Жизнь на лезвии бритвы. Книга 3.

Глава 17. Риста. Часть 2.

Икнув, от чего из рта Кеноби вырвалось амбре, сделавшее бы честь неделю не просыхающему гному, он отработанным жестом, и не скажешь, что парень довольно продолжительно занимается поисками истины на дне бутылки, сунул мне в руки стакан, до краёв наполненный «Мандалорским ликёром» крепостью в восемьдесят градусов.

- Твоё здоровье! - произнёс я тост, глядя в мутноватые глаза начинающего алкоголика.

- Однако! – крякнул Оби-Ван на опустошённый в один мах стакан и демонстративное занюхивание пойла сухариком.

- Повтори, - ткнул я бармену на бутылку пальцем. – Второй набор приборов на третий столик и побольше мясных закусок.

- И-и? – угодливо протянул халдей.

- И побыстрее, - грубо отрезал я, сбросив оплату с коммуникатора, следом левой рукой подхватывая бутылку ликёра, а правой цепляя Кеноби за вороник мятого табарда, - пойдём, поделишься горем.

- Ик, а если я с радостью… радости пью? Не имею, ик, права? – пробулькал, несколько придушенный скрученным воротником, семенящий следом Кеноби. – Имею!

- Имеешь-имеешь, - успокоил я джедая… или уже не джедая, усаживая его в кресло у своего столика, - только что-то рожа у тебя больно не радостная, парень.

Наполнив пойлом стаканы, принесённые расторопным официантом, который со скоростью пулемёта метал на стол пиалки и тарелочки с мясными закусками, я придвинул Кеноби его порцию:

- Чин-чин! – опрокинул я в себя продукцию мандалорских винокурен.

- Ч-ч-тчин! – отсалютовал Кеноби, выпив всего лишь половину отмеренного. Вторая часть пойла нашла приют на табарде мечтающего нажраться в хлам джедая, но никак не доходящего до кондиции. Что поделать, Сила! Тренированный организм молодого человека автоматически, на одних инстинктах освобождался от хмельного, в том числе выгоняя алкоголь через поры кожи, от чего Кеноби благоухал ядрёней иной бочки из-под шотландского виски. Оби-Ван пил, организм сопротивлялся, тара пустела, но состояние риз никак не наступало, хотя внешне падаван Квай-Гона выглядел очень навеселе.

Со стороны холла мелодично прозвенел колокольчик, возвещая о новом посетителе. Сторожевой контур, подвешенный мной заранее на входе, опасности не выявил, сигнализировав о появлении лица, входящего в близкий круг «своих».

- Ого, твоё лордство, пьянствуешь без меня?! – нарисовался за спиной Гривус, от которого на милю вокруг несло довольством и желанием поделиться им со всеми окружающими. – Твоё лордство, не рано ли ты начал? – Гривус щёлкнул когтем по горлышку бутылки.

- Присаживайтесь, генерал. А насчёт не рано ли, на моей родине есть поговорка: с утра выпил, весь день свободен.

- Лорд, раньше ты иначе выражался, - скрипнул креслом калишец, принимая стакан, принесённый всё тем же шустрым малым, обслуживающим столик. Под мой молчаливый кивок и звякнувший коммуникатор, совершивший ещё один перевод средств, официант пополнил приборы на столе и добавил закусок. – Как там звучало, дай предки памяти, утром пьют или аристократы, или дегенераты.

- Сейчас день, уважаемый, вечер на носу, какое утро, - плебейски отмахнулся я. – Имею право, тем более я аристократ. Молодой человек горе заливает, ему сами боги велели, ты тоже не похож на дегенерата.

- С-сила в-велела, - выдавил из себя Кеноби.

- Что? – переспросил Гривус.

- С-сила, - повторил Оби-Ван. – Уч… учитель, ссс-с, - у воспитанного молодого джедая никак не поворачивался язык обозвать наставника самкой собаки. – И Й… Йода – зелёная ж жаба! Т-тухлый с-смрчок. Пшли они все б-банте под хвост!

- Ого! – удивился Гривус льющимся откровениям. – Что, достали они тебя, парень?

- А-а-а, - отмахнулся Кеноби, - с-сарлаку в зад их!

Кое-как продрав глаза и разбавив градус обильной закуской, он пристально уставился на меня:

- А я т-тебя, знаю!

В ментале начало разливаться беспокойство, изрядно приправленное решительностью, интересом и глубинной яростью на собственный страх. К тому же меня действительно узнали, скорее всего запомнив мою аристократическую физиономию благодаря нескольким кадрам галактических новостей о судебных разбирательствах набуанской королевы Амидалы с криминальными типами, подчинёнными хаттов. Кеноби стремительно трезвел. Взвесив ситуацию со всех сторон и припомнив терзавшее меня в полёте предчувствие, видимо предупреждавшее о встрече с да давним знакомцем, я решил действовать на опережение, иначе существовала большая вероятность того, что собеседник закуклится, выколупывай его потом из скорлупы.

- Взаимно, но заочно, Оби-Ван Кеноби, падаван мастера Гвай-Гон Джинна. Я, если вы не знаете или не интересовались именем из бегущей строки новостей, Гарольд Александр Слизерин, Лорд Слизерин, к вашим услугам. Моего товарища зовут Кимаен джай Шилал, прошу любить и жаловать. Кстати, молодой человек, перед вами настоящий лорд и не менее настоящий боевой генерал.

- Квай-Гон, - нахмурился калишец, - Квай-Гон, слушай, твоё лордство, а это не тот самый, про которого ты рассказывал?

- Он самый, - открыто улыбнулся я. – Знаете, Оби-Ван, ваш наставник знатно повеселил нас на Татуине.

- Повеселил? – Кеноби, как улитка, начал втягиваться в домик, иносказательно, конечно, но в эмоциональной сфере он быстро возводил щиты вокруг сознания.