Женский роман

На часах было 6:38 утра

На часах было 6:38 утра, когда Кирилл Максимович Вересов ввалился на кухню, почесывая взъерошенную шевелюру и щурясь от по-сентябрьски яркого солнца. Пред очи своего отца он предстал в пижаме, правда, уже умывшись. И окинув взглядом еще пустой обеденный стол, поинтересовался:

- Что на завтрак?

- Омлет, - раздался голос отца, - бери тарелки, накрывай на стол.

Вересов-старший отлепился от барной стойки, разделявшей кухню на две части, и вместе с толстой папкой в руках переместился за стол.

- О, с утра пораньше включил юриста, - протянул Кирилл и пошел к подвесному шкафчику, где стояли тарелки. Вынул две, поставил одну перед отцом, вторую напротив. Разложил приборы и поплелся к плите. Через минуту большой омлет со сковороды был поделен на два одинаковых куска и отправлен по тарелкам.

Глядя на завтрак, Кирилл чуть поморщился, немного подумал, влез в холодильник и присовокупил к уже имеющемуся пару томатов и банку сока.

- Между прочим, Нина Петровна ушла больше месяца назад, - объявил он, усаживаясь, - а каникулы уже третью неделю как закончились. Пора бы все-таки подумать о новой домработнице. Хотя бы подумать, па.

Максим кивнул, одновременно отправляя в рот кусок омлета и переворачивая страницу.

- Хорошо, подумаю. Вот процесс Борисоглебского завершу – и подумаю.

- Тогда придется звать на подмогу бабушку. На омлете я долго не протяну. Молодой растущий организм. Хочешь лекцию от педиатра на пенсии?

Удивленно вскинув бровь, отец оторвал взгляд от бумаг и внимательно посмотрел на Кирилла.

- Это сейчас была угроза или шантаж?

- Предостережение от рисков. Я тоже не хочу, чтобы она тут околачивалась – начнет контролировать учебу. Но, блин, омлет третью неделю!

- Ок, один вечер, вместо своего танкового рандома, посвяти выбору домработницы. Все равно от компьютера не отходишь. Но пользы будет больше.

- О! Спихнул уже! – рассмеялся Кирилл. – Тогда пеняй на себя. Когда на порог явится блондинка с третьим размером и ногами от ушей, не забудь спросить ее рекомендации.

- Ну, это ты сильно губу не раскатывай, - хохотнул Вересов в ответ. – Рекомендации спрошу в первую очередь, ДО подписания контракта. Так что жуй давай и не умничай!

И он снова уткнулся в бумаги. Этот процесс его изматывал. Он длился уже третий год, и конца-края ему было не видно. Но на сегодняшнее слушание Максим Олегович возлагал самые большие надежды, ожидая, что наконец-то будет вынесено решение. Впрочем, это еще ничего не гарантировало. Наверняка госпожа Мазур-Борисоглебская поспешит со своими адвокатами в апелляцию. Но хоть какой-то рубеж будет пройден. Послать бы все к черту, конечно, так в конторе не поймут. На гонорары от Борисоглебского можно было жить, не ведя больше ни одного процесса. Но как же он его достал!

- Ты б тоже не умничал и хоть одну из своих баб в дом привел, пусть бы готовила. Хоть какой толк, - проворчал Вересов-младший и отправил в рот кусок омлета.

Максим долго смотрел на сына тем взглядом, который предупреждал, что дальше лучше не шутить. Он мог позволить Кириллу многое, но были вещи, которые не подлежали обсуждению. В повисшей тишине он медленно и негромко проговорил:

- У тебя есть два варианта. Можешь доесть омлет, отправиться в гимназию и вечером подобрать несколько кандидатур в домработницы. Заметь, именно в домработницы. Сайты не перепутай! А можешь прямо сейчас позвонить матери и в ближайшее время переехать к ней. Завтракать тем, что тебе приготовит она. Это понятно?

Кирилл посерьезнел и кивнул.

- Ясно. Первый вариант. С ее Джорданом я не лажу. И три собаки в моей постели меня бесят.

- Вот и заканчивай балаган, иди собирайся, иначе опоздаем, - Максим поднялся, сунул свою тарелку в мойку и направился к выходу.

- Па! - крикнул ему вслед всполошившийся Кирилл. – Забыл совсем! Сегодня собрание на 18:00.

В ответ раздалось негромкое ругательство.

- Вовремя! – обернулся отец. – Ладно, я позвоню бабушке. У меня встреча.

- Пааа! У нас классуха новая. Стремная девка. Но с классной грудью. Сильно хочет пообщаться.

- А за словами последить? Ты как разговариваешь?

- Та она только после института, - отмахнулся Кирилл. – Француженка. Честное слово, на ее уроках я – просто образец изящной словесности.

- Именно поэтому она и хочет сильно пообщаться. Понятно! – Максим кивнул. – Ладно, встречу перенесу, съезжу сам. А теперь марш собираться, точно опоздаем.

Кирилл торжественно кивнул. Демонстративно отправил остатки омлета в мусорное ведро, а тарелку в мойку. Запил съеденное соком и пошел одеваться.

Киевская гимназия им. И. Франко № 92 с углубленным изучением иностранных языков считалась одним из лучших учебных заведений, где английский, французский и немецкий наряду с обычными учителями читали еще и носители вышеперечисленных языков. Английский Кирилл знал неплохо – с восьмилетнего возраста проводил летние каникулы у матери в Штатах. Французский выбрала для него бабушка. На факультатив по немецкому он ходил дважды в неделю, потому что нравилось. И с вузом на начало одиннадцатого класса так и не определился. Мать все лето соблазняла разнообразием американских колледжей, к себе поближе. Джордан бесил. Отец ни на чем не настаивал. Бабушка развела бурную деятельность, насобирав брошюр киевских университетов и подсовывая ему в стопку с тетрадями.