Жилищно-колдовское хозяйство. Прорыв астрального коллектора.

Забастовка домовых

Офис Жилищно-Колдовского Хозяйства на улице Магической, дом 13, всегда напоминал улей, где вместо меда – сплошная бюрократия и легкий привкус потустороннего. Иван Петрович, отложив в сторону инструкцию по устранению астральных засоров и дезинсекции бытовых демонов, с ворчанием сдвинул на лоб вечно сползающую фуражку. Под его взглядом, способным заморозить даже эфирного призрака, сидел Денис, молодой специалист, скрупулезно заносящий в журнал жалобы, и Варвара, или просто Варя, штатный парапсихолог-сантехник, которая с помощью самодельного осциллографа пыталась настроить канал связи с параллельной реальностью, забитый, по ее словам, «ментальным шумом от невымытой посуды».

— Ну что, Денис, — рявкнул Иван Петрович, — что там у нас по «несанкционированным порталам в подвале»? Опять Васька-дворник прикормил? Я ему говорил: только в четверг, по протоколу!

Денис поднял испуганные глаза. — Иван Петрович, нет, это другое… Вот, смотрите. За последние три часа… девять обращений из дома номер семь по Сквозному переулку. Все как под копирку: «Самопроизвольное перемещение мебели», «Непрерывный стук в стены», «Аномальное понижение температуры в кухне до минус пятидесяти градусов по Цельсию при работающей газовой плите», «Домовой требует дань пряниками и угрожает переселить кота в астрал».

Иван Петрович присвистнул. — Девять? Да там что, хоровод полтергейстов завелся? Или Новый год по календарю гоблинов празднуют?

Варя оторвалась от своего осциллографа, поправив очки. — Иван Петрович, я, кажется, уловила нечто… странное. Не просто хаотическая активность. Это похоже на… организованное сопротивление. Все сигналы синхронизированы. Как будто… забастовка.

Иван Петрович фыркнул. — Забастовка? Этих бездельников? Да они и так целыми днями только носки тырят да ключи перекладывают! Чего им не хватает? Неужто жильцы стали слишком часто проветривать?

— Нет, Иван Петрович, — вздохнул Денис, пролистывая жалобы. — Вот, жилец квартиры 12 пишет: «После того как мы отказались оставлять печенье на ночь, домовой опрокинул шкаф». Квартира 15: «Мы попытались провести обряд освящения квартиры без ведома местных духов, теперь банник не дает принимать душ и кидается мылом». Квартира 20: «Дворовой отказывается следить за чистотой территории и угрожает вырастить болото на газоне, пока ему не предоставят отдельную будку и ежедневную порцию борща».

Наступила тишина. Даже Варя перестала ковыряться в своем приборе.

— Так вот оно что, — медленно произнес Иван Петрович. — Эти… «духи жилья», как их в протоколе классифицируют… они, значит, решили профсоюз создать? Ну, это уже перебор! Это подпадает под статью 27, пункт 3, подпункт «б» о «Несанкционированных проявлениях волеизъявления астральных сущностей, ведущих к нарушению общественного порядка».

— У нас нет регламента по забастовкам астральных сущностей, Иван Петрович, — осторожно заметил Денис. — Только по ликвидации.

— Значит, будет! — Иван Петрович стукнул кулаком по столу. — Денис, готовь форму номер «А-73/Б» — «Акт о Несанкционированном Астральном Восстании». Варя, ты со своими проводами иди, попробуй понять, чего этим нехотям вообще надо. И чтобы без полтергейстов, ясно? Мне эти ваши «спонтанные взрывы чайников» не нужны!

Дом номер семь по Сквозному переулку был, мягко говоря, в плачевном состоянии. Над ним словно висел невидимый колпак негативной энергии. Стоило подойти к подъезду, как над головой проносились цветочные горшки, а из-за угла доносились странные завывания.

— Ну и бардак, — буркнул Иван Петрович, обходя мусорные баки, которые, казалось, сами по себе опрокидывались, рассыпая вокруг фантики и огрызки. — А дворовой где? Должен же тут чистоту блюсти!

— Он, видимо, и вырастил этот мох на стенах, — предположила Варя, доставая из своего рюкзака какой-то прибор, напоминающий модифицированный пылесос с антенной. — Похоже, он начал реализовывать свои угрозы. Помехи просто колоссальные!

Денис, держа в руках толстый справочник «Основы бытовой магии для чайников ЖилКомКола», нервно оглядывался. — По инструкции, при подобных проявлениях… рекомендуется немедленная эвакуация жильцов и обработка территории раствором Свято-Трофейной воды.

— Какой еще воды?! — Иван Петрович аж поперхнулся. — Ты что, Денис, хочешь окончательно разозлить этих бесов? Они ж как раз на это и жалуются! «Прекратить попытки освятить квартиры без их ведома!» Это же их главный пункт, балбес!

Они вошли в подъезд. Сразу стало очевидно: здесь хозяйничали не люди. Стены были разрисованы невидимой краской, от которой щипало глаза, а в воздухе витал запах немытых носков и чего-то, что Денис определил как «легкий привкус астральной гнили».

— Эй! — прозвучал голос откуда-то из-под потолка. — Кто тут посмел нарушить режим забастовки?! Не видите, дом на карантине?!

На лестничной площадке появилась полупрозрачная фигура, напоминающая крошечного, но очень злого старика в рваной рубахе. Это был один из домовых.

— Я — Иван Петрович, старший инспектор ЖКХ! — громогласно заявил Иван Петрович, выпячивая грудь. — А вы, гражданин дух, подпадаете под статью о хулиганстве в особо крупных размерах!

Домовой оскалился, показав маленькие, но острые зубы. — А я — Бабуйка, старший домовой этого дома! И это мы подпадаем под хулиганство?! Да это вы, смертные, живете как свиньи! Бардак развели, печенья не даете, и главное – святой водой брызгаетесь, как будто мы тут демоны из ада, а не честные духи жилья, призванные поддерживать порядок!

— Так вы и поддерживаете порядок? — съязвил Иван Петрович, уклоняясь от летящей в него старой швабры. — Это вы называете порядком? Дом вверх дном, коты на люстрах, а из крана в ванной у Баженовых течет квас!

— А что нам оставалось?! — возмутился Бабуйка. — Мы объявляли! Мы стучали! Мы шептали! А вы что? «Это у вас нервы», «надо попить успокоительного», «может, полы помыть». Да мы вам полы так помоем, что у вас вместо паркета портал в Лимб откроется!