Женщина, которая не пьет

7 глава

В представлении тех, кто никогда здесь не был, "Пик" - одна точка, от которой тянут свои тросы канатные дороги. На самом деле это четыре деревни, расположенные на разных уровнях. И соединяют их не только канаты, но и самые обычные дороги, по которым, точно по расписанию, следуют бесплатные автобусы.

Верхние ярусы самые фешенебельные: дорогая застройка, бутики, концертные залы, теннисные корты. А еще - царство многочисленных баров, пабов и ресторанов. Английский паб, устричный бар, кафе савойской кухни – в общем, гастрономический рай. Здесь селятся только члены клуба.

На нижних ярусах, кроме приезжих, живут и местные. Застройка там, в основном, однотипная, магазины попроще, врачи подешевле, кинотеатры - и даже школа для детей работников. В деревне... или, даже, небольшом городке Sous La Montagne есть такой же игрушечный железнодорожный вокзал, куда каждый день прибывают скоростные поезда из Парижа и обычные, региональные составы.

Горный аэропорт с очень короткой взлетно-посадочной полосой, только для частных джетов, это больше вопрос престижа. И далеко не единственное средство связи с Большой Землей.

Если бы так - все было бы на порядок проще...

- Где ты нашел эту гадость? - Стив поморщился, опуская гранату в ящик стола. Никаких отпечатков с нее снять, понятное дело, не удалось.

- Валялась на леднике, - пожал плечами Антон, - выше линии разлома. Похоже, некто кинул одну - она не сработала, на морозе с ними случается. Он немедленно бросил вторую - та вызвала лавину и все. Дальше следы Райса теряются. Может, он лежит где-то под снегом и остывает. А, может, подъезжает к Гавру или Пуатье.

- Зачем ему?

- У богатых свои приколы. Может, им заинтересовалась налоговая. Или жена надоела, и он решил ее бросить. Или подумал, что инсценировать свою смерть, а, тем временем, поохотиться на тех, кто тут разбрасывает гранаты - отличная идея.

"Пик" жил обычной жизнью, разве что Белая Арфа временно была недоступна для любителей внетрассового катания. Но ребята в красных жилетах, ползающие по склонам, никого не удивляли - два схода подряд, понятно, что гору закрыли.

- Стоило бы разослать фото нашего пропавшего на железку, автобусные станции, таксопарки.

- Не учи дедушку кашлять, - буркнул Стив, - это уже сделано. Вот только не верю я в такой исход. Райс не дурак, понимает, что со своим лицом ему просто так не утечь, кругом видеокамеры. Значит, надо изменить внешность. Но усы, парик и ватные тампоны за щеки - это уровень любительского театра, а ни на что другое у него не было времени.

- Значит, все-таки ищем труп?

- Бедная Джель, - вырвалось у меня.

Брат хмыкнул:

- Ну-ну... Уж какая угодно, только не бедная. Даже если у Гордона есть другие наследники и они отсудят у вдовы половину, после уплаты налогов ее наследство уменьшится еще на сорок пять процентов... ох уж эти налоги! Все равно, около двадцати миллиардов евро у нее будет.

...Двадцать миллиардов. У девчонки, которая мечтала о театральной карьере, подрабатывала официанткой и поломойкой, а летом колесила по стране с бродячей труппой "возрождающей традиции комедии дель-арте". Ирония судьбы.

Когда я просто заикнулся родителям, чтобы представить Джель в качестве своей девушки, даже не будущей жены, мама демонстративно закатила глаза, папа посмеялся. И вопрос больше не вставал. Качественно упокоили, как какая-нибудь семейка матерых некромантов. Интересно, что бы они сказали сейчас?

Пьер, должно быть, читал мои мысли.

- Ты меня очень обяжешь, если навестишь мадам Райс. Посмотришь, как она. Поддержишь. Дружески.

Тон брата был участливым, а темные, слегка навыкате, глаза, ввинтились в мозг как два буравчика, причиняя почти физический дискомфорт. Я встретил его взгляд своим, таким же жестким.

Даже не думай, братец! Зайти к Джель мой долг, и я это сделаю. Но увиваться вокруг нее, чтобы прибрать к рукам деньги вдовы - уволь. Можешь заняться этим сам. А я посмотрю, как Джель спустит тебя с горы пинками. Может, сейчас она и леди, но в душе, уверен, осталась той же самой пацанкой, которая и крепким словцом не брезговала, и врезать могла от души.

- Я сказал, ты услышал, - так же, безмолвно просемафорил мне Пьер.

- Иди к дьяволу, - отозвался я. Вслух.

Вдоль улиц и на крышах шале лежал лавандовый снег. Снег не бывает лавандовым, или золотым... если только его не описал Адди. Но в свете неона он был именно таким. Ясное черное небо с морозными звездами, словно протертое салфеткой, выгибалось над головой. Неожиданно вспомнился забавный парень, который исповедовал очень странную религию: земля плоская, а все доказательства сфабрикованы... Интересно, что даже вид этого купола его не убедил.

Или он просто пытался меня роффлить?

Я воспользовался уличным лифтом и через десять минут уже входил в калитку дома Джель. Забавно, она по-прежнему не запиралась. Раньше Джель это делала потому, что у нее было нечего украсть, а теперь? Видимо, потому, что была уверена - никто не посмеет обокрасть самих Райсов.

- Мадам в гостиной, - сообщила мне горничная и бесшумно растворилась в полумраке дома. Но перед тем, как исчезнуть, бросила на меня взгляд, полный признательности и плохо скрытого облегчения.