Жизнь на крыльях

4 глава. Академия

Откуда мне было знать, что быть эротом так проблематично. Все женщины прекрасно знают, что мужикам нужно лишь одно… В том то и дело, что знают все, только не понятно, почему они все решили получить это одно с меня…

Постоянно ловлю на себе какие-то голодные взгляды девочек из эфебии. Им бы учиться, а не за новыми преподавателями бегать. Я у них, видимо, как конфетка, кто добежит та и съест. Девочек, конечно, понять можно, помниться сами когда учились, заглядывались на молодых офицеров, и наличие рядом потенциального жениха в виде Пламенного как-то не смущало. Тогда с девчонками, Молниеносной и Исключительной развлекались вовсю над юным красивым альвом. Оказаться в такой же ситуации у меня ожиданий не было. Пару раз с высоты чуть рухнуть не пришлось, крылья подвели, ранение ещё не зажило, а под пристальным девичьим их изучении, дало о себе знать. Говорят же, мужики на баб кидаются, ага…

Каждая считает себя неотразимой, и честь оценить эту неотразимость должна, почему-то, выпасть именно мне. Причём именно честь, так, как они меня облагодетельствовали своим вниманием… А мне оно надо? Что-то мне ребят жалко стало.

Вот с кем теперь у меня были задушевные беседы. Ребята эфебы меня слушаются беспрекословно, ещё бы боевой офицер за которым бабы бегают. Стоит на них рыкнуть, и тут же становятся как шёлковые. Мне бы таких в бою, а то альвы обычно лезут куда не поподя, а если в отряд эрот попадает, так пиши пропало. Будет выпендриваться до тех пор, пока его за ручку таскать не будешь, и из меня получается какая-то клуша наседка. Став эротом все проблемы разом решились. Никто не чем не меряется, принимают старшинство безоговорочно.

Подружились с Яриком Морисовичем, похоже, моя персона, свободного эрота, заменила его. Он мне всё ещё нравился, и сердечко трепетало в его присутствии, но когда мы втроём, с нами ещё сатир Леней всегда увязывался, преподаватель словесности, шли в академическую едальню нажраться, было уже не до сердечка. Сидим мы так бывало за столиком уже тёпленькие и судачим. Ярик, с красными от вина щеками, подливает мне, а у самого губы рядом с моим ухом и шепчут:

- Малыш, - это он меня так называет, - ты гордиться должен, вон вокруг тебя сколько девок, а ты нос воротишь. Любой из преподавателей тебя за это удавить готов… Я то знаю… я понимаю, что это, когда они на шею вешаются… Вот экзамены начнутся, тебе всё это цветочками покажется. Уж поверь мне, старому вояке…

- Да не переживай, - смеётся сатир, пьяно подмигивая левым глазом. – Ты мне половину отдай, я то знаю, что с ними делать…

- А я вот, не знаю, - фыркаю я запивая всё из килика, что бы не испугаться приближающихся экзаменов. Сотрапезники хихикают над удачной шуткой. Кому шутки, а кому ужасные будни.

Вначале, когда ещё не понятно было, что к чему, прекрасно помню как дриады надо мной подшутили.

Как преподаватель древней истории, я знаю свой период. На границе всё больше с армейскими общаться приходилось, среди друзей одни крыланы, да и не было в тех местах, откуда я, ни дриад, ни менад, ни вакханок никаких. Видеть их конечно приходилось, но в основном в официальной обстановке, как служащих или курьеров. А тут они в полном цвету. Именно в цвету они ко мне на лекцию и заявились. Волосы распущенные, все в бутонах и цветах и… голышом. Говорят в национальном сейчас модно. То, что раньше они так ходили, я, как историк, знаю. Ещё их голые попы сочувствие вызвали, как они ими на грязных стульях сидят.

И только через пару недель, выйдя во время лекции в коридор зачем-то, обнаружилось, что они одежду перед дверью сняли и в кучу свалили. Обычно я коридором не пользуюсь, для крыланов это не удобно. Так, что это было откровение. Разводили как желторотика первогодку. Наверно, мужики слюной исходить должны были… Так я то не мужик. Тут же вся эта одежда оказалась в кабинете горгоны… Что им Сфена Форкисовна наговорила не знаю, да и придумывать не возьмусь, но после этого дриады ходили приличные, застёгнутые на все пуговицы, и волосы, даже, в пучки убирали. От этого даже тепло на душе было.

Первая моя ошибка была изначально, при попадании в академию. Я прекрасно знаю, что женщины и девушки ведаться на комплементы. Наговори даме красивых слов и она твоя. Поэтому такие обращения как “красавица сделай то-то”, или “милая помоги” для меня были естественны. В устах красавца эрота это вызвало массу побочных действий со стороны восторженных девочек. До сих пор за мной толпами ходят, вздыхают. Сначала было смешно, но когда попытались начать зажимать меня по тёмным углам и подставлять свои губки бантиком, смешно быть перестало. Улыбаться я продолжаю, но теперь стараюсь их облететь.

Не далее как вчера менада одна отличилась. Надо признать, что девочка действительно симпатичная, намного красивей меня. Рыженькая, с крупными зелёными глазами, брови тёмные, густые, маленький изящный подбородок, маленький носик а губы сочные пухлые. Такие юношам нравятся. Ещё и фигурка ладная, с округлостями где надо. Это у меня всё плоско, даже и скрывать не приходиться, ещё и плечи широченные, развитые в тренировках…

Эта менада всегда окружена когортой поклонников и не только из сатиров. Даже крыланы вокруг неё вьются. Пожалуй, самая красивая девочка в академии. Но и норов у неё испорченной кокотки.

Мы о курсовых работах говорили. Так эта крысавица, не стесняясь подходит ко мне, и хлопая своими глазищами, прижимается верхней частью своей стоячей, заявляет мне:

- Напиши мне работу, я за это с тобой в едальню схожу. Тебе даже меня приглашать не надо будет, я уже согласна. Никто нам не помешает.