Жениться (не) хочу!

Глава 8

Стоило нашей компашке выйти из прохладного помещения с кондиционером на улицу, нагретую за день летним солнцем, как произошло то, чего никто не ожидал. Причем с такой скоростью, будто перед глазами смотрели фильм в ускоренном режиме. Нашего профессора Геннадия начало развозить со скоростью света. Да и всех остальных эта участь не миновала, правда не настолько сильно, как Бузикина. Видимо, алкоголь в его бережно охраняемый от всего негативного организм попадал крайне редко. А возможно, мы и вовсе лишили его алкогольной девственности.

Гена начал признаваться всем в любви, и предлагать выйти за него замуж. Даже Вишневскому, что меня очень насторожило, а Егора, похоже, обрадовало, ибо уже через десять минут Гена практически сложился пополам от натиска сильного и мускулистого капитана полиции, который, обнимал нового друга за шею своими ручищами.

Мне же сам Вишневский тоже больше не казался таким холодным и бесчувственным. Он был рад нашей компании и не стал этого скрывать.

— Гена, — заявил капитан, слегка заплетающимся языком. — Я тебя прямо уважаю. Если бы все были такими, как ты, мир стал бы лучше. И если что, у тебя теперь есть друг. Я, то есть. Поэтому, если кто обидит, — выставил Вишневский кулак, — я ему и вмазать могу. Только дай знать, — Егор взял телефон Бузикина и старательно вбил ему в контакты свой номер телефона. Гена же кивал, обещая непременно позвонить в случае чего.

Я решила, что нам всем нужно расходиться по домам. Но мужчины никак не хотели нас отпускать одних и вызвались провожать. Так мы и поплелись вчетвером в сторону нашего дома. Мужчины шли в обнимку на шаг впереди нас, а я поймала себя на мысли, что похоже, Бузикина я привела на свидание не с Ксюшей, а с Егором. И от этого внутри меня проснулась зависть. Неужели Вишневский предпочел не меня, эффектную и обворожительную девушку с роскошными формами, а хиленького Гену?

— Вот скажи мне, капитан, ты страдаешь от одиночества? — спросил Геннадий у Вишневского и тут же икнул.

— А чего от него страдать? — ухмыльнувшись, ответил Егор. — Им наслаждаться нужно!

— А я вот страдаю, — пожаловался Бузикин. — Знаешь, как не хватает рядом понимающего человека? — говорил он заплетающимся языком. — Такого, чтобы ему довериться можно было. Чтобы всю жизнь!.. Да и мама внуков требует… В общем, жениться хочу!

— Ну ты даешь, — засмеялся Вишневский. — Я в это болото ни за какие гильзы не полезу. Понимаешь, Ген?

— Брак! — вдруг воскликнул Бузикин. — Брак укрепляет не только психическое, но и физлиоло… физиологическое состояние организма! Слава браку!

Мы с Ксюшой шли за мужчинами и переглядывались, начиная вникать в суть их разговора. И если Ксюша была рада услышанному, то я нет. Как у Егора только язык повернулся брак назвать болотом? Почему он решил, что это настолько плохо?

— А по-моему, Геннадий вполне солидный мужчина, — шепотом поделилась со мной подруга. Она, ведомая выпитым напитком, стала более открытой и общительной. И уже не стеснялась посматривать на Бузикина заинтересованным взглядом. — Умный, вежливый и жениться хочет.

— Вот и не теряйся. Дай ему свой номер телефона, — посоветовала я ей, а сама лишь вздохнула, взглянув на Вишневского. Интересно, он переключился на мужчин, потому что не хочет жениться? Только в закоренелых холостяков я еще не влюблялась. Боже, но почему это происходило со мной? Почему именно я вляпалась в такую ситуацию? Когда же и для меня будет все просто? Почему судьба не даст мне того, что я просила? Ей обязательно вставлять мне палки в колеса? Я чувствовала себя голодной кошкой, которой перед мордочкой потрясли ломтиком ветчины, а потом просто убрали ее обратно в холодильник.

Когда мы дошли до дома и сели на лавку возле подъезда, нам с Ксюшей стало понятно, что Бузикин в таком состоянии один до дома мог и не дойти. Поэтому, я решила попросить чуть более трезвого Вишневского теперь проводить и Геннадия. Хоть в душе и закралось что-то, похожее на ревность, но я постаралась отмахнуться от этих глупых мыслей.

— Егор, можно тебя попросить отвести его домой? — с мольбой произнесла я, кивнув на Бузикина. — Пожалуйста.

— Домой?! — вскрикнул Геннадий, услышав, что речь шла о нем. — Нет, я не пойду. Мне нельзя домой. Если мама увидит меня таким, у нее сердце не выдержит. Нет! Не пойду! — заявил он и улегся прямо на лавку, освещенную фонарем.

— Геннадий, вставайте, — потянула его за руку Ксюша. — Сейчас же все соседи по окнам соберутся…

— Так нельзя, — покачал головой Вишневский, глядя на Бузикина. — Нет, брат, пойдем-ка я тебя до дома провожу. Где он живет? — повернулся ко мне Егор.

— Где-то в районе университета, — растерянно ответила я, пожав плечами.

— Отлично. То есть точного адреса мы не знаем, — почесал затылок Вишневский.

Ксюша пыталась поднять Бузикина, но все было бесполезно. Он уснул, как младенец, подложив под голову ладони.

— Что теперь делать? — растерянно посмотрела я на присутствующих. — Не оставлять же его здесь.

Вдруг мне в голову пришла совершенно безумная идея, и даже получше, чем выдуманный жених.

— Ксюш, может, его к тебе отвести? А завтра он спокойно домой уйдет, — предложила я подруге.

— Тат, ты совсем с ума сошла? — моментально протрезвела она, выпучив на меня глаза. А мне даже показалось, что у нее пред шоковое состояние от моей задумки. — Ты предлагаешь мне ночевать в одной квартире с чужим мужчиной, пусть и с таким безобидным?

Я поняла, что одна не смогу убедить Ксюшу принять эту, по ее мнению, безумную идею и толкнула Вишневского локтем в бок. Тот быстро сообразил, что я от него требовала, и совершенно серьезно добавил от себя:

— Я как представитель органов правопорядка со всей ответственностью заявляю, что поручаюсь за этого человека, — он махнул рукой на Бузикина. — А еще настаиваю на том, чтобы вы, гражданка Лапина, проявили гражданскую ответственность и предупредили возможное преступление.

— К-какое преступление? — испугалась Ксюша, прижав букет к груди.