Жертвуя собой

Глава 7

Любой идеал хочется достичь, обнять, спать с ним. Настоящий идеал — как линия горизонта, он недостижим. 

Иосиф Бродский
____________________________________

На новый год родители подарили ей бумагу, цветные ручки и одну не совсем ловко подобранную книгу по архитектурному планированию. На все прошлые праздники они «откупались» от Доли украшениями из белого золота. Обыкновенно это были очень помпезные, даже пошловатые витиеватые цветочки или розочки на тонкой цепочке. Больше всего ей запомнились сережки-жабы с крошечными бриллиантами вместо глаз. Так что, книга и бумага – это было чем-то, впервые по-настоящему обращенным именно к ней.

За пять минут до нового года она прятала телефон под столом. К родителям пришли гости – Дядя Рома и Тетя Шура. Они были трогательными крестными Доли, подарили ей свитер, купленный в ЦУМе. Но Доля не слышала их разговоров о политике с колкими шутками на грани приличия. Она сидела с открытым диалогом под его номером и пыталась придумать уместное поздравление.

«Алексей… Нет… Леша… Лешенька! Как пошло…». Она кусала губу, пока дядя Рома уже наливал в ее бокал с золотой каёмкой новогоднее шампанское.

Неожиданно пришло сообщение от Димы. Она дернулась. Подумала, что написал Леша, хоть и знала, что этого произойти не могло. Сообщение, как всегда, было с признанием в любви. Она начала лениво отвечать, обходя тему чувств. Всякие дежурные «спасибо», «Мне очень приятно». Зазвонили колокола, Доля подняла бокал и чокнулась со всеми. Теперь ей казалось, что писать ему уже в новом году неуместно. Она отложила телефон, сделала счастливое лицо и заела его бутербродом с красной икрой. Он был мягким на вкус и щекотал язык. А ночь была холодной и щекотала нервы.

Уже через три дня, отклонив несколько приглашений Димы, Доля встретилась с Лесей у той на квартире.

- Как думаешь, может я хоть чуточку нравлюсь ему? – неловко и непривычно для самой себя спросила Доля.

Леся кружилась перед ней между створками гардеробной комнаты в огромных солнцезащитных очках. В одной руке у нее было розовое платье с пайетками, а в другой бежевый брючный костюм. Приглушенный желтоватый свет и вечерний шелест веток за окном.

- А дай-ка я посмотрю на него, - она села рядом с Долей на кровать и, достав телефон, кокетливо забросила ногу на ногу.

От нее всегда приятно пахло чем-то цветочным. И даже без макияжа у нее была фарфоровая нежная чистая кожа. Волосы вились естественной волной, а грудь была вздернуто высоко и гордо.

- Фамилия?

- Не помню. Введи: гендиректор констрактс.

- Опачки. Это он? Староват даже для меня, не? Вот как они умудряются так не сохраниться к тридцати пяти годам.

- Что?

Доля взяла у нее телефон. На экране показалось фото бывшего гендиректора. Доля не знала его отчество, только имя – Геннадий. Он был пожилым, но статным мужчиной в крепком черном костюме и слегка нелепом полосатом галстуке, который ему наверняка выбрала преданная жена.

- Это не он. Это старый гендиректор. Леша недавно встал на его место. Вот он, - Доля долистала до фотографии Леши.

Оно было типично журнальным. Наверняка прилагалось к какому-нибудь интервью в бизнес-журнале. В брюках и с ней рубашке он стоял, оперевшись ногой о кирпичную стену. Смеялся улыбкой куда-то в сторону. Будто его случайно заметили в таком положении и тут же запечатлели удачный момент.

- О-о-о-о… Это хай-лига, моя дорогая. Я таких, когда в клубах вижу, сразу понимаю – это уже слишком. В романовом дворе таких много, слышала?

- Что-то знакомое.

- Это закаулочек на охотном. Я туда ходила как-то с подругой. Там красавчиков – море. Но знаешь какие они? Холодные. И взглядом на тебя не поведут. Хоть ты голая мимо них пройди. Этих ребят только внешностью уже не зацепить. Им и внешность, и ум, и породу, и врожденную сексуальность. В общем, таких один на миллион, и они об этом знают.

Доля попыталась вглядеться в эту фотографию и вообразить его такого глянцевого с лапшой на коленках. Он был другим. «Я – это мой дом, моя семья, моя жена».

- Он не такой, - Доля отключила экран телефона и передала его Лесе.

Леся тяжело выдохнула и приобняла Долю за плечо привалившись к ее виску головой.

- Да, дорогая, все они – не такие.

Доля усмехнулась, погладила Лесю по голове, словно ласковую кошку. Та тут же подскочила и вернулась к своему гардеробу с желтоватой подсветкой. Там висели наряды от кутюр. Дорогие подарки ее мужчин, украшения, туфли с красными подошвами. Это даже подошвой стыдно назвать. Это было достоянием Леси.

- Так. Я предлагаю тебе в качестве подарка взять вот это платье, - она достала крошечное кружевное платье с глубоким вырезом, - и вот этот костюм с этой приталенной рубашкой. Если согласишься прямо сейчас – получишь бежевые туфли-лодочки в подарок.

- Это лишнее.

- Это не лишнее, это новогодний подарок! Иди в этом на работу и соблазни своего «не такого»! Тут понадобится тяжелая артиллерия.

- Леся, у него жена.

- Да хватит пугать меня своими женами, - рассмеялась она и наклонила голову, чтобы перебросить волосы через плечи.

Стоило ей сделать это, как с ушей соскользнули очки от «прада». Она тут же поднялась за ними, чтобы надеть обратно, но Доля успела заметить сине-желтый фингал размером с кулак. Леся сделала вид, что ничего не случилось, но под жалостливым взглядом Доли продержаться удалось ей недолго. Она кинула оба наряда на кровать и озлобленно сняла с себя очки.

- Ну да. Ударил. Тот что молодой. Я сама дура. Красивый при деньгах, а не женат – надо думать было.

- За что? Просто так?

- Ну. Выпил лишнего, а я минут на пятнадцать опоздала. Начал кричать мол: «шлюха, с кем ты таскаешься». Потом ударил. Прощения просил, даже подарок привез. Вон на кухне стоит – ваза. Говорит до конца жизни цветами наполнять ее будет.