Живое серебро

Глава 26. Касций

Не при таких обстоятельствах я планировал вернуться домой. Спустя день пути мы снова оказались в Таргоне. Даже от созерцания знакомых улиц мне не становилось легче. Наоборот, боль, которая так и не покидала меня, будто стала еще сильнее.

Подавленное настроение ощущалось даже в нашем небольшом отряде. Я и Ирвин были мрачнее тучи, и гвардейцы чувствовали наше настроение. Они не тревожили нас лишний раз, по всем вопросам обращаясь к Арию. И я был им за это благодарен, мне нужна была передышка.

О том, что императора больше нет в живых наверняка знала уже почти вся страна. Вчера должны были прозвенеть колокола во всех городах, оповещая о плохой вести. Но мне так и не удалось смириться с мыслью, что отца больше нет. Мне казалось, что, когда мы приедем, он встретит нас, но это были лишь несметные желания, которым никогда не суждено сбыться.

В столицу мы вернулись к утру, пробыв в пути всю ночь, поэтому улочки Таргона были переполнены людьми. При нашем появлении они останавливались и кланялись до самой земли, при этом в их глазах читалась надежда. Они надеялись на меня, они встречали своего будущего императора. А я не знал, как мне оправдать их ожидания.

Всего через несколько улиц показалась часть дворца. Он находился за небольшим холмом и с каждым шагом, становился все ближе и ближе. Слишком много воспоминаний было связано с ним. Слишком много хороших воспоминаний, которые больше никогда не повторяться. Я отвел взгляд и стал рассматривать мелькающие мимо дома. Люди продолжали жить своей жизнью.

Всего через несколько минут мы добрались до дома. У парадного входа нас уже встречали мама и Милий. Несмотря на обстоятельства, мама все равно старалась выглядеть такой же властной и непоколебимой. Но ее улыбка, с которой она нас встретила, дрогнула сразу же, не продержавшись и нескольких секунд.

– Пошлите, я провожу вас к отцу, – обратилась она ко мне и Ирвину, как только мы спешились, даже не поздоровавшись.

– Вы уже кремировали его тело? – спросил я, идя по внутреннему двору дворца.

– Нет, – еле слышно ответила она. Я не видел ее эмоций, так как она шла на шаг впереди нас, и мы видели только ее спину. Ирвин же все время смотрел в землю, не поднимая взгляда.

Мама привела нас в тронный зал, где возле трона уже стоял гроб темно-синего цвета. Ирвин и мама сразу же подошли к нему, а я остался стоять на пороге, смотря издалека. Я видел, как Ирвин и мама что-то говорили, но с такого расстояния не мог ничего расслышать.

– Касций? – позвала мама. – Ты не подойдешь?

Я ничего ей не ответил, а мама не стала давить. Через какое-то время они отошли от отца, подойдя ко мне.

– Могу я остаться один? – спросил я их. Я хотел побыть наедине со своими мыслями.

– Конечно, – кивнула мама. Ирвин же ничего не ответил, молча выйдя из тронного зала.

Мама тоже собиралась уйти, но я остановил ее, схватив за запястье.

– Прикажи приготовить все для коронации, – попросил я. – Она состоится сегодня вечером. Сразу после того, как мы похороним отца.

Мама посмотрела мне в глаза, кажется, удивленная такой спешке, но я не хотел тянуть. Я не хотел сидеть сложа руки. Лучше поскорее провести коронацию.

– Хорошо, если ты так хочешь, – ответила мама и тоже вышла из тронного зала.

А я наконец-то остался один и подошел к отцу. Его тело наполовину было накрыто саваном, из-под которого был виден мундир медного цвета. Его парадная одежда. Казалось, что отец улыбался. Не знаю, гордился ли он бы мной. Хотелось надеяться, что да. Я схватился за деревянную стенку гроба и с силой сжал ее в руках.

– Прости меня, отец, – прошептал я. – Прости, что мне не удалось спасти тебя. Я никогда себя за это не прощу, но я постараюсь быть хорошим правителем. Я буду лучшим, таким же, каким был ты.

Я отвернулся, больше не в силах смотреть на отца в таком виде. Жаль, что последним нашим разговором была ссора. Я не мог простить себя за то, что разозлился на него и даже не извинился. Каким же я был дураком. Не ценил моменты, проводимые с ним, которых и так были не так много.

Я взглянул на трон из серого гранита, стоявший на небольшом возвышении и выглядевший величественно, точно также, как и тронный зал. Я медленно подошел к нему и провел пальцами по подлокотникам. Камень был холодным на ощупь. Я все еще помнил отца, восседающего на нем. Он и правда был хорошим императором. И я понял это только сейчас.

***

С наступлением вечера мы все отправились в общественный сад, находящийся в центре Таргона. Именно там должна была пройти коронация и на нее мог прийти любой желающий, поэтому должно было собраться очень много людей.

Наша процессия выглядела огромной. Помимо матери, Ирвина и Милия с Арием, с нами отправилось несколько десятков гвардейцев. Люди, которые еще не успели прийти в сад, завороженно отступали в сторону и провожали нас взглядами.

По случаю коронации все оделись соответствующе. На маме красовалось шикарное платье серебристого цвета с широкими манжетами и длинным шлейфом медного цвета. Ирвин надел парадный мундир медного цвета, похожий на тот, в котором был отец. Я облачился в мундир серебристого цвета, который переливался на заходящем солнце и блестел, сочетаясь с моей поблескивающей кожей. Но главный атрибут императора на меня сегодня оденет Верховный жрец Таргона.

Через пару минут мы уже подъехали к священному саду. Только на входе толпилось около сотни человек, которые проталкивались вперед, чтобы хоть что-то можно было увидеть. Я поразился такому масштабу. Если люди толпились у входа, то сколько же их должно быть в самом саду? Гул, стоящий по всей улице тут же прекратился, стоило людям увидеть нас. Они расступились, позволяя нам пройти, при этом почтительно склоняя головы.