Жизнь на краю. Предназначение

Глава 6

Сквозь сон вдруг прорвался до боли знакомый низкий голос, и я, как не пыталась отмахнуться, не сразу поняла, что зовут меня из реальности. Пришлось проснуться. Я с трудом разлепила веки, приподняла голову, и затекшую шею прострелила боль. Я поморщилась, хотела было зевнуть, но затуманенный взгляд выхватил передо мной черный силуэт, в котором я признала Аверетта. И зевать сразу расхотелось. Тут же я встрепенулась, выпрямилась. К ногам графа с грохотом посыпались книги, и лицо мое скривилась от шума и неловкости перед мужчиной.

- Я думал в вашем мире юристы чуть более ответственно подходят к работе, - укоризненно произнес он, глядя на меня свысока. Так надменно и холодно.

- Я изучала, а потом…

- Ты спала.

- Людям свойственно.

- Не дерзи! Думаешь, получится сделать все качественно, если вместо работы ты предпочитаешь бездельничать?

Такое отношение не могло меня не разозлить. Я нахмурилась и резко встала с кресла, глядя прямо в грудь мужчины. Пришлось задрать голову.

- Я читала, а потом заснула, ясно?! Я устала! И нечего винить меня за отдых, потому что я и так делаю для тебя слишком много! Если так угодно, давай, теряй поместье, оставайся по уши в долгах, а я, пожалуй, найду другое место в этом мире, лишь бы не слышать от тебя твоих оскорбительных слов!

Аверетт захлебнулся возмущением. Он злобно дышал, фыркал и безмолвно открывал рот, будто желая выдать что-то еще более омерзительное. А я так и стояла, подавшись вперед, задрав голову и выпучив глаза в ярости. Оказывается, я тоже страшна в гневе.

- Я…

- Что ты? Накажешь меня? Прогонишь? Валяй, только знай, что я – твой единственный шанс, ведь никто другой помочь тебе не смог!

Он все еще бешеными глазами смотрел на меня, а потом я сама не поняла, что случилось. Он вдруг схватил меня за плечи и дернул с такой силой, что я не устояла на ногах. Была готова уже завалиться вперед, как он сильными руками пригвоздил меня к стеллажу, и несколько книг сверху посыпались на нас. Я зажмурилась, вжав голову в плечи, ожидая, что вот-вот по макушке мне прилетит чем-то тяжелым, но грохот падающих писаний раздался где-то сбоку, и я осмелилась приоткрыть один глаз.

Аверетт нависал надо мной, грозно смотря на мое испуганное лицо, крепко сжимая плечи, впиваясь в кожу сквозь тонкую ткань пальцами. Он злобно пыхтел, раздувая ноздри, его лицо исказила гримаса гнева, и я поняла, что сейчас мне придется несладко. Он еще приблизился к моему лицу, обдавая горячим дыханием мою щеку. Его длинные растрепавшиеся волосы коснулись моего лба.

- Что ты о себе возомнила, девочка? – прошипел он так жутко, что я попыталась отодвинуться от него, но лишь еще сильнее вжалась спиной в полки, которые неприятно давили на тело.

- Я лишь… - попыталась пискнуть я. – Пусти!

Но он лишь еще сильнее сжал мои плечи, так, что я вскрикнула, и добавил:

- Я отказываюсь от сделки. Ты не получишь ничего, из того, что хотела. Выметайся из моего дома.

- Но твое поместье, - попыталась сказать я, но тот лишь злобно фыркнул.

- Я сам разберусь, что делать.

И Аверетт отпустил меня. Ноги не держали мое напуганное и замученное тело, поэтому я медленно сползла на пол, и глаза застлала пелена слез. Он не может так со мной поступить! Дура, сама виновата, надо вот было тебе его разозлить!

А мужчина выпрямился, возвышаясь надо мной, словно скала, пригладил волосы и еще раз бросил на меня надменный взгляд. Я хотела выдать что-то матерное, но сдержалась, чтобы еще сильнее не нервировать этого вспыльчивого и ментально нестабильного графа. Точно биполярка, не иначе. Он пошел прочь, оставив меня, всхлипывающую и сидящую на полу несчастную девушку у стеллажа и валяющихся вокруг книг.

- Мерзкий тип, - сказала я сама себе, кое-как поднимаясь, и начиная собирать по полу книги. Вот и второй том «Учебного пособия по юриспруденции» нашелся. Но зачем он мне теперь? Я упала в кресло и горько усмехнулась. Вот и все, все потеряно. Теперь этот наглец останется не только без моей помощи, но и без поместья, а я буду скитаться в этом мире до конца жизни. В мире, где женщин ни во что не ставят, а значит и меня точно не признают стоящей личностью. И у кого из нас судьба менее завидная? Слезы снова покатились по щекам, когда я осознала, что виновата-то во всем сама. Если бы не моя злость и вспыльчивость, свойственная мне по утрам, все было бы иначе. Если бы я только не позволила себе сорваться…

Я шмыгнула носом, вытерла щеки рукавом и поднялась. Что ж, приказ есть – выметаться отсюда. Значит, пойду, не знаю куда, делать то, не знаю что. Только не минуты больше в доме этого напыщенного хама! Со злости я пнула ножку стола и взвыла от боли, когда мои бедные пальчики коснулись тяжелой древесины.

Я зашагала прочь из библиотеки и выйдя за дверь, чуть не сбила с ног Эбетт, которая в страхе смотрела на зареванную и злую меня.

- Что случилось? – тихо спросила она.

- Этот… этот… Как вы его вообще терпите?

- Кого?

- Графа этого вашего. Пошел он … - и я выдала такое грубое словечко, от которого Эбетт охнула и закрыла рот ладошкой.

- Миледи…

- Не называй меня так, - чересчур зло рявкнула я, но тут же осеклась и смягчилась. – Извини, можно просто Маша.

Эбетт все еще смотрела на меня широко распахнутыми глазами, и я поняла, что мне сейчас лучше побыть одной, чтобы перестать злиться и не обижать окружающих. Я снова извинилась перед служанкой и быстро направилась к лестнице, ведущей в мою комнату. Сквозь окна я заметила солнце, только поднимающееся над горизонтом. Аверетт разбудил меня на рассвете, а значит, я поспала всего ничего.

Я поднялась на второй этаж, зашла в свою комнату и громко хлопнула дверью. Где-то вдали заржали лошади, и я подошла к окну. Ничего интересного не было видно, но мне пришлось открыть створку и высунуться наполовину из дома. И я увидела карету, у которой стояла темная фигура в окружении мужчин в темных фраках, уже знакомых мне. Я еще сильнее высунулась из окна, едва не вывалилась, но удержалась и продолжила наблюдать за движением у ворот.