Жители Сапфировых Скал

Глава 8

Общественное мнение щадит ястреба и карает цыпленка.

Ювенал

После того, как лесная тропа осталась далеко позади, двое всадников и ребенок не сбавляли темп. Они скакали так быстро, как могли, учитывая, что лес превратился в труднопроходимую чащу. Когда солнце сменилось луной, они все так же оставались в пути, опасаясь погони. Измотанная девочка уснула, прижавшись к Лилит, но сон ее был беспокойным и урывчатым. Из-за сросшихся крон лес окутала непроглядная тьма, и им пришлось существенно замедлиться, чтобы не влетать в стволы густо растущих деревьев. Так они плелись, пока не набрели на очередную тропу, и не смогли вернуться к прежнему темпу.

 Ветер свистел в ушах, а над головой в редких прорехах крон сверкали звезды. Лилит прижала к себе девочку, и думала о том, как она ненавидит такие задания. Каждый раз, спасая очередного огнеокого ребенка из лап Гильдии, она вспоминала себя в их возрасте, тетушку Блэр и погибшую мать. С годами образ выцвел в памяти, и теперь все, что Лилит помнила о ней, были длинные светлые волосы, которые Лея всегда заплетала в косы, теплые руки и запах пирогов с вишней. В груди противно защемило, а к горлу подкатил ком, и девушка замотала головой, отгоняя воспоминания.

 Когда ночь подходила к концу, и небо начало светлеть, они наткнулись на ручей. Посоветовавшись, Эйш и Лилит решили, что необходимо устроить привал. Скакать без отдыха долго не смогут ни они, ни лошади. Двигаясь вдоль ручья, они отыскали подходящее место, тихое и отдаленное от тропы. Это была небольшая поляна, окруженная густым лесом с одной стороны и ручьем с другой. Привязав коней, расположились под кронами высоких деревьев, Лилит и девочка остались отдыхать, а Эйш отправился к ручью ловить рыбу на обед.

 Девушка сразу принялась расхаживать в поисках сухих веток для костра, а девочка уселась в траве, сонно за ней наблюдая. Кони, вдоволь напившись ледяной воды, тихо пощипывали травку неподалеку. Солнечные лучи отражались от поверхности воды и слепили, от чего на ручей смотреть было невыносимо. Щебетали птицы десятком разных голосов, стрекотали насекомые. Утро выдалось шумным и светлым.

 Насобирав охапку веток, Лилит уселась и стала заниматься костром. Ей пришла в голову идея, как поднять мелкой настроение, и дать понять, что она среди своих.

 Когда все было готово, Лилит поднесла к кучке веток руку, и с кончиков ее пальцев сорвались маленькие огоньки. Они побежали по нижним веточкам, охватывая их одну за другой. Искоса поглядывая на девчушку, Лилит довольно улыбнулась, заметив ее открытый рот и округлившиеся глаза.

 — Нравится?

 — Я... да... наверное, — промямлила та. – Ты тоже выродок?

 — Что? Кто тебе сказал, что ты выродок?

 — Те люди, что пришли за мной, — девочка опустила глаза. Она выглядела виноватой.

 — Как тебя зовут?

 — Иса.

 — Запомни, Иса, выродки – те люди, что забрали тебя из дома; те люди, что убивают, истязают, держат в неволе, и делают еще много дурного с теми, кто отличается от обычных людей.

 — Чем отличается?

 — Тем, что умеют делать вещи, недоступные другим, — улыбнулась Лилит, и ее пальцы вновь озарились язычками пламени. Они тряхнула рукой, и они погасли. Иса изумленно смотрела на все это, затем девочка погрузилась в свои мысли и ее лицо погрустнело.

 — Я знала, что со мной что—то не так, и боялась, что если кто—то узнает, то мама выгонит меня из дома.

 — Почему ты так решила?

 — Потому что в нашей деревне все ненавидят выродков. Один мальчик даже придумал игру, в которой все делились на две группы: первая – герои из Гильдии, так он их называл, а вторая – выродки. Дети из второй группы прятались, а те, кто играл за Гильдию, ловили их. Побеждал тот игрок, который поймает больше выродков.

 Лилит слушала ее рассказ с каменным лицом, но не перебивала, понимая, что ребенку нужно выговориться.

 — Он постоянно хвастался, что его отец – герой из Гильдии, и каждый день ловит по сто выродков. Он говорил, что тоже станет героем, когда вырастет, и переловит всех выродков, навсегда очистив от них весь Правый мир.

 — Ты тоже играла с ними?

 — Сначала да, все играли. Но этот мальчик, его зовут Ласло, всегда играл за героев, и я сказала ему, что это нечестно, и что герои так не поступают. Ему это не понравилось он разозлился и прогнал меня, а другим сказал что, если станут спорить с ним, то будут всегда играть за выродков. А потом кое-что произошло и я... — Иса замолчала, она выглядела напуганный.

 — Что произошло детка? — мягко спросила Лилит.

 — Я поняла, что мне следует держаться подальше от Ласло, — вздохнула она. — Мой пес, Брутто, сломал лапу, и мама сказала, что его нужно выкинуть в лес, потому что теперь от него не будет проку, а даром еду в ее доме никто не получит. Отец собирался сделать это вечером, и весь день я с просидела с Брутто в хлеву. Я плакала, просила его выздороветь, и тогда... Не знаю как, но я его вылечила! Он лежал на сене и скулил, я гладила его лапу, а потом появился этот свет и...

 — Лапа срослась? — ошеломленно спросила Лилит.

 — Да. Когда пришел отец и увидел, что с Брутто все в порядке, то решил, что он просто ушиб лапу. Я ничего ему не сказала, я боялась, что отец расскажет маме.

 Иса глубоко вздохнула. Она не смотрела на Лилит, говорила, потупив взгляд, и теребила травинку в руках.

 — Когда кто-то из моих братьев шкодничал, мама очень злилась и наказывала их, оставляя без ужина. В тот день она напекла булочек, и я боялась, что если она узнает, что я... выродок, то накажет. С тех пор я стала осторожной.