Жирное на ночь (не) вредно

Глава 13

— Эй! Мужик! Лучше отпусти меня! — болтаясь головой вниз и подметая длинными волосами пыльную дорогу, я пыталась докричаться до наездника.

— Вот заладила! — он больно ткнул меня в бок. — Если не умолкнешь, я тебе кляп в рот запихну. Уяснила?

— Ты себе его в другое место засунь, а меня отпусти. Я в суд на вашу шарашку подам и на тебя в первую очередь!

— Что за околесицу ты несёшь? Поди, ведьма?! — он снова толкнул меня в бок. Там, наверное, уже синяк образовался. — Эй, Яшка! Дай что-нибудь для кляпа, в рот девке засунуть. Сил больше нету её чушь слушать. Ну и вредная же баба досталась.

— Сейчас, погоди немного! — через минуту к нам подъехал другой воин, видимо, тот самый Яшка и протянул какую-то тряпку.

— Только попробуй, я тебе её потом в задницу засуну! — заорала я, как только увидела, что тряпка покрыта подозрительными пятнами и мелким мусором. От моего крика мужики опешили.

— Чего это она за непотребства говорит? — удивлённо спросил Яшка у своего коллеги.

— А чёрт её знает, — пожал тот плечами. — Может, дракон сдохнет, когда сожрет ее? Уж больно вредная.

— Эх, хорошо бы! До того надоел проклятый. Из-за него скоро баб хороших не останется. А эту даже не жалко, слишком строптивая. Такую и в жёны страшно-то брать, не дай Лада, по башке огреет и медовуху отберет.

— Вы вообще придурки, что ли?! — я чувствовала, что от бессилия и возмущения у меня вот-вот случится нервный срыв.

— Ты глянь, ещё и сквернословит, ишь какая! Всё, точно сейчас рот заткну, — тот, что вёз меня, попытался засунуть мне тряпку в рот. Пришлось изо всех сил вертеть головой, крепко стиснув зубы.

— Та не вертись же! — мужик спешился с коня и схватил меня за подбородок.

— Всё, всё! Я буду молчать, только убери от меня эту мерзость!

— Врёшь, — не поверил он.

— Честное слово!

— Ладно, но, если скажешь хоть одно слово, засуну тебе кляп и надену мешок на голову. Уяснила?

— Угу, — побоялась говорить и просто промычала в ответ.

Дальше мы ехали молча и без остановок. Небольшой отряд сборщиков явно торопился.

От неудобного положения голова начала болеть, а в глазах потемнело, ко всем неудобствам добавилась тошнота, но я стойко молчала, лишь бы мне не засунули грязную тряпку в рот. Потом я, кажется, потеряла сознание.

— Эй! — кто-то обрызгал меня холодной водой и похлопал по щекам. — Жива, вроде.

Голоса звучали будто издалека и постепенно приобретали чёткость.

— Да не колоти ты её так! Добьёшь ведь. Новую девку точно не отдадут, чернь бунт поднимет, и тогда нам точно не сносить голов.

Приоткрыв глаза, увидела две бородатые рожи, нависшие надо мной.

— Можно я опять сознание потеряю, а? — застонала охрипшим голосом.

— Эээ, не! На вот, переодевайся, — тот, что в синем кафтане, сунул мне холщовый мешок. — И давай пошустрее, некогда нам с тобой возиться.

Я приняла мешок и огляделась по сторонам. Мы были в какой-то деревне. Обугленные развалины домов окружали нас со всех сторон и ни единой живой души, кроме нашего небольшого отряда.

— Где мы? И что здесь произошло? — спросила, поморщившись от стойкого запаха гари.

— Летит! Скорее в укрытие! — к нам подбежал Яшка.

Мужчины по выхватывали мечи из ножен, не церемонясь подхватили меня под руки и поволокли в ближайший дом, уцелевший лучше остальных.

Видя неподдельную тревогу на бородатых лицах, перепачканных сажей, я не решилась возмущаться и молча выглянула в окошко. Проследив их взгляды, я чуть снова не потеряла сознание.

Над пепелищем пролетела гигантская крылатая тень. Сильно разглядеть это существо не удалось, но и одного силуэта было достаточно, чтобы от страха потерять дар речи.

— Что это было? — заикаясь, прошептала я.

— Ничего хорошего, — буркнул главный сборщик и ткнул в мою сторону оружием. — Быстро переодевайся.

— Прям тут?! При вас?! — казалось, что я схожу с ума, по-другому происходящее просто было невозможно объяснить.

— Так и быть, мы выйдем, а Яшка за тобой проследит.

Пятеро воинов вышли, а один остался.

— Отвернись, — потребовала я, когда поняла, что он так и будет стоять и пялиться на меня.

— Да ладно, какая тебе разница, всё равно скоро умрёшь, а я хоть немного на бабу посмотрю. Сто лет уже не видел, — пожаловался Яшка и нагло ухмыльнулся.

— Так-то я не собираюсь умирать. Отворачивайся давай, а то и с места не сдвинусь, — пригрозила я, а когда недовольный воин отвернулся, я взяла обуглившуюся головешку и как следует огрела его по голове.

Мужик пошатнулся, но не упал, а мне и пары секунд его промедления хватило, чтобы выскочить из развалин.

— Баба сбежала! — заорал Яшка и бросился следом за мной.

Да уж, бегун из меня никакой. Я даже пары метров не пробежала, как меня догнали и скрутили в бараний рог.

— Ещё раз сбежишь, мы тебя сами переоденем. Поняла? — главарь снова швырнул мне мешок с одеждой и отдал приказ своим воинам: — Возьмите её в круг и повернитесь спиной.

— Я же говорил - дурная! Огрела по голове, — жаловался Яшка, потирая ушибленный затылок.

Мне ничего не оставалось кроме, как переодеться в платье из мешка. Достав его, я немало удивилось. Красное, пышное, с оголёнными плечами, оно выбивалось из деревенского стиля и явно было дорогое. А на дне мешка нашлась ещё и диадема с красными рубинами.

— Пошевеливайся, — главарь оглянулся через плечо.

— Эй, не подсматривай! — возмутилась я и, бросив разглядывать диковинный наряд, поспешила его надеть. Затем собрала волосы в пучок и надела диадему.