Живая материя

11. Находка

На следующий день Михаил девушку не встретил. Утром он вылетел уже ставшим привычным маршрутом, увлекся воспоминаниями и не заметил, как оказался перед полем мирила. Сначала ему показалось, что он здесь один. Нигде не было видно харвестера, а, значит, Мари здесь быть не должно, что и подтвердил тщательный осмотр местности.

Михаила охватило легкое чувство беспокойства. Прошедшая буря для нее могла стать далеко не безобидной, как легкомысленно заявил Говард. А что, если он ошибался? Ему показалось, что к беспокойству примешивается еще и другое чувство, но от осознания этого почему-то стало неловко, и он прогнал его, затолкав в глубину души.

Михаил спрыгнул на каменную поверхность и еще раз огляделся. Высокие горы вонзались остроконечными пиками в небо, а перед ними искрился Млечный Путь из рассыпанных по песку звездочек. Картина великолепная, и ей можно было любоваться часами, но сейчас она отдавала горчинкой — где-то здесь состоялся его прыжок, и ему очень повезло, что он не разбился о скалы и не был проглочен скрывающемся в песках монстром. А как приземлился шаттл лучше было и не думать.

От невеселой темы его отвлекла одинокая женская фигура, появившаяся вдалеке. Михаил даже не удивился — Мари была слишком необычная, чтобы просто так поддаться какой-то заурядной буре. И неожиданность появления была ее стиле.

Однако, по мере приближения, восторженное чувство сменилось тревогой, и он бежал, не чувствуя под собой ног, не веря своим глазам. Там, в легком, до боли знакомом сарафане стояла его Лиз.

Улыбаясь, она пошла ему навстречу, но резко остановилась, предупреждающие выставив руку:

— Больше ни шагу!

Михаил замер в недоумении, а потом посмотрел под ноги и увидел границу песка, до которой оставался всего один шаг.

— Ты не настоящая, — догадался он. — Ты всего лишь образ, который хранится в моей памяти.

Лиз снова улыбнулась, так, как она делала, когда хотела доказать, что он не прав.

— Это самый правильный образ, потому что я такой и была. Настоящей.

— Но ты только в моей голове! И здесь… — он коснулся груди, чувствуя, как кольнуло в области сердца.

— Я знаю. Поэтому я и пришла. Тебе не кажется, что в тебе слишком много меня?

— Не смей так говорить! Я запрещаю тебе, то есть себе… так говорить!

— А кому тогда так говорить, если не мне? Ведь я — это я, а не ты. И не спорь со мной, потому что сейчас вижу тебя изнутри.

Михаил непроизвольно улыбнулся — выражаться запутанно было как раз в стиле Лиз.

— Хорошо, пусть будет по-твоему… Мы будем встречаться?

— Об этом я и хотела поговорить, — вздохнула Лиз и села прямо на песок, подогнув ноги. — Нет, это наша последняя встреча. Я хотела бы с тобой попрощаться. Знаешь, тогда… в тот самый момент… у меня не получилось. Не вини себя! — быстро произнесла она, видя, что Михаил хочет что-то сказать. — Я знаю, что все случилось как-то нелепо, и ты до сих пор не можешь с этим смириться. Мне самой было безумно жаль распрощаться с тобой и большим миром, по сути только начав в нем свой путь. Но, такова жизнь, какой бы нелепой она не представлялась со стороны.

Михаил кивнул, не в силах что-то сказать — комок покатил к горлу и встал колючим шариком, раздирая гортань.

— Но я здесь не для того, чтобы плакаться о потерянном времени. Я здесь ради тебя. Оставь уныние и тоску по тому, что кануло в лету, цени жизнь. Проживи ее за двоих, в два раза ярче и интересней. Сделай это ради меня и себя. А теперь прощай. Просто повернись и уходи, потому что провожать всегда тяжелее, чем покидать.

Лиз поднялась и ее видение колыхнулось.

— Иди же, мое время истекло.

Михаил чувствовал, что так и нужно сделать, что ничего больше не произойдет и оставаться глядеть, как растворяется Лиз в воздухе для него будет еще одним испытанием. особенно, если за ней скрывается проглодит. Он не хотел этого знать. Сама по себе встреча не была странной, если этот ловец мыслей сумел выдернуть у него из памяти Роба, то, покопавшись, мог добраться и до Лиз. А вот ее поведение этому противоречило. Почему она остановила его, когда он ужен был готов перешагнуть границу камня и песка? А ее разговор? Та же манера, но мысли… «Такое ощущение, что вызванный из моей памяти призрак жил сам по себе!».

Перед тем, как запрыгнут в харвестер, Михаил все-таки обернулся. Ставшая полупрозрачной Лиз махала ему рукой. Поднятый ветром песок закрутился мелкой пылью, и ее фигура растаяла, словно стертая с прозрачной поверхности.

Целый час Михаил летал, бессмысленно бросая пузырь в разные стороны. У него в душе будто возникла пустота, которая сейчас активно заполнялась быстро меняющей за прозрачной оболочкой информацией.

Остановился он перед высокими скалами, упирающимися в небо двумя зубцами. «Зубы дракона?» — вспомнил он слова Мари. Вместе с этим пришло понимание, что нужно сделать. Наверное, это было безумием, да и Мари предупреждала чтоб не смел и думать о таком, но …

Сейчас Михаил уже не просто знал, а был уверен, что сделает так, а не иначе. В голове разгорался нешуточный пожар, расплавивший любые возражения. Кровь стучала в висках и думать о чем-то, кроме прыжка через эти скалы, он уже не мог.

— Побольше разбег, потом взлет по наклонной, удерживая курс на нишу между «Зубами» и дело в шляпе!