Жизнь после нас

Глава 1

2107 год

Станция метро «Заречная».

Сирена не смолкает, рассекая своим пронзительным рёвом привычный шум города. Её резкий тревожный звук, словно крик какого-то фантастического железного гиганта, слышен в каждом уголке столицы. Этот непрерывный вой, как невидимый пастырь, подгоняет людей, заставляя их спешить, искать укрытие, спасаться от надвигающейся беды и подгоняя людей как можно скорее укрыться где-нибудь в безопасном месте. Кроме того каждый человек получил на свой телефон экстренное сообщение от службы по чрезвычайным ситуациям, и там недвусмысленно было сказано о том, что необходимо взять с собой самые необходимые вещи, запас продуктов на несколько дней и быстро проследовать к ближайшему бомбоубежищу, в метро, спуститься на этажи ниже уровня земли или хотя бы укрыться в подвалах домов.

Эти слова не оставляют места для сомнений, и люди понимают, что это не учебная тревога, а самая что ни на есть реальная угроза их жизни, да и все новостные каналы с утра в один голос вещают о том, что угроза ядерной войны достигла максимального уровня, и вот теперь над страной нависла смертельная опасность. А несколько минут назад жители столицы узнали страшную новость - вражеские ракеты уже летят в нашу сторону!

Народ торопливо заходит с улицы в вестибюль станции метро и по широким ступеням спускается к платформе метро. С другой стороны этой платформы имеется точно такой же вестибюль, такие же ступени, и по ним таким же нескончаемым потоком спускаются мужчины, женщины, дети, и каждый из них несёт с собой что-то нужное, то, что по их мнению может пригодиться в экстремальной ситуации, что поможет пережить хаос, который вот-вот накроет мир. Все турникеты открыты — сегодня вход в метро бесплатный, хотя это никого не радует.

У многих мужчин за плечами видны довольно большие рюкзаки, женщины катят рядом с собой сумки и чемоданы на колёсиках. И не зря по краям этих ступеней имеются специальные пандусы для инвалидов — как раз по ним и скользят эти чемоданы и сумки. Да, кто-то пользуется лифтами, но к ним уже выстроилась очередь, растянувшаяся до улицы, поэтому большинство людей решает спускаться к платформе метро пешком, тем более, что ступеней не так уж и много - около полутора десятков.

Платформа быстро заполняется, люди продолжают прибывать нескончаемым потоком, и скоро на этой, вроде бы, довольно большой площадке, становится очень тесно, даже воздух стал тяжелее от скопления людей, к тому же атмосфера накаляется от их тревожных разговоров и подавленных вздохов. Впрочем, никто не толкается, не ругается, прекрасно понимая, что все хотят найти спасение под землёй. Здесь, в этом относительно безопасном месте все равны перед страхом чего-то непонятного и неизбежного. Взгляд каждого устремлён вниз, в серую плитку пола, или вверх, на своды станции, где равномерный свет ламп безразлично освещает всё происходящее.

У края платформы несколько парней переглядываются, обмениваясь короткими фразами. Решившись, они спускаются на рельсы и уходят куда-то вглубь тоннеля в надежде найти спасение там. Их фигуры исчезают в темноте этого подземного сооружения. С какой целью они туда пошли, никто не знает. Толпа молча наблюдает за их действиями, не производя попыток остановить или окликнуть. Найдут ли эти парни спасение там, куда ушли? Вряд ли! Люди понимают это, но каждый держится за свою призрачную надежду, как за последний маяк в бушующем океане. Более того, большинство из тех, кто оказался в данный момент на этой платформе, бывают здесь каждый день, поэтому знают, что буквально через несколько сотен метров поезд метро выезжает из тоннеля и далее несколько остановок стремительно несётся по поверхности земли. Впрочем, сегодня метрополитен не работает, а раз так, то этим парням не грозит судьба быть задавленными поездом.

Метро, казавшееся до недавнего времени просто подземной частью города, становится убежищем для тысяч человек. Возможно, здесь, под землёй, ещё есть шанс выжить. А наверху, над сводами станции, уже разгорается бедствие, которое наверняка изменит всё.

Где-то совсем рядом вспыхнула звезда, настолько яркая, что свет от неё проник сквозь остекление вестибюлей даже на платформу, на мгновение ослепив людей, в следующую секунду земля содрогнулась, люди попадали, кто на кафельный пол, а кто-то с платформы на рельсы, со всех сторон послышались крики ужаса, и тут же погас свет.

А в следующее мгновение мощнейшая взрывная волна, вызванная невероятным перепадом давления, ворвалась в один из вестибюлей, сметая то, что когда-то сделал человек, и ему казалось, что это прочно и надёжно, а на деле всё это оказалось очень хлипким. Стеклянное крошево, куски металла и камней ураганом неведомой силы налетело на людей, подхватило их вместе с чемоданами, и размазывая уже безжизненные тела о стены, потолки и полы, оставляя на них многочисленные кровавые следы, унесло кого в тоннели, а кого через второй выход из метро на улицу.

Больше не было ни вселенского крика ужаса и боли, ни стенаний на безжалостную судьбу, поскольку из-за невероятного перепада давления спасительная смерть пришла ко всем в один миг. Да, звучит кощунственно — спасительная смерть! Но иногда можно и так сказать, ведь вряд ли кто-то в здравом уме согласился бы променять неминуемую, но быструю смерть на такую же неминуемую, но мученическую погибель. Оставшемуся в такой ситуации в живых бесполезно звать на помощь, потому что в радиусе нескольких десятков километров от термоядерного взрыва не осталось тех, кто смог бы прийти на помощь.

Вот среди обломков металла, стекла и стали видна рука уже мёртвого человека, и она сжимает какой-то странный прибор, явно не похожий на миниатюрный смартфон последней модели, а на экране сторонний наблюдатель, если бы таковой нашёлся в этой печальной обители смерти и скорби, увидел бы какие-то цифры и буквы... И если бы среди этих сторонних наблюдателей нашёлся бы радиоэколог, то есть специалист, изучающий влияние естественной и техногенной радиации на живые организмы, то он ужаснулся бы от увиденных цифр, поскольку при таких показаниях радиации никакое биологическое существо не может жить более пяти минут. Да, многие из нас слышали о вездесущих тараканах, и якобы они чуть ли не с удовольствием переносят запредельную радиацию, но тем, кто уже покинул этот грешный мир, было всё-равно, что там говорят об этих насекомых, переживших динозавров.