Я вышла из хижины и… замерла.
Надо мной раскинулось чистейшее голубое небо — такое яркое, такое глубокое, что у меня защипало глаза. Я вдруг осознала: Я не видела неба. Нормального, спокойного, голубого неба — месяцами.
Всегда была буря. Серая хмарь над ковеном. Дым от костров.Крики. Страх. Боль.
А сейчас — тишина и лёгкий ветер. Пахло травой, солнцем, жизнью.
— Ну что, ведьма, — прошептала сама себе, подставляя лицо тёплым лучам. — Похоже, дела действительно будут сделаны.
Где-то внутри меня ожила лёгкость, которую я уже успела забыть. Даже тяжесть ответственности стала не такой давящей — особенно когда дома сидит моя собственная копия, которая вон как уверенно распоряжается моими документами.
Я вдохнула глубже.
Анна-Лора появилась так тихо, что я вздрогнула — как обычно. Эта ведьма умела подкрадываться, как кошка в шелковых тапках.
— Талия… — её голос был мягким, осторожным, будто она боялась спугнуть мою хрупкую в этот момент нормальность. — Мы… мы не хотели на тебя давить.
Я медленно повернулась к ней.
Анна-Лора выглядела как-то растерянно, даже виновато: длинные волосы забраны в косу, на пальцах следы от мятых трав — значит, опять варила зелья.
— Все очень переживают за тебя, — продолжила она, смяв подол своей накидки. — Ты держишь на себе ковен, дела, дипломатические письма, переговоры с Советом земель… И свадьба… ну…
— Ну? — приподняла бровь я.
Отредактировано: 14.12.2025