Живая. Ошибка некроманта

Глава 6. Теории, требующие проверки

— Вернусь, — прошептал Деметрио, проснувшись. — Даже не надейся, Маша, что я о тебе забуду. Но, выходит, бабулины бредни – и не бредни вовсе? Хоть все бросай и возвращайся домой, не дойдя полшага до цели. Такая информация!

«Бабулины бредни» — это, собственно, и была та самая теория, о которой он сказал Маше: Грань одна для всех миров. Дело в том, что принесла эту теорию в семью — вместе с приданым, можно сказать, — прабабка Деметрио, Хлоя, в девичестве Вальянос, дочь семьи не менее темной, чем Корчевы, и с таким же развитым даром некромантов. Она утверждала, что на Грани кого только ни встретишь и о каких только мирах ни наслушаешься! Больше того! Там, где нет жизни, нет и времени, а потому, теоретически, встретить можно не только своего далекого пращура, но и уже прожившего жизнь потомка! И, соответственно, узнать много интересного, если, конечно, встреченные души получится разговорить.

Хлоя говорила, что корни дара пророчиц — не всех, конечно, но некоторых — точно! — уходят именно в некромантию, в способность поговорить с умершими в будущем и узнать у них о не случившихся пока еще событиях. «Правда, они и переврать могут, — смеялась Хлоя, — не из зловредности, а потому что унесли с собой не только все накопленные знания, но и склероз!»

Теория выглядела логичной и непротиворечивой, вот только за сто с лишним лет никому из Корчевых так и не удалось проверить ее на практике. А тут такая удача!

Нет, возвращения без жены или хотя бы невесты отец не одобрит. Скажет: «Информация эта ждала от начала времен, подождала бы еще немного». Причем если обычный маг ли, человек мог намеренно или случайно унести важные знания в могилу, некроманты этого не опасались. Что случись с Деметрио – разве ж отец, дед или кто-нибудь из дядьев не найдет его душу? Найдет и досконально расспросит, а как иначе?

Некроманты, как и все, делиться своими секретами не любят, зато любят добывать чужие. И ненавидят их вовсе не за способность поднять кладбище. Марширующие кости? Какое убожество! Единственное боевое заклятье огненного мага сметет их, а следом – и того, кто заставил их притвориться живыми. Боевики, повелевающие стихиями, погодники, виртуозно сплетающие из тех же стихий жару или стужу, ядоделы, ритуалисты — любой из них гораздо опаснее некроманта. И в добыче секретов есть свои гениальные мастера в любой области магии, да и не одаренные магией люди вполне преуспели в этом далеко не светлом и не добром искусстве. Но в самом крайнем случае от любого такого мастера можно сбежать в смерть, а от некроманта – не сбежишь. Не скроешься за Гранью, унеся с собой сокровенные знания и опасные тайны. Догонит, найдет, и вот там, в месте, где власть некроманта почти абсолютна, не скроешь уже ничего.

В какой-то степени этот дар — вернее, не сам дар, а сопутствующая ему слава, — все же отпугивал убийц, хотя пулю в спину из-за угла никто не отменял. Корчевых, кроме славы, защищал еще и сильный род, о котором знали: случись что с одним — остальные не успокоятся, пока не отомстят.

— Так что иду в Эребу, — подытожил короткие размышления Деметрио, — учусь там чему-нибудь полезному, ищу жену, а Маша… Машу мы исследуем, да.

Предстоящее исследование, если уж честно, увлекало гораздо больше поисков жены.

Однако разлеживаться не стоило: пусть молодого некроманта и приняли по всем традициям гостеприимства, злоупотреблять он не хотел. Покормили, переночевал в тепле, еще о девушках местных расспросить — и вовсе прекрасно будет, хотя спешить с женитьбой Деметрио не собирался. Ему ведь нужна не просто хозяйка в дом и подходящая мать для наследников дара, а якорь. Так что придется присматриваться, влюбляться, ухаживать…

От одной мысли он скривился так, будто вместо зрелого вина хлебнул перекисшего уксуса. И надо ж было как раз в этот миг войти хозяину!

К чести Филина, он не убежал с воплями прочь. Просто спросил, слегка напрягшись:

— Неужто плохо спалось нашему гостю?

— Отлично спалось! — уверил Деметрио. — В ваших краях нет случайно приметы, что, если спишь в новом месте, обязательно должен присниться суженый?

— Неужто настолько страшная? — ухмыльнулся Филин.

— В целом даже милая, — вернул ухмылку Деметрио. — Интересная. С ней точно есть о чем поговорить. Вот только она немножко мертвая.

Встал, потянулся, с наслаждением ощущая себя снова в полной мере живым, свободным от серого марева Грани.

— Скажи, хозяин, чем хорошим я могу тебя отблагодарить за ночлег и помощь?

— Вопрос непростой, — протянул Филин.

— И все же?

— Ты уже решил, куда отправишься дальше? — помявшись, спросил Филин. — В Эребу? Есть к кому там обратиться так, чтобы точно помогли?

— Хочешь кого-то предложить? Мы говорили об услуге, которую я окажу тебе, а не ты — мне.

— Ладно, слушай… Корчев, — это «Корчев» прозвучало как «и с кем я только спорю!», и Деметрио едва сдержал довольную ухмылку. — Здесь неподалеку живет родич моей жены. Устроился от людей на отшибе, у озера, так и усадьбу назвал: «Озерное». К Эребе поближе нас, но все-таки одним днем туда-сюда не обернуться, поэтому и гости у него бывают редко.

— Распугал всех, чтобы на ночлег не напрашивались? — весело предположил Деметрио. Таких нелюдимов среди магов хватало, кстати, в основном среди темных. Дом Корчевых тоже строился когда-то не в городе, а примерно в дне пути, кто ж тогда думал, что со временем город сам придет к одинокому дому. — Так что же нужно родичу твоей жены?

— Выдать дочку замуж. Знаю, Корчеву не всякая подойдет, но познакомиться и присмотреться — от вас обоих не убудет, верно? А кто кому окажет этим услугу, — Филин развел руками, — сложный вопрос. Я бы даже сказал, философский.