Жизнь и Смерть, Сердце Виридара

Виридар

– Комары исчезли… – задумчиво протянула я, вглядываясь в темноту комнаты и прислушиваясь к тишине. – Все исчезли. Странно как-то.

Мозаичное окно еще только чуточку посветлело, а мне уже не спалось.

«Это ведь хорошо?» – откликнулся Лифей.

– Да. Конечно. Но как-то все это… внезапно. Будто их потравили. Руслан говорил… что работает над этим вопросом, но…

«Значит, нашёл способ».

– Похоже на то. – Я прикрыла веки, чтобы увидеть вирисера. Обычно, при упоминании Марина, его свет на мгновение менялся. Словно загоралась сигнальная лампочка недовольства. Но сегодня он даже не отреагировал.

Понаблюдав за ним несколько секунд, я вдруг поймала себя на мысли, что изучила все его эмоции, кроме одной.

– Лифей, а ты когда-нибудь кого-нибудь любил?

«А ты?» – тут же перевел он вопрос. Так он делал только в двух случаях: если его знаний не хватало для ответа или когда хотел что-то скрыть. Но что же тут скрывать?! Мы ведь не дети! У каждого была своя жизнь, от которой вообще ничего не осталось. Значит…

– Да-а-а, – глядя на потолок, протянула я. – Но теперь думаю, что это была не любовь.

«Почему ты так думаешь?» – Голос Лифея прозвучал серьезно. Я закрыла глаза. На лице ни тени улыбки. Вряд ли он готовился услышать нашу с Владом историю, и о том, что почти забыла его.

– Потому что кое-кто не идет у меня из головы. Ни днем, ни ночью! – Мои губы невольно растянулись в улыбке, потому как фраза получилась с двойным дном.

«Ты любишь меня?» – сразу понял он.

– Всем сердцем, – не задумываясь, ответила я. И в тот же самый миг вокруг меня взорвался свет. Такой яркий и густой, что очертания комнаты мгновенно исчезли.

– Что ты делаешь! Спрячься! Нас точно увидят! – Я нырнула под одеяло, но свет легко прошел сквозь него, сделав ткань почти прозрачной.

«Не могу, – прошептал вирисер, – меня переполняют чувства».

– Лифей, пожалуйста… иначе скажу, что пошутила! – Слова прозвучали скорее капризно, чем серьезно, меня тоже переполняло счастье. Ведь этот взрыв означал лишь одно: мои чувства взаимны.

Свет начал понемногу утихать. Образ вирисера вернулся в мое сознание. При виде его сердце сладко сжалось. Лифей простонал:

«Ты нисколько не помогаешь мне».

– Прости, – прошептала я.

Он прав, нужно было постараться помочь ему. Я села и, уставившись туда, где должна быть стена, начала думать о всякой ерунде. О ковчеге. О том, кто его построил. И почему он организовал здесь библиотеку. Об Источнике, который оказался именно здесь. И как могло выйти, что книгу не передавали по наследству. И не только книгу. Когда оборвалась цепочка, кто не рассказал своим детям о душе вирисера? У меня возникла неожиданная догадка: а если тот самый инженер, который построил ковчег, и есть хранитель тайны вирисера? Именно ему Лифей доверил свою жизнь. И каким-то образом инженер предугадал, что однажды носитель души эльфа окажется здесь, найдёт Источник и… Нет, выглядело полным бредом!

Свет вокруг меня резко исчез. Вздохнув с облегчением, я прикрыла глаза.

– Ты как?

«Скоро я смогу контролировать энергию, – вздохнул Лифей, – а пока…»

– Надо быть осторожнее. – Я тоже вздохнула.

Нам повезло: никто не заметил света в моей комнате. Обитатели ковчега ещё спали.

Чтобы не провоцировать новую вспышку свечения, днем мы почти не разговаривали. А вечером Лифей поспешил усыпить меня. Я не сопротивлялась, наоборот: расслабилась, едва только зазвучала «колыбельная», позволив музыке вести меня в царство морфея.

Ночь пролетела очень быстро. Проснувшись утром, я первым делом внимательно присмотрелась к вирисеру. Его свет разливался ровно. На губах играла улыбка.

– Ты выглядишь довольным, – продолжая разглядывать его, прошептала я.

«Мне удалось преодолеть себя, теперь я могу контролировать свою энергию», – радостно сообщил он.

– Замечательно. Теперь мы снова сможем нормально общаться?

«И не только…» – Он загадочно улыбнулся.

– Не поняла…

«Ты красивая!» – прервал меня Лифей.

– Что?! – От удивления у меня даже голос повысился. – Ты ведь не видишь меня!

«Теперь это не совсем так». – Он чуть прикрыл глаза, и в тот же миг я почувствовала лёгкое прикосновение к щеке. Меня захлестнула волна жара.

– Ты… пока я спала…

«Я был очень деликатен!» – поспешил оправдаться он. Его свет взволнованно затрепетал. Я улыбнулась.

– И какой теперь ты видишь меня?

«Ты стройная, – тихо начал он, – длинные волосы… тонкие пальчики… губы… – Его рука мягко обвела их очертание, заставив мое дыхание сбиться. – Кожа шелковистая, – продолжал Лифей, проведя пальцами по щеке. – Шея тонкая». – Он спустился ниже, дошел до ложбинки и остановился.

– Дальше, – выдохнула я, чувствуя, как горит все тело. И тут меня словно обняли сотни рук. Образ Лифея ушел из головы. Я открыла глаза и увидела перед собой прозрачное лицо. Рука Лифея крепко держала мой затылок. Его губы приоткрылись. Я потянулась к нему, в предвкушении поцелуя.

Раздавшийся стук безжалостно разрушил этот волшебный момент. Мы с Лифеем одновременно посмотрели на дверь.

– Карина, можно войти? – зазвучал голос Руслана.

– Нет! – буквально выкрикнула я. Лифей мгновенно исчез. – Дай мне пару минут.

Закрыв глаза, я посмотрела на вирисера. Его свет взволнованно подрагивал. Губы так и остались приоткрытыми. Как же Руслан некстати!

Растрепав волосы, я подошла к двери, демонстративно зевнула, толкнув её, а после спросила:

– Что-то случилось?

Марин приподнял свечу и посмотрел на меня с удивлением.

– Ты спала?!

– А это запрещено? – Он явно заметил мое возбуждение, поэтом решила сразу ответить нападением. Подействовало! Марин улыбнулся.

– Нет, конечно. Идем наверх. Мы решили устроить сегодня праздник.

– Праздник?

– Ну да. Людям надо немного расслабиться, снять напряжение. Идем.