Жил-был... Кот.

3.5.

   После обеда хозяева ушли на речку. Мальчишкам и папе не терпелось опробовать новые удочки, дочка относилась к рыбалке более спокойно, а мама намеревалась нарезать речной мяты. Её запах был резче садовой, росшей прямо тут, во дворе, но там её было много. Отчего не запастись? И в любом случае, собственноручно нарванные и высушенной в тени на чердаке травы использовать как-то спокойнее покупных. Даже если покупать в аптеке.

   Всё ещё стояла сушь, червей для рыбалки копать даже не пытались. С разными особыми наживками тоже не заморачивались. Просто замесили шарик теста, размером с мужской кулак. Мука, вода и ложка подсолнечного масла. Не рафинированного, ароматного "салатного". Кот, при этом вертевшийся у ног выпросил кусочек и себе. Он долго вылизывал налипшее на клыки тесто длинным язычком, а потом попросил ещё. Но больше не дали. А уходя, заперли его в доме. Деревянную лестницу, по которой обычно подымались на чердак, ещё вчера зачем-то взяли в сарай, да так там и оставили.

   После ухода людей зверь с полчаса подремал на кровати. Посидел, прикрыв глаза у мышиной норки. Но едва слышная возня грызуна быстро затихла. Чуткие уши донесли до кота, что тот ушёл. Хозяевам грозили вполне реальные неприятности. Скука закрытого в доме зверя могла обернуться грандиозным погромом. Особенно, если это смышлёный, полный энергии и сил, довольно крупный молодой кот. Но тут со двора послышалось мяуканье.

   Звук был какой-то странный, неестественный. Изрядно нервирующий любопытное кошачье ухо. Следовало обстоятельно всё разведать, и желательно на месте. Взгляд из окна кота давно уже не устраивал.

   Выйти в сени. Взобраться по куртке на вешалку, всё равно хозяин её не любит. Прыгнуть на приоткрытую дверь, и осторожно балансируя подойти под проём открытого чердачного люка. Тут самое опасное: тщательно приготовившись, одним движением вспрыгнуть прямо на чердак. Распрямившейся тугой пружиной серый кот пролетел хороших полтора метра и, едва не сорвавшись, уцепился передними лапами уже за край пола чердака. Изогнулся поудобнее, вцепился ещё и когтями задних лап за стенки лючного проёма и резво взобрался наверх. Ну а дальше – дело привычное. В другой деревне если не весь чердак, то стропила были практически такие же, слуховое окошко – тоже. Да и сам зверь за лето тоже ещё немного подрос, ощутимо прибавив в силе и прыгучести...

   На ветке  старого волошского ореха, там, откуда раздавался напоминающий кошачье мяуканье звук, проблёскивало ярко-голубое пятнышко. Здесь, на воздухе, где ничто не заглушало, он звучал ещё более неестественно, царапая тонкий кошачий слух. А когда кот рассмотрел сидящую в листве, и "мяукающую" сойку, он просто в изумлении сел, разглядывая расширившимися от удивления глазами наглую птицу. Он даже не сразу перевёл взгляд на подозрительно шевелившееся у основания той же ветки утолщение. К сойке уже подбиралась соседская рыжевато-серая кошечка. Кот и так не двигался, а теперь вообще превратился в каменное изваяние. Казалось, он даже дышать перестал. Уж очень это напоминало далеко не самую удачную затею белого кота в начале лета.

   Кошечка тем временем подкрадывалась всё ближе и ближе. Но когда от птицы её отделяло два метра и три веточки, не позволяющие точно прыгнуть, птица её заметила, и последний раз пронзительно вскрикнув, взлетела. Кошка бросилась было, чтобы сбить её на взлёте, но в последний момент остановилась. Вцепилась когтями в ветку, недовольно фыркнула и села вылизываться. Прямо на развилке. Нужно было вычистить коготки от обрывков древесной коры, да и просто успокоится, уложить взъерошенную шёрстку...

   Кот тоже отмер. Теперь его заинтересовала сама кошечка. Она была небольшой, чуть ли не вполовину меньше его самого. Но определённо старше. Слабые остатки её запах иногда встречались и во дворе усадьбы. Впрочем, как и более сильно пахнущие метки другого зверя. Чёрный кот соседей, погибший в недавнем пожаре, единолично хозяйничал на территории обоих дворов. Относительно спокойно приходить могли только самки. И то с оглядкой, чтобы не  прогневить "хозяина". Из-за этого, пока запах не выветрился, эти дни и прошли так спокойно. В противном случае хвостатые "соседи" давно бы пришли выяснять отношения с приезжим "чужаком".

    Кошка тоже не сунулась бы в чужой двор просто так. Но она уже давно не видела знакомого "соседа". Его запах стал слабеть, и появился какой-то чужой, не знакомый зверь. А тут ещё и эта птица раскричалась. Она ведь уже стащила пару цыплят со двора её хозяйки. Если бы не глазастая внучка, рассмотревшая "красивую птичку с голубенькими крылышками" в листве, хозяин так бы и ругал "вконец... оборзевших кошек".

   И хорошо, если бы только ругал. Глуховат, то он глуховат, но это "мяуканье" расслышал хорошо. Даже слишком. Кошечку поругали, но уже для острастки. Вот что она птице сделает? Хозяева это хорошо понимали, но всё равно за цыплят обидно. Тут же напоили свежим молоком. А вот сойку кошка запомнила.

   Любопытство пополам с азартом и взяло верх над осторожностью. В конце концов, она самка, вряд ли в этом дворе кто её тронет. Пара свежих меток, которые успел сделать приезжий, выдавали уже вполне взрослого самца. А со старым "хозяином территории" она и так хорошо знакома. И на крайний случай, она маленькая, но юркая. Крысоловка, а это уже о многом говорит. В том числе и о храбрости, подкреплённой силой и ловкостью животного.

   Не поймав, однако, хотя бы, спугнув красивую, но подлую птицу, кошечка неспешно привела себя в порядок. Осмотрелась и начала спускаться к поджидающему её, пока ещё незнакомому коту.