Жениться (не) хочу!

Глава 4

Я чуть сквозь землю не провалилась со стыда: я стояла перед мужчиной, которого хотела покорить, в драном, измазанном травой и грязью платье и с гнездом на голове. Буквально с гнездом – в волосах запутались ветки и листья.

— Нет, я здесь вместе с потерпевшим, — с обидой ответила я Вишневскому, пытаясь руками разгладить помятое платье.

— Удивительно, — то ли с улыбкой, то ли с насмешкой сказал капитан. — Идемте, — обратился он к парням и завел их в кабинет. — Остальные – ожидайте.

А дальше началась такая суета, что мы с Ксюшей только и успевали наблюдать, как к Вишневскому залетела сначала одна семья, а следом примчались родители и других мальчишек. Все шумели, спорили, ругались. Лишь мы с Ксюшкой тихо сидели в сторонке и послушно чего-то ждали.

Когда наконец все стихло, из своего кабинета вышел Вишневский и уставшим голосом пригласил нас войти. Капитан полиции по-хозяйски включил чайник, который стоял у него на тумбочке, и спросил, не оборачиваясь:

— Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — скромно проговорила Ксюшка.

— А я от кофе не откажусь, — громко заявила я, поправив растрепавшиеся волосы. Я надеялась, что хоть этот бодрящий напиток сможет поднять мне настроение.

Вишневский вздохнул и потянулся за второй чашкой.

— И две ложечки сахара, — непринужденно добавила я.

Вишневский замер. Он как-то по-волчьи обернулся на меня, и в его глазах я прочитала вселенскую усталость. Мужчин так же медленно отвернулся от меня и начал рыться в тумбочке. Через пару минут он поставил на свой рабочий стол два стакана кофе и начал объяснять то, что родители парней решили вопрос без подачи заявления. Но Вовику все равно грозило наказание, так как он не в первый раз попадался на хулиганстве и уже стоял на учете в полиции.

— И что ему будет за это? — ликовала я, что справедливость восторжествовала.

— Как минимум – направление к психологу и родительский запрет на гаджеты. А это для него страшнее любого наказания, — усмехнулся Егор Макарович, и я с замиранием сердца отметила, что у него была очень красивая улыбка.

— Вы что, знаете Вовика? — удивилась я, а потом вспомнила, что семья мальчика жила в нашем районе только третий год. Возможно, этот любитель понтов успел натворить делов не только у нас во дворе.

— Я отвезу вас домой, — сообщил Вишневский, допив свой напиток и посмотрев в мою сторону.

— Да? Очень мило с вашей стороны! — обрадовалась я и с довольной моськой повернулась к Ксюше. Но та, к моему удивлению, мирно дремала на стульчике у стены.

— Просто хочу ночевать сегодня дома, а не с вами, — мои глаза стали размером с пятирублевую монету, и капитан договорил: — в этом кабинете и разбирать ваше новое заявление.

— Можно подумать, это я виновата, — с обидой пробубнила я и надулась, как чайник, от такого высказывания. Неужели все красавцы были такими грубиянами?

— В любом случае, дамам не место в полицейском участке, — выдохнул капитан. — Ну так что, едем?

— Да, — кивнула я и добавила: — Постараюсь больше не расстраивать вас своими визитами.

Я встала, чтобы разбудить Ксюшу.

— А что, нас уже опросили? — сонным голосом спросила она и потерла глаза.

— Ага, и ты даже умудрялась вовремя кивать во сне, — подшутила я над подругой.

Мы втроем вышли из отдела. На парковке стояло несколько служебных машин, поэтому я растерялась, к какой из них нам нужно было идти. Но Вишневский повел нас в другую сторону. Мы сменили за капитаном в темноту, когда тот достал из кармана брелок и нажал на кнопку. В ночной тишине раздался короткий «пик», и одна из машин подмигнула нам желтыми огоньками.

Я удивилась, когда мужчина распахнул перед нами дверцу огромного внедорожника. Мы с Ксюшой переглянулись, но послушно забрались в эту машину и с любопытством стали разглядывать салон. Внутри пахло кедром, лежали какие-то, видимо, запасные, мужские вещи и бутылка с водой.

— Татка, я еще ни разу не каталась на такой машине, — восторженно шепнула мне Ксюша.

— Говорят, что мужчины большими машинами компенсируют свои недостатки, — так же шепотом ответила я, и мы с ней с любопытством взглянули на капитана полиции, который сосредоточенно следил за дорогой и, казалось, совсем нас не слышал. Или не хотел слышать.

Когда автомобиль подъехал к нашему дому, Вишневский, даже не оглянувшись на нас, произнес:

— Всего доброго.

Мы с Ксюшей вышли, и я обиженным взглядом проводила отъезжающую машину.

— Вот почему он такой? Подвез двух очаровательных девушек и даже капельку заинтересованности не проявил, — вздохнув, обратилась я к своей соседке. — Мог хотя бы номерок попросить.

— Тат, а у него и так есть твой номер телефона, — хмыкнула подруга, чем сделала только хуже. — Ты же в их базах есть.

Я грустно усмехнулась.

— Получается, он не признает служебные романы? — пошутила я, и Ксюша захихикала. А мне было совсем не до смеха. Ведь я либо совершенно не интересовала того единственного, который впервые за долгое время смог впечатлить меня, либо мне нужно было быть более находчивой, чтобы покорить непокорного.

— Мне нужен план, — твердо заявила я подруге, поднимаясь по лестнице в подъезде.

***

На следующее утро, вбив в поисковик фразу: «Как завоевать мужчину своей мечты», я штудировала сайты, запоминая советы из Интернета. По настоятельным заверениям то ли психологов, то ли просто опытных дам, в первую очередь мне нужно было научиться улыбаться, носить каблуки и непременно купить красное платье. А еще вести себя культурно, подчеркивая всю свою элегантность достойным поведением. Во-вторых, необходимо было объекту симпатии делать комплименты и непременно кокетничать. Мне все это казалось сущей ерундой, но что не сделаешь, ради достижения цели.

Однако как же все это воплотить в жизнь, если мужчина отсутствовал в поле моего зрения? И здесь меня снова выручил совет из Интернета: «Чтобы начать общаться с объектом симпатии, нужно найти общих знакомых и проводить время в их компании». Поразмыслив над этим, я была вынуждена признать, что кроме нашего участкового Воронцова, я в отделении полиции больше никого не знала. Более того, я и так постоянно проводила время в его компании.