Жестокий Кавказ. Русская жена

Глава 6

— Арслан хочет, чтобы вы с Ромой поужинали с нами, — сообщает Фатима спустя час после возвращения с кладбища.

— Не думаю, что это хорошая идея, — качаю головой, параллельно застегиваю чемодан.

Последний автобус через полчаса. Если поторопимся, то уже утром сядем на самолет до Москвы. Дико хочется домой. В свою квартиру, к маме — туда, где я смогу выплакать всю боль в тишине и без косых взглядов местного населения.

— Арслану нельзя отказывать, — аккуратно говорит Фатима, которая, не желая того, оказалась меж двух огней: меня и своей семейки, — Он не поймет. Да и вам пора познакомиться ближе.

Сворачиваю кофту Ромы и на мгновение вспоминаю нашу «встречу» с Арсланом у лестницы. Позже, когда мы возвращались домой, я уточнила у Фатимы, кто из всех мужчин ее брат, и мои догадки подтвердились.

Тот здоровяк, который наехал на меня в коридоре, — Арслан Керимов. Встреча с братом Данияра прошла, что надо, но я не жалею ни о чем.

— Мы знакомы, — ошарашиваю девушку, складывая вещи сына в его рюкзак.

— Знакомы? — Фатима аж выпучивает глаза от удивления, — Арслан был у вас, когда приезжал в Москву к брату?

— Приезжал в Москву?

Не помню, чтобы Данияр рассказывал хоть об одном приезде брата. Но даже если и приезжал, то мне все равно.

Любимый всегда защищал нас от «странностей» своей семьи, и теперь я прекрасно вижу почему. Ладно я. Не любите и не общайтесь. Но Рома что вам сделал?

Он ведь единственный внук Айны и племянник этого мужлана, но за все время никто из них не подошел к нему.

— Арслан часто летает в Москву по делам, — объясняет Фатима, — И иногда во время своих командировок виделся с Данияром. Мои братья любили и уважали друг другу. Несмотря на расстояние, между нами и Данияром не было вражды.

Ага, верю…

— Я все равно не могу. Через полчаса отходит последний автобус, а завтра утром у нас рейс.

Вещи собраны. Рома сыт и выспался. Думаю, обратная дорога пройдет легче.

— Уедете на первом утреннем автобусе, а следующий вылет после обеда. Мы не задержим вас надолго.

— Маам, — присоединяется к своей тете Рома, который до этого увлеченно играл в стрелялки на планшете, — Давай останемся. Я не хочу опять ночью ехать на автобусе. Там темно и скучно.

Это еще что за номер?

— Правильно, Ромка, — поддакивает ему Фатима, — Ночью к тому же опасно ехать. Погода меняется каждый час. А если пойдет снег?

Снег в наших широтах — обычное явление, особенно в январе. А снег здесь — действительно катастрофа. Ощущение, что местные водители совершенно не готовы к нему.

— Хорошо, — обреченно соглашаюсь, потому что чувствую, что Фатима не отстанет, — Мы поужинаем и поговорим, а завтра рано утром уедем домой.

***

— Разве мужчины и женщины едят вместе? — шепотом спрашиваю Фатиму, пока мы спускаемся в гостиную, где вовсю накрывают ужин.

Данияр как-то рассказывал мне, что в его доме сначала кормят мужчин, а потом едят женщины, и делают они это в другом помещении. Звучит странно и немного дико для меня, но если кавказским женщинам так комфортно, то кто я такая, чтобы их осуждать.

— Когда Арслан стал главой семьи, он немного изменил порядок в доме. При нашем отце женщины и мужчины ели отдельно, но брат сказал, что семья должна ужинать вместе. Завтракать и обедать мы можем где и когда угодно, однако вечером обязаны собираться за одним столом.

— Интересно…

Прохожу вслед за Фатимой в просторную гостиную и занимаю предложенные нам места — естественно, в самом конце стола, как можно дальше от «господ». Хорошо, что сестра Данияра садится рядом с Ромой, немного сбавляя напряжение в воздухе.

Через пару минут в комнату заходят женщины — Айна во главе процессии в длинном черном платье, но уже без платка, показывая всем свои маслянисто-черные волосы, собранные в высокую прическу. Следом за ней — та девушка, которая просверлила на моем теле пару дыр, пока глазела на кладбище. Тоже без платка, и волосы у нее заколоты сзади в прическу «мальвинка».

И еще какие-то две женщины в возрасте.

— Почему ты сидишь здесь? — раздается хриплый озлобленный голос Айны, когда та садится на свое место.

— Я решила сесть рядом с Ромой, — опустив глаза, начинает оправдываться Фатима, и мне в этот момент становится безумно жаль девушку.

Завтра я уеду, а она продолжит жить под гнетом своей семьи, пока те не выдадут ее удачно замуж. Странно, что Фатима до сих пор «на свободе», учитывая местные нравы.

— Мой внук должен пересесть на место своего отца, а ты — рядом со мной.

«Вспомнила о внуке, старая стерва», — проносится у меня в голове.

Айна ведь даже на секунду не поворачивает голову в сторону нас с сыном, но при этом смеет командовать. Хоть бы улыбнулась ребенку, представилась и объяснила, что она — его бабушка по папе.

О вежливости здесь не слышали.

— Рома останется здесь, — подаю голос, потому что не намерена лицезреть этот цирк.

И в следующую секунду в гостиной повисает гробовая тишина. Вместе с Фатимой глаза к полу опускают остальные женщины, но только не та девушка. Она тоже замирает, но продолжает смотреть то на Айну, то на меня.

Наконец, «свекровушка» вспоминает про мое существование.

— Что ты сказала?

В конце не хватает слова «дрянь». Я прямо чувствую, как Айна жаждала использовать именно этот эпитет в мою сторону, но вовремя вспомнила, что в помещении есть дети.

— Рома будет сидеть рядом со мной, — повторяю все тем же спокойным и уверенным голосом.

Я не намерена скандалить и устраивать шоу из своего присутствия. Не рады меня видеть, уйду прямо сейчас. Благо на автобус мы еще успеваем.