Жизнь на крыльях

6 глава. Крепость Зелёного Луга

Похоже, мы увязли в Крепости Зелёного Луга. Кто же знал, что вместо, почти развлекательной, поездке на границу и встречи с сослуживцами, придётся оказаться в сражении, ещё и с необученными желторотиками на шее.

Такого сюрприза как “зубы” никто точно не ожидал. Из зубов дракона, в очень древние времена выращивали отважных воинов – спартов. Это были сильные и отважные, не знающие страха в битвах воины. Их потомки до сих пор гордятся своей родословной, называя себя детьми дракона. Но метод был дорогой и затратный, от него отказались ещё в древности, когда в Колхиде изобрели ускоренный и дешевый процесс, выращивать из зубов дракона воинов прям перед боем. Тогда много драконов пострадало, за ними охотились ради этих зубов. Ведь для такого подходят зубы только настоящих драконов.

По Колхидскому методу, из зубов дракона вырастали воины сразу взрослые, в полном вооружении, не чувствующие ни боли, ни голода ни жажды, ни ненависти, ни любви, ибо они были мёртвыми. Они были неустрашимы, не знали усталости, сомнения, они уничтожали всё на своём пути, только… глупы были, так как мозг у них тоже был мёртвый. Именно с такими “зубами” мы и столкнулись, мёртвыми воинами. Но эти были выполнены в облегчённом варианте, просто скелеты в вооружении.

Мы в войнах на границе с такими артефактами сталкивались редко, скорее это была привилегия археологов. Одно было странно, это древняя закладка и современная разновидность гарпий вместе. Это настораживало, неужели противник раскопал древнее оружие.

Эфебы работали слаженно, не зря их натаскивал Ярик Морисович.

Акмон с сестрой Деаной сражались плечо к плечу, по детям басилевса сразу видно было, тренированные воины растут. Они были на возвышении и принимали на себя отбивание перьев агрессивных гарпий.

Мельпей оседлав молодого кентавра, того, которого Ярик собирался отправить с поручением, носился по краю площадки, избранной нами для бивака и разглядывал поднявшиеся “зубы”.

Девчонки сгруппировались по центру, парни же их защищали. Адмета, океанида, не уступая парням, отстреливала из гастрафета гарпий, да и скелетов.

Шавушка, припав к земле, слабо подвывала, но на неё никто не обращал внимания. От страха это она, или готовилась к трансформации, я не знаю.

Порадовал меня дознаватель. Крокодильчик забрался на самый пик возвышенности над “зубами”, и зарядами пулялся из своей трости. Я то, предполагаю, что это у него для пижонства такая трость, ан нет, оружием оказалось. Значит, крокодильчик у нас из заклинателей. Хорошо ещё не с волшебной палочкой, а то всего ожидать можно, если парень пижонить начнёт. Лицо напряжённое, бледное, глаза узкие, сосредоточенные, прям великий герой.., нельзя его выпускать из поля зрения, как бы чего не натворил.

Ярик свистнул мне. Он наверху, в небе, первый на себя гарпий принимал. На границе мы со всякими химерами часто сталкивались. Даже такие, архаичные, не проблема. Завязав с дикими, оголтелыми тварями небольшой бой, дав им почувствовать сладкий миг победы, алаид повёл их на воинственные и глупые “зубы”.

Несколько гарпий, видимо, особо умных, отделились от стаи. Это были мои. Выманив их воздушными кульбитами, я переключила этих злыдней на себя. Кого-то пнув, кого-то за крыло дёрнув, проносясь сквозь них раза четыре, и доведя чудовищ до бешенства, я пикирую вниз, к скелетам. Там уже была схватка между гарпиями и “зубами”, значительно проредившая и тех и других. Почти врезаясь в свалку из костей и перьев, я ухожу в бок. Не мешая их развлечению.

Стая гарпий чуть не сбили с кентавра нашего Мельпея, но он увернулся. Из-под копыт кентавра вылетел череп одного из скелетов, на котором он чуть не навернулся. Череп взлетел вверх, в самую стаю гарпий и, мёртвой хваткой, вцепился одной из них внос. Она заверещала и забилась, мешая подругам атаковать скелетов. Опять пришлось собирать разлетевшихся.

Мельпей, вместе со своим копытным другом, как же его зовут… а да, Милошем, помогали эфебам переместиться, подальше от наступающих “зубов”.

Гарпии молотили крыльями и вцеплялись когтистыми лапами в скелетов, растаскивая их по косточкам в разные стороны. “Зубы” дрались слаженно, плечо к плечу, но стоило им оказаться даже лицом к своему собрату, они начинали колотить и его. Согласно истлевшим на них доспехам, это были павшие воины в битве пятисотлетней давности. Тогда, как раз, носили длинные кольчуги и укороченные бригантины. И то и другое, с трудом ещё можно было разобрать в истлевших тряпках и ржавом железе. Сколько в земле пролежало, а вон, до сих пор, воинов прикрывает.

Между делом, скелеты выясняли отношения. Прямо напротив меня пара пыталась определить, какая из трёх голов, находящаяся у них в костлявых руках, их. Третье тело валялось под ногами, и они его безапелляционно попирали костлявыми конечностями, просто не замечая.

Для усиления эффекта я кинула туда пару камней, нарушая фалангу мёртвых воинов. Заметив мои действия, к этому присоединились и остальные эфебы.

Скелеты с гарпиями самоуничтожали друг друга, нам же с Яриком оставалось только отлавливать сбежавших гарпий. Гоняясь за дезертирующими с поля боя тварями, мы не заметили приближение сирены.

В обрывках военного мундира, на котором не видны были знаки отличая, злая от голода, с размазанным по лицу сценическим гримом, она была страшна и непредсказуема. Что-то в ней было противоестественное. И тут осенило… Она же мёртвая. Кто-то не только древние “зубы” поднял, но и павшую сирену сюда пригнал.