Жертвуя собой

Глава 8

Нельзя ненавидеть того, кто стоит на коленях. Того, кто не человек без тебя. 

Джон Фаулз "Волхв"

______________________________________________________________

Глава 8.

Он сказал ей: «Отлично выглядишь». Доля задумалась над тем, что ей нужен еще один костюм или дdа. Она достала с антресоли старые вещи, которые носила, когда еще работала в кино. Они пахли пылью и сыростью, но не потеряли ни цвет, ни форму. В конце концов, несмотря на то, что это казалось новой жизнью, прошло всего полгода.

- Отлично выглядишь, - шепнула она себе в подушку, и слезы почему-то скатились по ее щекам.

«Глупость какая» - стоило теплой капли коснуться ее скул, как она снова вспомнила Давида. И это дурное скручивающее чувство с оттенком приятной тошноты. Она задумалась о том, что было бы, если бы на его месте был Леша. Какие у него руки: А запах одеколона? Звучит ли его шепот над ухом так же как у Давида.

Наверняка, он много чего шепчет своей Асе.

- Мам, а что такое секс?

Мать Доли уронила банан на пол и тут же спряталась за столешницей, пытаясь достать его. Доля любопытно сидела за столом. Неповоротливыми руками она рисовала чертежи – задание от Кирилла. Делала все по инструкции, то и дело сменяя стержни в автоматическом карандаше.

- Ну, - протянула ее мать, оттряхивая пыль с брюк, - это… О боже Доля, спроси у Димы в конце концов. Я же мать.

- Не хочу. Он неправильно поймет.

- Ну. Я не знаю. Тебе двадцать лет. Спроси у подружек. Вот, например, та Леся, которую ты мне показывала. Уверена, она много чего тебе расскажет…

Мать Доли, элегантно одетая в спортивный домашний костюм, села с другой стороны стола. Она как раз читала модный журнал, делая закладки там, где ей приглянулась какая-нибудь вещица. После она отправиться в магазин на цветном бульваре и скупит все по списку.

- Ты старше. Ты должна знать лучше. Я твоя дочь, и я в отчаянии.

- Платил бы мне кто-нибудь за каждый раз, когда ты якобы в отчаянии, - она отгородилась от Доли январским выпуском.

- Ну мам.

Журнал упал на пол.

- Так. Секс – это приятное времяпрепровождение, ни к чему никого не обязывающее. Все должно быть по обоюдному согласию и не забывай предохраняться.

- Я не о том. Я про то, что чувствуешь или, о чем думаешь.

- С чего бы вдруг тебя это стало волновать? Еще в тринадцать лет заявилась домой со словами: все мальчики и девочки – извращенцы, а секс – это грязно и некрасиво. Что за перемены?

Доля стояла на своем и с упорным взглядом глядела на мать. Несколько секунд, проведенных в тишине, и женщина сдалась первой.

- Секс – это когда ты… Знаешь… разгоняешься. Когда поначалу немного раздражаешься, прислушиваешься ко всем звукам, пытаешься устроиться поудобнее, а потом бац… и ничего не слышишь. И только чувствуешь, как в тебе все закипает. И ты настолько любишь человека в этот момент, что даже хочешь сделать ему больно. Хотя к любви это, конечно, не всегда имеет отношение.

- А что чувствуешь перед этим всем. Когда только-только впервые задумываешься об этом?

- Не знаю. Наверное, трепет.

«Трепет» - Доля по много раз прокручивала это слово в своей голове. «Трепет, трепет, трепет». С детства все слышали про «бабочек в животе». Наверное это, и имела ввиду мать Доли – просто не решилась объяснить кондовым выражением.

Но неужели влечение начиналось там, где начинались прикосновения. Ведь ее не тянуло ни к словам Давида, ни к его шуткам, ни к его улыбке. Интуитивно она чувствовала, что девушек привлекает в нем именно это. Но саму ее это никак не впечатляло. А вот легкое касание щеки и ткань его рубашки внезапно заставили ее впервые задуматься о том, насколько крепко он смог бы сжать ее плечо до тех пор, пока ей не станет больно.

Она вышла из офисного центра. Вместо пиджака на ней была светло голубая рубашка. Сверху нее темно-синей кашемировый свитер и серое пальто. Она выглядела точно, как модная девочка из обеспеченной семьи. Теперь просыпаясь по утрам, она тут же бежала к зеркалу. И приблизившись к нему, подолгу вглядывалась в свое лицо. Казалось, что оно стало другим.

Слякотная погода. Редкие машины, проезжавшие мимо главного входа, топили шины в грязных лужах. Она заметила знакомую спину.

- Привет, - она встала рядом с ним.

На нем была все та же парка. Сегодня волосы казались более взъерошенными чем обычно. «Может из-за ветра? Интересно он укладывает их чем-то?»

- Доля! Как у тебя дела? – он посмотрел на нее только мельком и снова уставился в экран мобильного телефона.

У всех занятых людей, в особенности симпатичных мужчин, была эта привычка совершенно не обращать внимание ни на что кроме своего смартфона. С женами они обращались так же?

- Хорошо, - она заправила прядь за ушко, - а ты как? У тебя новая куртка.

- Ну да, что-то в этом роде. Хорошая погода, да?

Доля невольно округлила глаза. Даже посмотрела вокруг, чтобы убедиться - на улицах по-прежнему лежит грязь.

- Ну да… - замялась она.

- Слушай. Вы же почти закончили каталог, да?

- Да, там осталось…

- На следующей недели презентация проекта. В Рэдисоне. Обычно рядовые сотрудники не приходят. Но там будет Кирилл. Давид тоже. Я думаю, что хотел бы видеть тебя там. Что скажешь?

«Что скажу?!» - она была на грани того, чтобы начать подскакивать на узеньких каблучках.

- Но зачем? – рассмеялась она.

- Посмотришь, как это происходит. Если будешь заниматься этим и дальше, получишь полезный опыт. Кто знает, может следующая высотка будет твоей, - он подмигнул ей.