Жестокая игра

Глава 22

Я не понимала, что делала. У меня не было ни одного адекватного оправдания своим действиям. И стоя у зеркала, колдуя над прической, я мысленно снова и снова пыталась себя убедить отменить ужин.

И во время того, как я взяла алую помаду, наносила ее на губы, и во время того, как я выбирала платье, и остановила выбор на том, у которого вырез был не такой скромный, как полагается надевать на ужин с родителями.

– Тася, я… Прости, – мама вышла, закрыла двери, постучала и снова вошла. – Извини, папа уже купил замок, после ужина приделает, – она подняла на меня глаза и запнулась. Я в этот момент наносила туш. – Т…Тася… а ты уверена, что это просто друг?

– Мм, – я отвела глаза в сторону, посмотрела на телефон, стоящий на зарядке и снова влетела в голову мысль, что нужно отменить ужин. – Да, уверена. Сколько еще раз ты задашь этот вопрос?

Мама молча и недовольно смотрела на мои губы, а я ощущала, как мои щеки покрываются таким же ярко-алым цветом, как и оттенок помады, которую я нанесла.

– Ладно, – мама пожала плечами. – Там у тебя пицца не сгорит?

– Сейчас вытащу.

– Я могу сделать?

– Нет, мам. Я сама.

– Хорошо, хорошо, не нервничай, – она еще раз прошлась по моему внешнему виду внимательным взглядом, и сжала рот в тонкую полоску. – Ждем внизу.

Она вышла, а я посмотрела на себя в зеркало снова. Услышала, как за окном тормозит автомобиль. Подошла, отодвинула занавеску, и увидела Яра, уверенно направляющегося к калитке. Он нес в руках цветы.

– Черт, черт, черт, – положила ладошку на лоб. – Да что со мной?

Схватила салфетку и начала яростно тереть губы.

– Не нужно. Мне это не нужно! Пожалуйста! Господи. Это просто ужин! Я не должна наряжаться для него.

Разъяренно кинула салфетку на пол. Выбежала из комнаты и быстро спустилась вниз. А там мама уже в гостиной устанавливала букет огромных алых роз в вазу на тумбочку. Яр сидел на диване и разговаривал с папой, и похоже, они нашли общий язык. Мой папа вообще сговорчивый, ему не сложно найти тему для обсуждения.

– Не вытащишь пиццу? – мама скосила на меня глаза, подойдя к столику, который папа развернул на больший размер, и раскладывала на нем вилки. – Она же сгорит. Там, наверно, уже уголек. Мне ты трогать не разрешила. Я не вмешиваюсь.

– Сейчас, – я заметила, как Яр жадно посмотрел на вырез моего платья и зарделась. – Привет…

– Привет, – улыбнулся он одним уголком губ.

Отправилась на кухню, проводя ладонью по горячему лбу.

Вытащила пиццу и начала ее разрезать, заметив, что мама подошла и вытаскивает из холодильника салат.

– Кто готовил?

– Не волнуйся. Не я. Салат сделал папа.

–Да я не волнуюсь, – сказала сглотнув и старалась не смотреть на нее. Она тоже вела себя отстраненно. – Поставишь чайник?

– Горячий.

Я вздохнула, ощущая, что мама все еще злилась на меня. Она не доверяла парням из нашего ВУЗа и правильно делала. Мне тоже не следовало бы ему доверять.

Положив на стол блюдо с порезанной пиццей, я наконец-то уселась, но казалось, что продолжала не находить себе место. Мне было неловко смотреть на Яра, я всеми силами отводила глаза.

– Что это у тебя? – почувствовала, как теплые шероховатые подушечки пальцев коснулись щеки. – Ты помаду растерла что ли?

– Нет, – попыталась убрать его пальцы с щеки, но он успел дотронуться ими до губ, вызывая мурашки.

Дернулась, отодвигаясь на стуле, замечая, что родители делают вид, что не слышат, о чем мы говорим. Они начали накладывать себе еду, а я неуверенно посмотрела на Яра, который сегодня был одет в черную рубашку и брюки. Он улыбнулся, самоуверенно глядя мне в глаза, а мое сердце издало слишком сильный удар, отбивая молоточком по ребрам.

– Дочка, подойди к зеркалу, мы не торопимся, – ласково предложила мать, снисходительно улыбнувшись. И меня это почему-то взбесило.

– Все хорошо, мама! – резко озвучила я, сжимая губы. Мне было непонятно, почему они акцентируют на этом внимание.

– Послушай маму, Тась, – Яр мягко взял меня за руку и успокаивающе погладил тыльную сторону ладони большим пальцем, когда я начала накладывать ему салат. – Мы подождем.

Родители удивленно посмотрели на меня, когда я растеряно поднималась, чтобы отойти в ванную.

Увидев свое отражение в зеркале, я была мягко сказать, обескуражена. Помаду я растерла по бокам губ кверху, к щекам. А на самих губах почти ничего не было. Я так долго красилась, но в последний момент торопливо вытерла и не глянула на себя в зеркало …

– Боже, боже, – шептала, яростно оттирая ее с кожи. – Почему она такая стойкая?

Еще долго не получалось выйти из ванной комнаты, потому что краска стыда не сходила с лица. Не понимала, отчего так нервничаю. Не понимала, что происходит со мной.

– Это ты виновата! – воскликнула маме, плюхнувшись на стул. Я злилась, что мама на меня в последний момент перед выходом из комнаты так недовольно посмотрела, будто я разоделась не к месту и выглядела странно. – Из-за тебя я вышла на ужин как клоун! И ты не могла сказать мне раньше?

– Так, дочка, – строго потребовал отец. – Не надо. Не начинай. Тебе сообщили, как только заметили.

Я сжала губы и шумно втянула воздух.

– Все хорошо, – почувствовала, как Яр убирает мне выпавшую из прически прядку волос за ухо. – Ты прекрасна, Тася.

Его голос был такой нежный, вибрирующий, что я внезапно замерла. И заметила, как мама с папой многозначительно переглянулись.

– Ладно, – вмешалась мама. – Давайте попробуем пиццу.

– Уже не терпится, – улыбнулся Яр.

Мы поужинали уже не в такой напряженной обстановке, и я заметила, что Яр может быть очень добрым и общительным. Он покорил моих родителей, и продолжал очаровывать меня.

Папа рассказал ему, как идут дела в бизнесе, и что последнее время его мучают проверками, но пока что не такими серьёзными, так что все обходится хорошо. Я прислушивалась к их разговору, потому что меня родители уже давно не посвящали в события, связанные с лапшичной. Я была лишь доставшик на ближайших районах, и редко удавалось выхватить хотя бы крупицу информации. Родители считали, что мне следует заниматься учебой, и не хотели расстраивать рабочими проблемами. Но Яру папа открыл многое. Потому что Яр оказался тем человеком, который понимает в ресторанном бизнесе и финансах. Он дал папе несколько советов, и тот даже записал их в свой рабочий блокнот.