Жестокий. Попробуй, сломай!

Глава 8

После разговора с Яром я еще долго шла по кампусу на автомате, почти не замечая ничего вокруг. Глаза слишком сосредоточенно следили за точкой на карте, запоминая, где мне нужно сворачивать и куда подниматься.

Сам мир будто стал приглушенным, как если бы кто-то неплотно закрыл мне уши ватой. Внутри кипело, но снаружи я вроде держалась, сохраняя на лице одну и ту же маску. Даже Яру ее не сломать, я считаю себя крепким орешком.

Надо выжить до вечера. А там… кто знает.

На следующих парах я машинально конспектировала лекции, но мысли витали где-то далеко. В голове намешался сумбур, и все из-за кучи информации за пару дней. Учеба, новое место, эти вечные взгляды и ожидание нового подвоха. От мимопроходящего студента, из-за угла, я так скоро параноить начну! Я как животное в зоопарке, все вокруг на ним наблюдают и кидают в клетку огрызки от скуки.

А может, я уже паранойю...

И, конечно, он. Его взгляд. Его... угрозы. Из головы не выходил его голос, наверно, именно так местный бог и захватывает умы девушек. Что он задумал возле корпуса бассейна вечером? Он таким образом зовет девушек на свидание? Нет, готовиться надо к худшему. Уже тошнит от того, как я много рассуждаю об этом. Узнаю на месте.

В перерыве между занятиями я сидела возле окна, уставившись в телефон. Конечно, меня представляли моей группе, но кому я нужна? Никто так и не подошел знакомиться с новенькой, впрочем, больно они все мне нужны. Мне и одной хорошо. Экран телефона помогал создавать иллюзию защиты от этого нового, давящего мира.

Не так явно чувствовалось одиночество.

Но уже на следующем перерыве ко мне робко подошла Юля. Притащив шоколадку, встала рядом, будто ей приглашение нужно, чтобы сесть.

— Эва, прости, что я тогда убежала, — пробормотала она, глядя себе под ноги. — Я просто испугалась.

— Все в порядке, — я махнула рукой, стараясь звучать легче и позитивнее, чем ощущала себя. — Ты сделала правильно. Они бы тогда быстро от нас не отцепились.

— Ты можешь... ну, если хочешь, можешь со мной сидеть, — выдохнула она, словно долго на это решаясь. — Ты поступила круто. Опрометчиво, конечно, но круто. И... спасибо. За меня здесь никто не заступался. В Империале всегде каждый был сам за себя.

Она улыбнулась, будто извиняясь за свое существование, а у меня сердце сжалось.

И в этот момент во мне что-то странно кольнуло: то ли жалость, то ли злость на этот мир, который так настойчиво учит людей сгибаться. Юля из тех, кого давят в первую очередь: тихая, незаметная, добрая не к месту. Возможно, по приезду она хотела со всеми подружиться. Такие тонут первыми и без сопротивления просто потому что не готовы к таким ударам судьбы.

Хотя, может, я составила о ней ошибочное мнение, я ведь знаю Юлю первый день. Может, ее сейчас подослали девочки с первых рядов, пообещав ее не трогать, если она, например...

Ай, слишком себя накручиваю.

Если она и правда просто жертва обстоятельств, я готова ей помочь. И, раз уж я оказалась в Империале, в этой клетке с дикими животными, то хотя бы попробую сделать так, чтобы человек рядом со мной перестал их бояться.

***

Я не то, чтобы ожидала, что идиллия будет длиться долго, скорее, просто надеялась, что до назначенного вечером времени меня больше никто не будет трогать. Но я забыла, точнее, не учла одну деталь — элитные подружки действуют не по указке Яра, а просто потому что я им не нравлюсь.

Мы с Юлей как раз вышли из аудитории, и я заметила, что она не торопится уходить, а нервно переминается с ноги на ногу.

— Я с тобой дойду до столовой, — сказала скорее себе под нос, чем мне, глядя куда-то в сторону. — Если, конечно, ты не против.

— Конечно, идем. Вместе веселей будет! — подбодрила, внутренне радуясь компании и невзначай замечая, как у нее перестает бегать взгляд, а пальцы больше не вжимаются в ладони. Она становится уверенее или мне включать своего тревожника?

Мы вышли в коридор, смешиваясь с потоком студентов. Юля шла рядом, стараясь не отставать, хотя я видела, как у нее подрагивают пальцы на ремешке рюкзака. Я чуть замедлила шаг, чтобы ей было проще. Все равно желание заботиться вылезало на первый план, даже если я подозревала ее в чем-то.

— Эва, неужели ты не боишься их?

— Кого? — задумавшись о том, что сегодня будут давать на обед, я не сразу включилась в диалог. Ее вопрос застал меня врасплох.

— Избранных. Ну, компанию Яра и Романовской, — быстро пояснила та. Я заметила, что в ее глазах этот страх читался открыто даже, когда угрозы не было рядом. Он был словно запечатан в ней, будто вирус помещают в колбу.

А я боюсь ли?

На самом деле да.

Я ощущала страх, просто он всегда был смешан со злостью, раздражением, и всегда проявлялся защитной реакцией. И я никогда не признаюсь в этом, а значит, я всегда буду казаться храбрее, чем есть. Ведь если я позволю этому обрести верх над другими чувствами, держащими меня на плаву, я просто потоплю себя. В стае всегда нужно иметь острые зубы. А иногда они нужны даже против своих родичей...

Если я проиграю — они победят. Он победит. И тогда я стану такой же как Юля, дрожащей, как осиной лист, и пугливой, как полевая мышь.

А Юля ждала ответа, наверное, из желания увидеть во мне героиню. И как я могу разрушить ее надежды?

— Пф-ф-ф, я ничего не боюсь! — снова излишне оптимистично.

Не успела Юля впервые открыто улыбнуться, как в этот момент из-за угла, ведя громкий разговор, вышли Полина и Любимова. Увидев нас, они синхронно замолчали, и на их лицах расплылись ядовитые улыбки. Инстинктивно я почувствовала, как Юля замирает позади, ее пальцы впиваются в мой локоть.

В руках у обеих были стаканы с напитками из местного кафе. Я прижалась к стене, чтобы их пропустить, но в последний момент Любимова, глядя прямо в нашу сторону, сделала неловкий шаг и с размаху наткнулась на меня.

— Ай! — ее крик был слишком театральным.