Жизнь и Смерть, Сердце Виридара

Тайна

Отпраздновав изгнание Темной королевы как следует, мужчины проспали добрую половину дня. Первым на улице появился отец Полины. Выглядел он довольно бодро. Поприветствовав меня, спросил как дела, узнал о парнях, потом ушел к лошадям. Марин выбрался из домика после обеда, поморщился, прикрывая ладонью лицо, солнце здесь светило невероятно ярко, и потребовал таблетку от головной боли. Вэнджи чувствовал себя немного лучше него, но не настолько, чтобы проводить обряд. Попросил прощение и отправился на конюшню, как он сказал: «Приводить себя в порядок».

Но, в общем-то, для меня этот день прошел вполне спокойно. Я отдохнула и даже вволю начиталась. А следующим утром Руслан вдруг запросился домой. Он окончательно вернулся к жизни. Вспомнил о делах, о родителях. Заторопился, засуетился. Даже возможность побывать на шаманском обряде не остановила его. Конечно, я могла отправить Ма́рина одного, а сама остаться, но мне не хотелось надоедать Умбре с Полиной. Да и в комнате не мешало бы навести порядок, раз мой жилец съехал.

После возвращения из долины у меня потянулись обычные рабочие будни. Весело было только первый день, когда начальник отчитывал за прогул. Вернее, за то, что Руслан уехал, а я не предупредила, и он, Марк Аркадьевич, не успел попрощаться со своим любимчиком. Как-то так это звучало. Наорав на меня от души, он ушел, но всего на минуту, а когда вернулся, загрузил работой по самое «не хочу», как говорится! Против чего, собственно, я не возражала.

За репортажами и фотосессиями время буквально полетело, но лишь сначала. Потом происходящие со мной изменения буквально начали отравлять жизнь.

Все началось через месяц после того, как мы последний раз встречались с Лифеем. Зеленая паутинка оплела мне запястья обеих рук и неожиданно остановилась. Замерла на целых три недели. Сначала я даже обрадовалась, но потом появилось нарастающее ощущение беспокойства. Оно, словно зуд, вызывало бесконечное желание куда-то бежать, что-то делать, но что именно – я не понимала.

Ни сидеть, ни лежать, ни работать, ни спать – я не мгла ничего, что позволило бы расслабиться. Постоянное напряжение, конечно же, отразилось на моем настроении, но не в сторону раздражения, как можно было подумать. Хотя первое время так и было, а потом мне вдруг стало жалко себя, и появились беспричинные слезы. Только они заставили задуматься и вспомнить о сбросе энергии. А ведь прошло уже два с половиной месяца!

В моем кабинете на подоконнике стоял всего один цветок – шефлера. Пятнистый с волнистыми листочками, он достался мне от прежнего хозяина. Цветок был капризный до невозможности! Я никак не могла найти с ним общего языка. Чуть чаще полью – листья чернеют и падают, подсушу – листья ворохом ссыпаются на подоконник. Раньше я просто собирала листья, выбрасывала в корзину и думала, что однажды туда отправится вся шефлера вместе с горшком. Теперь мне было стыдно. Ну какой из меня вирисер, если не могу справиться всего с одним цветком? Лифей целые леса восстанавливает! Миры возрождает!

Собирая сухие листочки, я вздыхала и с тоской думала о своем эльфе. Был бы он здесь, сейчас бы вся округа цвела и колосилась!

– Карина. – В кабинет заглянул Миша. – Шеф всех зовет.

– Хорошо, – кивнула ему, резко оборачиваясь. – Уже бегу.

Он исчез, а я вернулась к цветку, но так и застыла, не в силах пошевелиться. Все листочки, что еще были на шефлере, стали зелеными, а на голых веточках появились новые ростки!

Ожившее растение привело меня в настоящий восторг! На летучке у шефа я только и думала, что о цветке. Вернее о том, как у меня получилось возродить его. Едва дождавшись, когда босс нас отпустит, я почти бегом отправилась к себе в кабинет.

Шефлера радостно топорщила молодые листочки, будто доказывая, что я абсолютно точно могу сама сбросить энергию! Протянув к ней руки, я попыталась сосредоточиться. Энергия все еще переполняла меня, я чувствовала ее, однако ничего не произошло.

– А вдруг тебе она больше не нужна? – Тронув шефлеру пальцем, я улыбнулась и побежала на улицу.

Найти сухие ветки в парке не составило труда. Куст жасмина еще не успели обрезать. Я подошла к нему.

Как же Лифей это делает? Как получилось это сделать у меня? О чем думала, перед тем, как Миша заглянул в кабинет? Вспомнив, я улыбнулась. Конечно, о своем любимом эльфе! Прикрыла глаза и представила его лицо, улыбку, свет. И вдруг уже знакомое ощущение: разгорающийся огонь в области сердца, и тепло, проходящее через руки. Белый дракон именно так забирал у меня энергию! Теперь я знала, что делать.

Вместе с волной энергии по телу прошла дрожь. Оно вдруг показалось таким легким, невесомым. Захотелось раскинуть руки в стороны и обнять весь мир, но я всего лишь улыбнулась и открыла глаза. Сухие ветки жасмина подернулись легкой зеленью. У меня получилось! Получилось! И теперь я абсолютно точно знала, как это делать.

До самого вечера я ходила в приподнятом настроении. На работе всем улыбалась, за ужином радостно нахваливала мамину стряпню и даже сказала комплимент сестре, когда та появилась в новом платье. Однако все это очень быстро закончилось, стоило только увидеть свое отражение в зеркале.

Видимо, паутинка ждала, когда освобожусь от накопившейся энергии, и теперь с удвоенной силой ринулась осваивать мое тело. Она расползлась во все стороны, но, как и прежде, аккуратно обошла вырез майки. Меня немного напугала столь резкая активность. А вдруг все закончится быстрее, чем Лифей успеет вернуться в наш мир? Ведь кто знает, чего еще от меня потребует белый дракон! А вдруг запрет где-нибудь и запретит выходить. А мой эльф и знать об этом не будет.

Чтобы хоть как-то задержать изменения, я решила не сбрасывать энергию столько, сколько смогу выдержать. Протянула две недели. Паутинка, как я и предполагала, сначала замедлилась, потом остановилась. Как и моя жизнь, собственно, тоже! Мне стало тяжело дышать, ходить, даже думать. Казалось, еще немного и просто взорвусь! Пришлось подчиниться вирисеру. Сразу стало легче, но не лучше!