Женщина победившая судьбу 2.

Глава 3.

Открытый разговор, или все мужчины сво.

  Ариф, придя домой, даже не обратил внимания на Алину. Обняв и подняв на руки сына, он проговорил, давай Санамчик, сделаем так, чтобы вторая была дочь. Санам в ответ фыркнула, ни стыда, ни совести, дома чужие люди, а ты говоришь такое. Ариф громко смеясь, ответил, Санамчик ты здесь самая чужая. Потому что, Алина моя названная сестренка и она мне родная, посмотрел на Алину и весело морщась, моргнул. Алина сразу вспомнила, как в институте, когда кто-то хотел спорить с ней, все ребята говорили, она названная сестренка Арифа, остерегайтесь. Неугомонная Санам все тарахтела, ага, сестренка, чуть из дома не ушла, когда тебя не было дома, лучше меня бы прогнала.

   От ее последних слов Алина заметила, как изменилось лицо Арифа, оно потемнело как черная туча, он опустил ребенка на пол и проследовал в кухню. Алина, почуяв что-то недоброе, хотела пройти на кухню, но голос Арифа остановил ее на полпути. В его голосе не было угроз, злобы, предупреждения, просто Ариф спросил, почему захотела уйти моя названная сестренка. О чем они говорили было неизвестно, но Ариф вышел с хорошим настроением, и, посмотрев, как усердно его сын качает люльку, на которой лежала дочь Алины, произнес, увидишь, Алина еще породнимся. Алина согласно кивнула головой, об этом что ли ей думать, как-бы выжить вначале.

    Затем Санам начала кормить малышей, а Ариф принялся готовить плов, ему это было легко, так как Санам уже успела до его прихода нарезать лук, мясо, почистить и помыть рис.

    Ариф, готовя плов, понемногу наливая коньяка, говорил веселые тосты, и Алина с Санам, бурно смеясь над его шутками поглощали коньяк. Алине было тяжело произносить имя Санам, нерусское непривычное имя и после очередного глотка коньяка договорились, что Алина будет называть ее Сашей.

   Плов был отменный, после ужина Ариф сам все убрал со стола, оставил только коньяк, коробку шоколад и бутылку шампанского, от которого Алина и Санам впали  в веселый транс.

    Закрыв за Арифом дверь, Санам, села возле Алины, взяла ее руки в свои, и произнесла – «Если ты названная сестра Арифа, то я твоя законная невестка, только не ври, ответь мне честно. Ты действительно его названная сестренка». Алина честно ответила, да еще на 1-м курсе он назвал меня сестренкой и никому обидеть не давал. Алина ждала обиды, недовольного взгляда и обвинений со стороны Саши (Санам) и думала, что будет дальше.

   Простая русская девушка Алина была потрясена тем, что произошло дальше. Санам, со слезами на глазах разлила полные рюмки коньяка и целуя в щеку Алину, произнесла – «Спасибо тебе большое, у тебя теперь есть не только невестка, но и преданная сестренка. Не скрою, я все время ревновала тебя к Арифу, а ты оказывается ближняя родственница. Алина, ты такая красивая, таких красивых женщин я  еще не видела, заметив, что Алина пришла в замешательство от ее слов,  Санам проговорила, возьмись за себя и завоюй самых лучших русских и азербайджанских парней, как  это сделала когда то Тамара Синявская с  Муслимом  Магомаевым». Давай выпьем сестра, они чокнулись и выпили. Хмель уже ударила им в голову, но пока еще трезвая Алина думала, знакомые фамилии Синявская, Магомаев, ученые, наверное, вроде в институте на эту тему вопросов не было.

  Еще полтора бутылки коньяка было на столе да отборное шампанское, а время еще не зашло за полночь. После очередной рюмки коньяка, начался задушевный разговор двух молодых замужних женщин.

   Мужчинам об этом можно не читать. Пьяные мужики, если они только не картежники, азарт карточных игр превысит все остальные земные блага, потому что только в картах решается – ты или тебя. Остальные забулдыжники, напиваясь, становятся великими политиками, несмотря на свой вид и внешность великолепными любовниками или на простой конец, мужиками, у которых все великое ожидает их в ближайшем будущем.

   А здесь сели два воробышка, каждая со своим счастьем или горем, надеждой или безысходностью, верой или безволием.

   Гуляй-разгуляй русская душа, в беде и счастье, в печали или удаче, в скорби или жизни, но никому не дано перепить русскую душу. Это не значит, что они любят спиртное, это значит одно, алкоголь это смерть, а настоящих русских людей смерть просто так не возьмет, тем более горячительным напитком как водка, или все остальное, для широкой русской души это всего лишь, хоть и горячительный, но напиток.

   Изрядно захмелевшая Саша (Санам) первая начала свой откровенный разговор (не зря, русская пословица говорит – «Что у трезвого на уме, у пьяного на языке».)

    Санам начала издалека, из какой она благородной семьи, кто были ее предки, по ее словам выходило, что она вышла замуж за сына человека, из простой крестьянской семьи, которых в Азербайджане пруд пруди. С удивлением Алина услышала, что Санам окончила филологический факультет в Москве, работала до замужества в гороно, а сейчас находится в декретном отпуске.

   Она снова наполнила рюмки коньяком, чокнулась с Алиной, выпила до дна и продолжила свой разговор. Алине только теперь поняла, что не давало ей покоя. Чистое произношение слов на русском языке, без всякого акцента, с правильным ударением на каждом слове, хоть сейчас записывай Санам в дикторы радио или телевидения, такое произношение было у Саши (Санам). Ну что за нечеловеческие имена, думая, мучалась Алина.

   Санам в грубой форме, негативно отзывалась о близких родственниках Арифа, считала их неотесанными, некультурными, необразованными людьми из пещерного века. Весь негативный разговор Санам касался родственников Арифа и она, наливая очередную рюмку коньяка Алине, промолвила – «Пусть будут круглыми сиротами те, за которых выходят замуж дочери из благородных семей».

   Алина не выпила эту рюмку коньяка и демонстративно поставила рюмку на стол, на вопросительный взгляд Санам спросила, а скажи-ка, сестренка, как ты относишься к моему брату Арифу.