Жизнь после тебя. Книга 2

3

Арина

Ужас сковывает все тело, запуская мое сердце в ускоренном режиме. Нет… Нет, я не могу потерять своего малыша. Не могу…

Сильная, надежная рука накрывает мою, сжимает.

Я поднимаю взгляд, и наши с Тимуром глаза сталкиваются через зеркало заднего вида. Он подбадривающе мне улыбается, хотя и сам, я чувствую, на взводе, но не показывает мне этого, чтобы я еще больше не волновалась. И так много на один квадратный метр тех, кто на взводе. Кто-то из нас должен оставаться в своем рассудке.

— Эй, шкода, — укоризненно, но все так же с улыбкой произносит он. — Не пугай так мамочку. Веди себя хорошо!

Сначала ничего не происходит. Секунда, две… А после внутри себя чувствую едва различимо, но все же чувственно, маленький толчок ноги мне прямо в живот. Я ойкаю, ярко ощущая его в себе. Всхлипываю и накрываю руку Тима своей.

— Шевелиться, — сквозь слезы улыбаюсь. — Он шевелиться.

— Я же говорил, а ты боялась, — подмигивает мне и снова возвращает внимание на дорогу. — Потерпи, скоро уже приедем.

Я киваю и откидываю голову назад, прикрываю глаза. Стараюсь дышать все так же, как и учил меня врач, как бы ни было тяжело, когда приходит новая схватка, буквально скрючивая меня от боли.

— Все хорошо… Все будет хорошо, малыш. Я знаю, тебе уже не терпится появиться в этом мире, увидеть нас… Мы тебя очень ждем и любим. Будь сильным!

На мои слова внутри себя чувствую толчок, маленькая ножка сына упирается мне прямо в живот. Я морщусь, но улыбаюсь, радуясь тому, что он слышит меня и слушает. Ему нравится, когда разговариваю я или Тим.

Обычно он начинает буянить вечером, пинаться активнее, чем в течение дня. Даже утром мы слишком сонные и не хотим просыпаться. И чтобы успокоить сына, мы разговариваем с ним. Тимур много о внешнем для него мире рассказывает ему, и он внимательно слушает, как и я.

Кидаю на мужа взгляд между передышкой от схваток. Разглядываю его… Тимур будет хорошим папой! Он такой заботой и любовью окутал меня и сына, что у меня даже ни на миг сомнений не возникает, что это будет не так. А еще какой-то год назад я думала, если не наоборот, то совсем не желала впускать этого мужчину обратно в свою жизнь. Точно не как своего мужа.

Усмехаюсь.

Мы поженились второй раз. Когда в ЗАГСе поняли это, посмотрели на нас, как на сумасшедших. Зачем вообще разводились, если через несколько месяцев снова узаконили свои отношения?

Но им не понять. Не им судить. Да и слушать, кточто скажет, не собираюсь. Это моя жизнь, и я нисколько не жалею, что семь месяцев назад согласилась вновь быть с этим человеком.

— Хочешь шоколадку? У меня где-то была, — неожиданно спрашивает меня Тим.

Я ни на секунду не сомневаюсь, киваю.

— Буду.

Он улыбается и тянется к бардачку, открывает его и, смотря на дорогу и крепко держа руль рукой, шарит по нему. Что-то находит и вытаскивает, а затем протягивает мне.

— Спасибо, — сдавлено мычу, когда новая схватка пронзает все тело.

Я морщусь, сжимаю зубы, чувствуя, как эта боль отдает в голову.

— Все хорошо? — обеспокоенно интересуется Царев.

— Все нормально, — успокаиваю его, хоть это совершенно не так. — Новая схватка.

— Потерпи, два квартала и мы на месте…

Тим прибавляет скорость, вдавливая педаль газа в пол, наверняка собирая все штрафы в городе, которые после придут нам. Но это меньшее, что нас сейчас должно волновать. Главное — наш малыш.

Прикладываю ладонь к низу живота, поглаживаю круговыми движениями и вместе с тем откусываю кусок шоколадки, предварительно распаковав ее из упаковки.

От сладкого сын еще сильнее начинает активничать, ударяя своей маленькой ножкой мне под ребра. От неожиданности и боли я вскрикиваю.

— Что? — испуганно вскрикивает Тим, оборачиваясь на меня. — Что такое, Арина?!

— Все хорошо, — шумно выдыхаю. — Просто нашему сыну не терпится появиться на свет.

Машина резко останавливается. Я, не понимая, что происходит, устремляю свой испуганный взгляд в макушку мужа. Что происходит?