Жертва Ястреба

Глава 4

Третий год правления императора Дукай

На третий год правления императора Дукай, Альянс впервые за пятьдесят лет, отодвинул границу с пиратскими планетами, присоединив еще одну туманность. Флотилия Альянса попала в окружение, и они в первые десять минут лишились командного состава из-за помех со связью.

Адиль неслышно выругался наблюдая, как флагман Альянса по непонятной причине опускает щиты, напарываясь на прямую атаку противника. Архитектор разума привычно отозвался, сеткой накрывая их оставшиеся корабли.

– Командор Лоты, – он вызвал старшего по званию из оставшихся в живых, только он был вранцем. – Сообщение в ставку: внештатная ситуация, командование флотилией временно принял капитан Дукай.

– Принято, все коды передать капитану Дукай! – вранец свернул свою проекцию и разослал сообщение на все корабли о новом ведущем.

Адиль решил рискнуть и впервые раскинул Архитектор разума с атакующей целью, заглушая связь в рядах противника, поглощая и трансформируя их внутренние сигналы. Перед глазами индикаторы горели красным, но вдруг три загорелись оранжевым, и он понял, что выбрал правильное построение. Воспользовавшись временно нарушенным строем противника, Адиль пробил щит флагмана, повысив свой уровень синхронизации до 80%. Пираты срочно начали готовиться к прыжку, но Адиль перехватил управление бывшим кораблем Альянса, запретив операцию. Штурм кораблей противника принес улов: они смогли даже захватить часть вражеского флота вместе с пленными. По возвращению на базу Адиль вспомнил, что т.к. он не дождался приказа из ставки о назначении командиром подразделения, то получил выговор и штраф соцрейтинга от военного губернатора Кирша.

Битва вызвала переполох нестандартными методами ведения боя: наличие подобного оборудования на корабле не было согласовано, узнав, что ключевым фактором успеха усилителя стала выдающаяся степень синхронизации Архитектора разума капитана Дуки, в штабе задумались. Усилитель оказался запатентован, как изобретение лично капитана. Адиль Дукай неожиданно стал очень богат на государственных заказах, чувствуя себя ужасно неприятно, каким-то вором, но так было нужно, чтобы разбавить вранское присутствие. Процент ненависти возрастал слишком быстро, независимо от предпринимаемых усилий: недавно вранский пехотинец под маком убил свою любовницу. Возмущаться начал не только Кирш.

Странные истории Кирша в талантливых отчетах Тьяго Моро спровоцировали служебное расследование в адрес министерства транспорта и связи. Наследный принц воспользовался случаем убрать недоброжелателя с ответственного поста, подав рапорт на Палату Контроля. Министр транспорта и связи был обвинен в растрате по результатам внутреннего расследования, но скоро его обнаружили застрелившимся вместе со своей семьей в особняке под Аласией. Подобный исход дела удивил общественность, отвыкшую от драматических историй.

Тьяго Моро все-таки получил разрешение уйти в отпуск и был переведен с должности аудитора, ходили слухи о его повышении, но Адиль им не сильно верил. Сейчас он пришел на проводы, осознавая, что они вряд ли скоро увидятся. Он слегка завидовал, что Тьяго уходит с войны, но в этом заключалась разница между гражданским чиновником и военным. Зная распорядок Тьяго, он не был уверен, что хотел с ним поменяться.

– Вранским ястребам, салют! – поприветствовал он гостей, заметив, что пока в зале были только вранцы.

– Здравия и долгих лет юному капитану, разделишь с нами трапезу? – всеобщий вранцев звучал интересным колоритом придворных речей тысячелетней давности. К десяти вечера подтянулись остальные гости, алкоголь тек рекой, даже знаменитый вранский коньяк, видимо, контрабанда, – скоро дышать стало невозможно, и они с Тьяго поднялись на второй этаж служебной квартиры, чтобы выйти на балкон.

– Ты же знаешь, что меня вызывают сейчас тушить пожар, а не в отпуск? – Тьяго слегка пригубил из своего единственного бокала вина за вечер. Адиль никогда не спрашивал, почему тот не пьет алкоголь и не курит. Он только обратил внимание, что один бокал тот себе все-таки позволил, да и спина как-то прямее выглядела.

– Догадался, ты слишком хорошо себя зарекомендовал, – Адиль покрутил ножку бокала, с наслаждением вдыхая ночную прохладу, сменившую спертый кальянами воздух. – Кейтеринг – отличный, и хостесс всех отлично развлекают. Ты явно вложился.

– Здесь так принято, – отставил бокал Тьяго. – В Софии теят надо пышнее, а во Вране в подземном бункере, чтобы журналисты не засекли, и то есть риски. Как чувствуешь себя без формы?

– Уже непривычно, – честно ответил Адиль, вспоминая, как в казарме, роботы мгновенно привели его форму в порядок сегодня вечером перед приемом губернатора, где он появился на пятнадцать минут, как и положено героям. В машине по пути он переоделся, следуя уставу. – Куда ты летишь?

– Впервые за больше чем 20 лет во Вран, – Тьяго беспокойно провел большим пальцем правой руки по манжету левой, и начал бессознательно повторять это движение, задумавшись. – На границе эпидемия: за неделю 200 000 заболевших. Похоже на грипп, но только еще и куски кожи отслаиваются, как при излучении. Только утечек никаких не было, фон в норме, щиты на месте. Уже выявили три случая во Вране, две планеты закрыты на карантин.

– Ты же не министр общественного здоровья, – Адиль закончил свой бокал вина, аккуратно поставив его на пол.

– Теперь я – временно исполняющий обязанности министра транспорта и связи до новых распоряжений. Моя задача организовать карантин так, чтобы логистические цепи оказались затронуты меньше чем на 15%, нарушить график производства согласовано только на 5%. – Тьяго тяжко вздохнул, т.к. все понимали степень нереальности поставленной задачи. – Я отпуск просил, чтобы нормальное предложение сделать невесте, а мне такой привет.