Живущая в сети, или Мысли вслух

18.

Время лечит все. Боль, страх, любовь, ненависть. Все покрывает туманным одеялом, делает душу нечувствительной к тому, что еще недавно казалось таким важным.

Мы пытаемся спрятать голову, свернуться в клубочек, как в детстве, когда болели, а мама поила нас чаем с малиновым вареньем. И весь этот большой мир вокруг начинает восприниматься сквозь призму теплого, уютного одеяла.

Сашка пропал из моей жизни на две недели. Он отключил телефон, не появлялся в своей квартире, возле которой я дежурила сутками. Только через две недели я узнала, что пока я вырывала себе жилы и корчилась от раскаяния, Саше на островах благополучно помогала зализывать душевные раны Анжелика.

Я сидела на лавочке у Сашкиного дома [ЕР1] и в очередной раз пыталась набрать его номер, выслушивая холодный и вежливый женский голос, сообщавший мне, что «абонент не отвечает или временно недоступен». К подъезду подъехало такси, и из машины вышли смеющиеся, загорелые мой Сашка и золотоволосая Анжелика. Сашка, увидев меня, дернулся, как будто от удара.

— Привет, — солнечно улыбнулась мне Анжелика.

Я молча смотрела на Сашку, он опустил глаза.

— Привет, — помахала я Анжелике в ответ, встала с лавочки и ушла. Боли не было, как и обиды. В душу зашла без стука пустота и удобно расположилась на стуле. В моей истории, наверное, должен был быть хеппи-энд? Мне следовало прийти к Сашке, попытаться что-то ему объяснить, говорят ведь, что за свою любовь нужно бороться?

Пустота связала мне руки. Она шептала бессонными ночами: «Любовь? Если это любовь, почему он так легко от тебя отказался? Почему он не попытался бороться за тебя? Зачем тогда это делать тебе?»

Я соглашалась с пустотой, кивала ей в ответ.

Где-то через неделю до меня дозвонилась Вика и, услышав мой безрадостный, глухой голос, приехала вытаскивать меня из депрессии. Мы рванули в гламурный лаунж-бар, заказали пол-литра виски и стали меня лечить.

— Он не нужен тебе, — сказала Вика после первых выпитых ста грамм. — Пускай это звучит банально, но все люди, которые нужны нам в этой жизни, остаются с нами. Ты прошла этот этап.

Я смотрела на бокал с виски, и из моих глаз катились слезы. Это была не боль. Я просто выплакивала из себя Сашу, его глаза, запах, смех, все то, чего у нас никогда не будет: рассветы, которые мы не проведем вместе, наших нерожденных детей, несказанные слова. С каждой минутой мне становилось легче, Вика молча подлила мне в бокал, я залпом выпила и впервые за несколько дней улыбнулась.

— Все будет хорошо!

— Почему будет? — засмеялась в ответ подруга. — Все уже хорошо! Какие наши годы?

После лаунжа выпитое спиртное повлекло нас в ближайший ночной клуб, я лихо отплясывала на сцене, закрыв глаза и не замечая никого вокруг. Музыка растворяла в себе все мои неприятности, мысли, плохое настроение, даже любовь. На медленный танец меня пригласил симпатичный мужчина лет сорока. Я зазывно улыбалась ему, полуприкрыв глаза ресницами, а в голове билось только: «Если это любовь, почему он ушел? Почему?» Я бы простила ему все, и даже золотые волосы Анжелики, я бы пришла к нему, как приходила всегда, склеивать свою разбившуюся жизнь. Я бы не побоялась казаться глупой, смешной, я бы запихнула свою гордость куда подальше, если бы… Если бы он меня любил.

Уже светало, когда мужчина, которого, как оказалось, зовут Виктором, затащил меня в ночную кофейню. Вика отсеялась где-то по дороге со жгучим брюнетом. Я, то ли от переизбытка чувств, то ли от переизбытка выпитого, вылила все свои душевные переживания на несчастного Виктора.

— Ты говоришь — любовь, — улыбнулся в ответ на мои излияния Виктор, — а ты уверена, что знаешь, что такое любовь вообще? И ты уверена, что не забудешь своего Сашу ровно через полгода, как забывала до этого предыдущих?

— Вы считаете меня легкомысленной? — почему-то вспомнилась мне культовая фраза Барбары Брыльской. — Да. Пожалуй, так и есть. Я всегда очень легко относилась к мужчинам. Легко влюблялась. Легко находила замену. Если я скажу Вам, что с Сашей — это другое, Вы мне не поверите. И Саша не поверит. Да что там, я сама себе не верю…

— Тогда в чем разница между твоим Сашей, Андреем или кем-либо еще?

Внезапно я стала молчаливой, впала в задумчивость. Виктор отвез меня домой. Солнце уже взошло и светило ярко и беспечно. Уже выходя из машины, я вдруг повернулась к своему случайному собеседнику.

— Разница? А никакой разницы нет… Больше нет.

[ЕР1]У дома / под окном