Жизнь полная лжи

18 глава

Наступил день Великого Восхождения. У этого праздника есть своя легенда, поговаривают, что именно в этот день Богиня сумела взойти на небо после долгих скитаний по земле без физического тела. В этом ей помогли двое близнецов, которые подарили ей свою последнюю вещь — старый искривленный кинжал. С помощью него богиня разрезала небо, и через этот проход возвысилась в небесный мир. А тем детям в знак благодарности она дала выбор: либо перо, либо пион, любимый цветок Богини. Перо означало, что человек хочет изменить свою жизнь и стремится к этому, а цветок — что человек доволен своей жизнью и не готов к переменам. Тогда девочка выбрала перо, а мальчик — цветок. Кроме этого, богиня послала им свое благословение, и вскоре они сумели разбогатеть. Девочка стала странствовать по миру и помогать таким же бездомным детям, каким она была. А мальчик основал новое государство Вирийское и стал его первым королем. Нет, это не мой предок, он основал первую династию Вирии — Кельсер, а звали его Вальхиром Основателем. И сегодня все люди: и простолюдины, и аристократы, и особенно духовенство, — празднуют и торжествуют в такой значимый день.

Я встала довольно рано, сама, без чьей-либо помощи, что удивительно. На часах было семь, солнце ярким светом заливало покои. Подойдя к окну, я вдохнула этот свежий, но пока прохладный воздух. На улице уже вовсю ходили слуги и были заняты приготовлением к поездке. Как же хорошо! Правда, ноги у меня всё ещё болели из-за вчерашних танцев, но, по крайней мере, я хотя бы выспалась на этот раз. Надеюсь, эта неделя пролетит быстро.

— Ваше Святейшество, вы уже проснулись! Прекрасно! — воскликнула Гвен, войдя с Мери с хорошим настроением, улыбка у неё была до ушей. — Идите искупайтесь, а мы пока накроем стол.

Я искупалась, вода была такой тёплой, что не хотелось вообще никуда идти. Эх, но надо, так как выбора у меня нет. После я плотно поела, потому что не знала, насколько мы задержимся в храме. Мне принесли новое платье для церемонии. Оно было белым, с широкими рукавами, длинным шлейфом, украшенное цветами и перьями. Золотые выкройки выделялись на этом белоснежном фоне. Волосы мои заплели в длинную косу, а на голову надели вуаль с кружевами и Святую корону. На лбу мне нарисовали пятиконечную звезду с помощью золотой краски — таков был обычай: жрецы рисовали на лбу звезду, а остальные — перо или цветок, каждый выбирал сам. Макияж на этот раз был простым, но зато туфли были на низком каблуке, что очень радовало. И вот я была готова. Взяв в руки кулон, который я успела надеть, я поцеловала его в знак удачи. Надеюсь, всё пройдет хорошо. Там будет очень много людей, и все их взгляды будут обращены в мою сторону. Ни в коем случае нельзя допустить ошибку, иначе мне конец.

Я вышла из покоев, и меня встретили шесть стражников, которые на этот раз сопровождали меня. Мы прошли к главному выходу. Я ожидала, что здесь будет целая толпа, но здесь никого не было. В лестничном пролете никого не было, кроме слуг. Меня что, забыли? Почему здесь никого нет? А может, я не туда прошла, или ещё пока рано? В итоге дворецкий мне объяснил, что все уже уехали в Главный храм, а я должна буду приехать позже остальных. Поэтому мне пришлось простоять ещё минут десять, и мы наконец отправились в путь. Мне подали белую карету, очень богато украшенную, впрочем. Она так и сверкала золотым и серебряным блеском на солнечном свету. Как мне объяснили, мы должны будем проехать через центральные улицы к Главному храму, чтобы поприветствовать народ, а уже в храме меня будут ждать все, и потом сразу начнется церемония. Почему мне раньше не рассказали обо всём этом? Ну, я несколько дней заучивала свою речь, поэтому все должно пройти нормально, уверяла я себя, сидя в карете и теребя руками колени.

Смотря в окно, я была удивлена. На центральных улицах собралось очень много народу. Неужели они все пришли сюда, чтобы посмотреть на кареты? Повсюду играли музыканты, а люди кричали благодарности богине и даже мне. Я то и дело махала им через открытое окно и кивала в знак почтения и благодарности. Благо сегодня не так жарко, а то бы я, наверное, зажарилась в этом платье.

Мы доехали до храма, мне помогли слезть, и, посмотрев вперед, я увидела большой белоснежный храм. Купола были в виде конусов, стены – с высеченными узорами. Каждый элемент храма был словно произведением искусства. Вокруг толпились люди, поэтому здесь царил большой шум. Меня провели внутрь храма, и пока я шла, люди на меня так и глядели, словно на саму богиню. Внутри было тоже очень красиво: внутрь храма сквозь стеклянные части куполов проходил солнечный свет, везде были молитвенные места, картины богини и портреты святых. Потолки были расписаны, на стенах переливались разноцветные огоньки от витражных окон. На стенах были написаны фрески, в которых были запечатлены разные легенды. Я, не скрывая своего восхищения, вовсю оглядывала этот храм. Меня провели на второй этаж, он был еще прекраснее, весь сделан будто из серебра, а пол блестел словно зеркало. В центре зала высилась мраморная статуя богини Элайны. Она стояла, смотря на небо, одна рука тянулась к звездам, другая покоилась на её груди. К её ногам были сложены пионы.Меня провели в другой зал, похоже, это был зал ожидания, так как именно здесь находилась императорская семья, гости и высокопоставленные люди Лаундии. Как только я вошла, ко мне тут же решили подбежать все и начали что-то говорить, перебивая друг друга. Император разогнал эту толпу одним своим присутствием, и я теперь смогла разглядеть этот зал. Все его стены были украшены фресками. "Это ведь легенды о Солнце и Луне", – вспомнила я, взглянув на левую стену, где были изображены луна и солнце в виде людей. Красиво, архитекторы и художники явно постарались, и их старания не остались напрасными.

– Ваше Святейшество, сейчас вы начнете петь молитву, – сказал подошедший ко мне Жрец Сандарский.

Я вышла в зал, где стояла статуя. Мне указали сесть перед богиней на колени, прямо у её ног, что я и сделала. И теперь с моего ракурса статуя была по-особенному красива и величественна. Все остальные люди шли за мной и тоже садились сзади меня. Я была окружена пионами, и солнце озаряло меня, припекая голову. Посмотрев по сторонам, я увидела, как моё платье, расстелившееся по полу, блестит. А повернув голову назад, я увидела чуть ли не сотню глаз, прикованных ко мне, отчего стало душно и пробрала дрожь, из-за чего я быстро отвернулась обратно к богине. И вдруг на весь город прозвучали удары часов, находившихся в храме. Пробило одиннадцать — пора начинать. Когда часы закончили бить, я, приложив руки к сердцу, начала петь молитву. Молитва была на древнем вирийском языке. Я пела громко, и это было нелегко, ведь нужно было то тянуть высокие ноты, то резко опускаться на низкие, так как молитва сама по себе была сложной для исполнения. Но эту молитву я пою уже несколько лет, поэтому научилась исполнять её без фальши, как было поначалу. В этой молитве говорилось о заслугах богини и о её великом восхождении: