Жизнь на кончиках пальцев - 2

Часть вторая. Глава первая

- Я вас внимательно слушаю, - проворковала Мстислава в трубку бархатным голосом.

Номер, высветившийся на табло, ей не был знаком. Завтра предстоял вылет в Израиль, где для Звездинской была забронирована палата в одной из лучших клиник пластической хирургии. Страх, кольнувший в сердце холодной иголочкой (а вдруг отменят операцию?!) отошел и растаял, едва в трубке раздался голос подруги и коллеги:

- Славочка, привет! Это я, Людмила.

- Ох, и напугала же ты меня! – не сдержала эмоций Мстислава.

- Да чем же? – удивилась собеседница.

- Завтра уезжаю, - объяснила Звездинская, уже пожалев о сказанном. – Побоялась, что возникнут проблемы накануне отъезда, - добавила, не желая затягивать разговор: - Хорошо, что ты сегодня позвонила. Перед вылетом отключу телефон. Не хочу, чтобы кто-то мешал мне во время отдыха. Говори, что хотела?

- Я хотела узнать, как прошел выпускной концерт?

- Нормально прошел! – Мстислава села в кресло, закинула ногу на ногу, пододвинула к себе пачку сигарет: - Но вот после концерта такое случилось! – тут же полюбопытствовала: - У тебя денег на телефоне много? А то долго рассказывать.

- Хватит, - успокоила Милочка. – Говори, я слушаю.

Мстя вставила сигаретку в мундштук, прикурила, откинулась на спинку кресла, выпустила струю сизоватого дыма:

- Ну так слушай! – и медленно, никуда не торопясь, стараясь не упустить ни одной детали, смакуя каждое событие, пересказала произошедшее за последние две недели.

Конечно, упоминать о своих планах относительно Истомина, равно как и о том, что едет делать подтяжку, Звездинская не стала.

Есть вещи, которые должны храниться в тайне даже от самых близких подруг, каковой Людмила Марковна для Мсти, по её же собственному мнению, не являлась.

- Ну и что ты скажешь по поводу всего этого? – Звездинская загасила в пепельнице уже третью сигарету. Ей категорически запретили курить за неделю до операции. Но тут такой случай! Кто устоит?

- Ничего не скажу, - ответила Людмила. – Это все так неожиданно.

- Тебе так неожиданно, что даже слов найти не можешь! А каково нам тут было?! – решила поплакаться Мстя. – Ты даже не представляешь, в каком мы были шоке! Хорошо хоть Сережу удалось отправить на гастроли из этого дурдома! – сболтнула и тотчас прикусила язычок.

- Значит, Истомин уехал на гастроли? – переспросила Милочка.

- Ну да! А что в этом такого?! Его зачислили в труппу! Самое время начинать вливаться в коллектив! – повторила заученную фразу. И не желая сказать еще что-то, о чем может пожалеть, начала прощаться:

- Ну ладно, мне пора. Завтра вылет, а еще дел невпроворот, - спросить, как дела у Людмилы и Леночки Мстиславе даже в голову не пришло. Какое ей дело до чужих проблем?! Тут бы со своими разобраться.

***

Милочка протянула Тимуру трубку. Телефончик был простой, одноразовый, функция громкой связи в нем предусмотрена не была, а потому Людмила пересказала Халфиным все, о чем только что узнала.

- А пуанты? – шептала Леночка. – Что с ними? Дианка не повредила ноги?

- Судя по тому, что Мстислава ни словом не обмолвилась о чем-то подобном, значит – обошлось. Что и как я не знаю и перезванивать-переспрашивать, думаю, не стоит.

- Значит, Сергей её брат? – Леночка никак не могла поверить в то, о чем только что узнала.

- Выходит, что так, - кивнула Людмила.

- Я пойду к себе? – полувопросительно пробормотала девушка. – Мне нужно переварить все вот это и немного подумать.

- Конечно, - кивнул Тимур. – А пока будешь «переваривать», начинай собирать вещи. Много не бери, мы уезжаем всего на три дня.

- Куда уезжаем? – остановилась на пороге комнаты Людмилы Леночка.

- Как куда? – усмехнулся отец. – В Париж, конечно! Ты ведь хотела увидеть столицу Франции?

Леночка молча кивнула и вышла в коридор.

- Мне тоже собираться? – поинтересовалась Милочка.

- Конечно, - кивнул Тимур, - разве я еще не сказал тебе?

- Нет, - покачала головой.

- Значит, теперь говорю.

- Бедная девочка, - Людмила стояла лицом к шкафу и перебирала вещи, висящие на плечиках.

- Ты о Лене или о Диане? – поинтересовался Халфин, наблюдающий за процессом сборов.

- Да в принципе им обеим сейчас не сладко, - отвлеклась от пересмотра нарядов Людмила, - но, если честно, я сейчас говорила о твоей дочери. Она и без того чувствует вину перед подругой, а тут такое. Хорошо, что мы завтра уезжаем. Увеселительная прогулка поможет Лене немного прийти в себя. Ты здорово придумал.

- Да, - кивнул Тимур, отчего-то смутившись, - поездка в Париж пришлась как нельзя более кстати. Потом мы вернемся, и я покажу вам Нормандию во всей её первозданной красе! – добавил, уже поднимаясь с кресла: - Не бери много вещей. Я намерен устроить вам грандиозный шопинг на Елисейских полях, - шагнул к двери. – Увидимся за обедом. А сейчас мне нужно сделать пару звонков.

Выйти из комнаты Людмилы Тимур не успел.

В распахнувшуюся дверь влетела Леночка и наткнулась на стоявшего у порога отца.

Халфин отступил два шага под натиском дочери:

- Что-то случилось?

- Да, случилось! – глаза девушки лихорадочно блестели, - я все обдумала и решила! Я не поеду в Париж! Папка, отправь меня домой! Обратно в Южную Пальмиру!

- Лена, у нас есть планы. У меня есть обязательства. Ни первое, ни второе нарушать в угоду твоим сиюминутным капризам я не стану!

- Это не каприз! – Леночка заговорила быстро, перескакивая со слова на слово, надеясь только на то, что отец её поймет:

- Я должна вернуться! Понимаешь, должна! Я не могу сейчас развлекаться и болтаться по всяким там Парижам, когда Дианка осталась совсем одна! Ей плохо! И у неё совсем никого нет! А сейчас, когда выяснилось, что Сережка её брат, я тем более должна вернуться!

- Какая каша у тебя в голове, дочь моя, - Тимур попытался погладить Леночку по растрепавшимся волосам, но она вывернулась и отскочила от него.