Но голоса стали громче и агрессивнее. И это точно были не женские охи-вздохи. Я отчетливо слышала голоса парней. Один из них пытался доминировать: матерился и харкал, чтобы у других не было и повода усомниться, кто здесь главный кустарный олень.

— Эй, что за разборки вы тут устроили? — возмущаясь, шагнула я за живую ограду.

— Тат, сами разберутся, — испуганно произнесла мне в спину подруга и осталась топтаться под фонарем.

Быстро привыкнув к темноте, я разглядела троих парней шестнадцати лет на вид. Один их них, держась за живот, стоял на коленях.

— Вы что, двое на одного? Это не по-мужски, — возмутилась я и быстро подошла к пострадавшему мальчику, чтобы помочь ему встать.

— Тетя, шла бы ты по своим делам, — огрызнулся самый мелкий пацан и демонстративно закурил сигарету.

— Ты либо тетей меня не называй, либо на «вы» обращайся, понял? — в той же манере ответила я. — И сигарету выкинь, пока я все твоей маме не рассказала. Ты же Вовик из семнадцатого дома?

— Ну, Вовик, и чо? — продолжал он выпендриваться.

— А ничо. За что пацана избили? — негодовала я, заметив разбитую губу у парнишки. — Заняться, что ли, больше нечем? Шли бы свои гормоны лучше в спортзале выплескивать.

— А ты жизни нас не учи, поняла? Без тебя ученые, — стал угрожающе надвигаться на нас паршивец. — А вот этот щас еще получит, чтобы не ходил по нашему району без моего разрешения.

Только я хотела возмутиться, по какому праву этот пубертатный малой решает, кому здесь ходить, а кому нет, как подала голос Ксюша:

— О, патрульные идут!

Я схватила самого борзого парня за шкирку и потащила на свет.

— Вот сейчас мы и посмотрим, кто здесь решает: ты или полицейский.

— Отпусти, коза, — завопил он и дернулся в сторону.

Я не ожидала, что пацан окажется таким сильным. Он толкнул меня в бок, и мы упали на влажную траву, но я так и не отпустила мальчишку. Тот брыкался, извивался, как червяк, но встать не мог.

На наши шум и крики быстро сбежались патрульные. Разбираться они не стали, и выволокли всех из кустов на свет. Увидев меня в порванном платье и трех потрепанных парней, полицейские решили увезти нас в участок.