Почётным маршем, в траурных шагах,
Несут «двухсотый», тихо, на руках.
И Президент с экрана говорит:
"Наш СУ, двадцать четвёртый, подло сбит..."
Кометою прошел по небесам,
Сменив, для экипажа, адресат.
Мы видели последний ваш полёт;
Где в купола бил, злобно, пулемет.
На помощь, дух «Нормандии», позвал.
Он в матушки, России, почивал.
Он добрым очагом, ютился в вас,
И воспылал в душе, в тревожный час.
Воскрес, чтоб небо честно защищать.
Пилот ему не может изменять.
Но подлый, турок-летчик, янычар;
Порыв душевный, смертно, оборвал.
Вам смерть взглянула, наглая, в лицо,
И облачила, саванным - свинцом.
Из лучших, вырвав, только одного,
Вспоров, в полёте, Ангелу крыло.
Но просчитался хитрый, грешный, враг.
Ваш подвиг, в них, вселил животный страх.
Пусть снятся им Суворов и Орлов,
Армады русских, доблестных, флотов.
Почётным маршем, в траурных шагах,
Покоится, «двухсотый», на руках.
Скорбит потоком, снежным, небосвод;
«Нормандия», по прежнему, живёт.
И дух её пилотов, ввысь, поднял;
В России он ещё сильнее стал.
Он верой дышит, с Богом, каждый час;
Ему, сейчас, нельзя уйти в запас.
Спокойно спи Герой России!
Мы небу Сирии простили,
Оно ни в чём не виновато.
Мы защитим его ребята.
Отредактировано: 02.05.2026