Жизнь как высший дар смерти

Глава 22. Портрет

В доме Некрасовых в обеденное время было принято спать. Все расходились по своим комнатам и как минимум до пяти часов отдыхали. Уже близился конец осени, и дни стали холодные, из мелких щелей возле оконной рамы задувало, и мне нравилось прятаться под тёплым одеялом и читать – родители Тео за все годы собрали огромную библиотеку. Я привыкла читать электронные книги, но теперь и представить не могла, чтобы отказаться от приятного прикосновения к шершавым страницам и хрустящего звука перелистывания бумаги.

В скором времени я и сама начала писать. Я ужасно боялась забыть свою прежнюю жизнь, боялась забыть маму с сестрой, Влада, бабушку, как я выгляжу, в каком времени провела большую часть жизни. Я записывала реальные события и чувственные воспоминания в форме художественного дневника, а в конце собирала даты, маленькую хронологию своей истории. Иногда добавляла наброски с лицами родных, чтобы сохранить в памяти хотя бы основные черты, но выглядели они непохоже.

Подумав, сделала отдельный список прибыльных компаний из IT, чтобы не забыть купить их акции: Google, SpaceX и другие. Ещё добавила заметку: «обязательно купи биткоины в середине 2000-х, пока они продаются по цене электричества». Хотя я в финансах совсем не разбиралась, мне подумалось тогда, что было бы странно упустить такой шанс, когда я неплохо знала, как мир изменится в будущем. А если это не пригодится мне, то точно пригодится моим детям.

В один из таких тихих часов я спустилась в гостиную взять новую книгу из домашней библиотеки и увидела, что Тео занят рисованием. Перед ним стоял мольберт, рядом были разложены акриловые краски. Я увидела на картине знакомый женский силуэт и подошла рассмотреть его поближе. Он и правда рисовал меня, настоящую меня.

– На самом деле волосы должны быть короче, и оттенок светлее, ближе к пшеничному, – я села рядом с ним, – Есть хоть что-то, что ты не умеешь делать? Даже рисуешь красиво.

– Хотел сделать тебе сюрприз, не думал, что ты осталась дома, – он был по-прежнему сконцентрирован на картине, но смешивал новый цвет на палитре.

– А куда все пошли? Марвела тоже не слышно, – поинтересовалась я.

– На пляж, дети любят разбивать тонкий лёд, но родители никогда не оставляют их без присмотра, – Тео нашёл нужный цвет и начал наносить на волосы тонкие блики.

– Хочешь я тебе помогу? – предложила я.

– Ты же говорила, что не любишь рисовать.

– Рисовать не люблю, но могу рассказать, как я выглядела.

Раньше мне было легко себя описать, а теперь пришлось задуматься. Среднего роста, телосложение стройное, даже спортивное, русые волосы по лопатки, голубые глаза, ямочки на щеках, слегка оттопыренные уши. Он слушал меня внимательно, стараясь не упустить ни одну мелочь. Постепенно я и правда начала узнавать свои черты, и черты сестры.

– Забавно, – сказала я, – мне кажется это даже больше похоже на портрет моей Дианы.

– Вас часто путают? – в вопросе читался неподдельный интерес.

– Конечно. Все кроме мамы и бабушки, и пары самых близких друзей. А вот они даже со спины нас могли отличить и по голосу.

– И в чём же отличие?

– У неё в уголках губ собираются морщинки, когда она улыбается, а ещё у меня на свету глаза меняют цвет, становятся ближе к тёмно-серому оттенку. Но самое забавное, что хотя мы и близняшки с разницей в возрасте всего двадцать минут, родились мы в разные дни. Она 22 июля, а я 23, поэтому у нас даже знаки зодиака отличаются: она рак, а я лев. Хотя я слышала от Жози, что ты в астрологию и подобное не веришь.

– Она абсолютно права, но тебе я верю, что бы ты не сказала, ничего не могу с этим поделать.

Он посмотрел мне в глаза, изучая их цвет, затем смешал серую краску и изменил их оттенок на рисунке. Теперь они выглядели живыми, будто пасмурное небо, которое заволокла нежная таинственная дымка. На улице поднялся ветер, и в комнате образовался сквозняк.

– Мне вот всегда было интересно, какого это иметь близнеца? – спросил Тео.

– Мне несколько сложно ответить на этот вопрос, потому что я не знаю, какого это не иметь близнеца, – стаканчик с кисточками зашатался от ветра, и я прикрыла окно, – Ты никогда не чувствуешь себя одиноко, потому что рядом всегда есть человек, который тебя поддержит и который понимает тебя лучше, чем ты сам себя. Наверное, это самое главное.

– Не чувствовать себя одиноко звучит замечательно.

– А тебе раньше часто было одиноко?

– Да, но к этому со временем тоже привыкаешь, – Тео сполоснул кисточку в мыльной воде, и по ней пошли серо-голубые разводы, – А было ли что-то, что тебе не нравилось?

Я задумалась.

– Иногда не хватало личного пространства и некой индивидуальности. Мы с Дианой всегда были очень разные по характеру, она спокойная и ранимая, а я скорее вспыльчивая и прямолинейная, но люди этой разницы часто не замечали.

– Тебя это расстраивало? Мне это сложно понять, потому что с Жаклин у нас разница десять лет, и родители никогда не сравнивали нас друг с другом.

– Просто иногда мне не хватало понимания со стороны окружающих,– ответила я, – Для них не существовало Маргариты и Дианы, для них всегда были близняшки Соколовы, мы даже подарки на праздники получали общие. С детства мы жили в одной комнате, ходили в одну школу, посещали одни и те же кружки, даже на работу устроились в один магазин, чтобы мама не волновалась.