Жизнь после себя

Глава 3

«И как они скоро все кончаются, все эти старые приличные люди! Чуть только изменились обстоятельства – и нет ничего прежнего, точно порох сгорел.»

Идиот. Ф.Достоевский.

Полли сидела и сводила счета. Нужно распланировать бюджет до конца месяца и на начало сентября. Анна подметала во дворе листву. Дети играли в догонялки. В кресле сидела бабушка с газетой. На самодельной лавке из досок сидели несколько женщин и обсуждали новости, услышанные от других.

Анна замерла, когда из кладовки, рядом с туалетом, донеслись странные звуки. Что это? Она огляделась, может другие заметили? Но все продолжали заниматься своими делами. Смех детей, плеск воды и тихие разговоры женщин. Сжав метлу крепче, Анна решила подойти. Главное не показаться сумасшедшей, пока она будет рыскать в кладовке.

Она открыла дверь и заглянула. Солнечный свет озарил маленькое темное помещение, заваленное хламом разной степени нужности: керосин в железных канистрах, швабры, метлы, старая печная труба и куча дров для растопки. В углу что-то мелькнуло. Анна ухватилась за метлу обеими руками, разрываясь между желанием стукнуть странный объект и закричать. Возможно, это просто собака. Тогда боятся нечего.

– Ай! – пискнул тонкий голосок.

Маленькое существо ростом меньше метра. Его тело было обернуто тряпьем, уши стояли торчком, а глаза невероятно большие. Странная помесь ребенка и мопса. Ах, да и волосатый к тому же.

Анна обомлела. Она ущипнула себя, надеясь, что это галлюцинация. Но ничего не изменилось, как и в первые секунды после попадания в это время.

– Ты..кто? – с трудом выдавила она.

– Люди обычные тут. А ты странная, – существо шевельнулось, прижав уши.

– Что ты имеешь ввиду?

Оно покачало головой. Слова оно умело выговаривать, но с трудом. Волосатый вид и отчужденность в глазах, дают понять, что оно не с кем не контактирует.

Оно было похоже на домового.

– От тебя пахнет необычно. Ты не отсюда.

Бежать? Кричать? Анна не понимает. Настоящая ли она здесь или там, в своем времени? Привлекать внимание точно нельзя. Старухи могут вызвать полицейских, а те уже направят в психбольницу на обследование. Или куда хуже.

А ей ещё нужно вернутся домой. Если вообще получится.

Когда она снова взглянула в угол, существа уже не было. Она моргнула раз, другой. Ничего. Будто и не было никакого домового.

Она вышла из кладовки.

Когда Анна зашла в дом, то увидела гостей. Они появились будто из ниоткуда. Она знала, что тетя Полли никого не ждала. Мужчина был одет в костюм-тройку, поверх которого пальто, выглядевшее довольно дико. Напоминал ученого-физика, сбежавшего с какого-нибудь секретного проекта.

Рядом с ним, Анна узнала Мисси. Та смотрелась еще страннее, чем при первой встрече. Если бы викторианская дама и торнадо захотели завести ребенка, получилась бы именно она. Ядовито-фиолетовое платье сочеталось с кружевными рукавами. Шляпа на голове была протестом против хорошего вкуса. Хаотичная конструкция из перьев и цветов, которую даже искусством не назовешь.

– Анна, они сказали, что к тебе, – тетя Полли на мгновение подняла голову от толстой книги и стопки монет, чтобы глянуть на нее.

– Да, спасибо, – Мисси ярко улыбнулась, схватив Анну под локоть. – Как ты, милая?

– Нормально, – запинаясь, сказала Анна.

Были ли эти люди друзьями той, другой Анны? Она пыталась вспомнить, перебирая в памяти обрывки чужой жизни, но ничего не находила.

– Мисси, – строго оборвал ее спутник. – Не при людях.

– Да ну тебя, – она надула губы, притворяясь обиженной.

– С Мисси ты уже знакома, – он проигнорировал ее детскую выходку, обращаясь к Анне. – А я мистер Чейн.

– Вы женаты? – вырвалось у Анны.

Глупо. Начиналось так просто: телефон, который старушка навязала, разговор с мужчиной из прошлого. А теперь она здесь, пытается свыкнуться с реалиями прошлого. Как вакуум вокруг планет – тихий и бескрайний, – она оставалась одна в этом огромном новом мире.

Ей много не хватает. Бытовые удобства, телефон, интернет, возможность контролировать свою жизнь. Перечислять можно долго. Но здесь, в Российской империи начала двадцатого века, она остро понимает, как мала и ничтожна человеческая жизнь. Контроль утекает сквозь пальцы вместе с благами цивилизации.

Мисси рассмеялась заливисто. То, что сказал мистер Чейн, было, по ее мнению, самой забавной шуткой во Вселенной.

– Мы больше чем просто муж и жена, – заговорщически шепнула она.

– Миссис Чейн!

– Ну что ещё? – воскликнула она, обнимая Анну так крепко, как мать обнимает приемную дочь. – Нельзя делится подробностями?

Чейн закатил глаза.

– Мы пойдем, – он кивком головы попрощался с Полли.

Полли помахала рукой на прощание.

– Что? Куда? – возмутилась Анна, но ее протесты никто не услышал.

Пройдя несколько улиц и переулков, они оказались на месте. Чейн подошел к чему-то невидимому. Объект ловил солнечные блики и отражал их. Материя впитывающая свет.

– Как удивительно.

– Конечно, - Мисси гордо сказала. – Это вантблэк – материал для щитов невидимости корабля.

– Ух ты.

– То ли ещё будет.

Чейн открыл дверь, зашел, за ним последовали Мисси и Анна.

– Ох, – выдохнула она от благоговения.

Она стояла внутри идеально пирамиды. Интерьер, рисунки и надписи одновременно напоминали древнеегипетские мотивы и что-то неизвестное. Пространство дышало древними знаниями. Ее взгляд упал на центр помещения. Каменная колонна, скорее похожая на жертвенник древним богам, чем на пульт управления кораблем.

Голографические изображения галактик парили над консолью, сменяя друг друга. Короткие и длинные рычаги управления, несколько шаров, встроенных в панель, напоминали цветастые для дискотек, камни разного цвета служили, как поняла Анна, кнопками.

Она не могла вымолвить слова. Ее мозг отказывался усваивать полученную информацию. Она едва начала привыкать к существованию в начале двадцатого века, и тут такое!