Живые и мёртвые

20. Чёрный план

Орктан приблизился к балдахину и резко одёрнул тяжёлую ткань в сторону. Уподобившись статуе, уставился на скомканное одеяло на опустевшей постели и измятые подушки. Казалось, воздух покинул лёгкие, и даже сердце остановилось.
– Пусто, – тихо выдохнул Орктан.
– В смысле? – Элодриэль быстро подошёл, замер, глядя на пустую кровать, нахмурился и принялся ворошить одеяло.

Брови Орктана дрожали от напряжения, он склонил голову, задумавшись, пытаясь собрать полную картину из доступных обрывков информации. Присел возле тумбы, сверля взглядом всё ещё пылающую свечу.
– Малец был здесь. Недавно.
– Уверен? – Элодриэль на всякий случай прощупал постель, но она уже, конечно, успела остыть.
– Принц – ребёнок. Детям оставляют свечи на ночь.
– Луна всю комнату освещает!
– Страхи не логичны. Особенно детские. – Орктан выпрямился, подошёл к окну, бросив взгляд на сияющий лунный диск.

И почти тут же его внимание привлекло слишком быстрое для этого часа движение внизу: три белогрива буквально неслись по городским улицам. Не узнать наездников было бы сложно. Орктан наблюдал несколько долгих мгновений, после чего тихо скомандовал:
– Валим.
– Кого? Пусто же, – не понял Элодриэль, уставившись на Орктана.
– Дари мчит сюда. Валим, пока ещё можем это сделать на своих двоих.
– Зачем ей сюда? Разве мальчишка не у Детей Жизни?
– Будь он у них, они бы не мчали во сюда на такой панике.
– Тогда где он?..
– Я чё, в курсе? Но никто не обыщет дворец лучше маминых ищеек. Подождём, пока они всё узнают – дальше будем думать. А сейчас – валим.

Элодриэль спорить не стал – тут же вышел из комнаты. Орктан задержался, лишь чтобы задуть свечу, – добавить немного путаницы, а после тоже поспешил прочь. Оставалось только дождаться, пока светочи выяснят все детали.

Элодриэль, устроившись на краю широкой кровати, крутил в руках небольшой, размером с ладонь, гладкий шар, словно заполненный туманом. Аквамариновое мерцание доходчиво сообщало, что компас готов указать на нужный сон.
– Объясни ещё раз.
– Ещё раз. Уже пятый! – Орктан чуть повысил голос, бросив на Элодриэля раздражённый взгляд, продолжил мерить комнату шагами. – Вместо того, чтобы тыкаться непонятно куда и носиться по всему Даймару, как безголовые кукары, спросим принца, где он.
– Так он тебе и сказал, – Элодриэль фыркнул, не глядя на Орктана.
– Мир Грёз место особое. Я могу изменить лицо и голос – это муторно, но не невозможно. Мамины ищейки узнали достаточно о пропавшем гувернёре, даже отрисовали портрет, за что им большое спасибо. Принц любил этого человека – ему он расскажет всё. Если дворцовые псы не солгали, конечно.
– А если он не сможет рассказать? Не будет знать, где он вообще?
– Тогда у нас проблема: принца вряд ли хотят оставить в живых.
– И думаешь, у тебя получится выудить информацию?
– Даже если хоть что-то – уже хорошо. Всяко лучше, чем тухнуть без дела, пока Рей не очухается. Осталось только дождаться, пока компас засияет изнутри.
– Шарик этот? Так он давно. – Элодриэль продемонстрировал аквамариновое сияние. У Орктана нервно дёрнулась щека.
– Если я тебе как-нить сломаю нос – не обижайся, это за дело, – сухо отозвался Орктан, почти вырвав компас из протянутой руки. Забрался на постель, лёг, устраиваясь удобнее.
– Почему ты вообще меня попросил подстраховать? Некромаги явно больше разбираются в ваших сонных похождениях.
– После последних пары срывов… Они бы мне не дали.
– Что?.. Эй!

Возмущения эльфа Орктан уже не услышал, поспешил провалиться в Мир Грёз – не хватало ещё от недотрупа нотации слушать по использованию собственной магии.

Орктан по-всякому представлял сон юного принца: это мог быть дворец, или город, или нынешнее местоположение, а могла быть сплошная фантазия, по-детски радостная, конечно. Но полукровка оказался в непонятном нигде, обтянутом туманом, настолько густым, что Орктан не мог даже предположить, куда он попал.

Облачившись в образ Мария, словно надев своеобразную маску, он двинулся в туманные недра детского сна. Чувствовал, как собственная энергия обтягивает всё тело, утекает с жутковатой скоростью, но сдаваться Орктан не привык.

Он едва не врезался в массивный ствол, внезапно вынырнувший из тумана, осторожно коснулся белёсой коры, чуть склонил голову и только сейчас подумал присесть, запустить руку в тяжёлую завесу и сорвать клочок совершенно седой травы. Место оказалось не таким и таинственным, хоть и пряталось за густой пеленой.
– Марий?..

Удивлённый голос прозвучал за спиной, Орктан тут же выпрямился, обернулся, успев выпустить травинки из пальцев. Как и многие жители Даймара, Орктан прежде не видел принца и даже не подозревал о ярких разноцветных глазах, сразу привлёкших внимание. Это так напоминало Орктану его самого, что на миг перехватило дыхание. Впрочем, он быстро справился с собой.

Орктан не подошёл, почти подбежал, опустился перед Элионом на колено, нежно погладил его по волосам, изобразив озабоченность на чужом лице.
– Ваше Высочество. – Непривычное обращение резануло слух, но Орктан не мог позволить себе выйти из роли. – Наконец-то я нашёл вас! Вы в порядке, всё хорошо?
– Конечно, хорошо… Почему ты спрашиваешь? – Элион заметно растерялся, Орктану это было только на руку.
– Кто-то лжёт вам, Ваше Высочество. Кто-то очень близкий, – он почти прошептал эти слова, глядя ему в глаза. – Мне нужно знать, где вы. Это срочно.
– Но я же рядом с тобой, Марий. Не отходил с самого отъезда… Ты меня пугаешь. – Все эмоции так легко читались по лицу Элиона, Орктан даже несколько смягчился, взял его за руки.
– Элион, мне очень нужно знать, где конкретно ты находишься. Постарайся вспомнить.

Лицо его вытянулось, глаза стали круглыми, как лунный диск, он резко оттолкнул Орктана, отошёл на несколько шагов. Тот не мог понять, что случилось, где он ошибся… Элион сам ответил на этот вопрос:
– Ты не Марий! Он никогда не называет меня по имени!
– Вот Тьма... Странные у вас отношения.