Жизнь с вампирами

#4

Глава 4

Это был огромный белый замок, который невозможно было обойти стороной, как бы ты не старался. Увидев его, ты больше никогда не сможешь забыть ту мощь, которую он дарит одним лишь своим видом. Такие дома можно пересчитать по пальцам одной руки. Они были построены из крепко камня, который не сломают снаряды войны и неуловимые годы, мчащиеся только вперёд. Под такими домами находились бункеры и тюрьмы, способные выдержать любую стихию.

Завывание ветра проносится по дому, как страшный вой призрака. Окна, тянущиеся вдоль всей стены, были начищены до блеска. Створки нескольких были распахнуты нараспашку. Здесь три этажа, каждый из которых шёл на уменьшение. Замок походил на пирамиду — большая основа и следующий кирпичик идёт на убывание. По бокам стоят огромные вышки с крышей, походящий на длиннющий купол. И все эти четыре этажа  были настолько огромными, что замок уходил далеко в небо.  

Ступив вперёд, я чуть не врезалась в белый фонтан. В центре возвышалась статуя в виде молодого человека, радостно скачущего вперёд. В его руке был кувшин, из которого стекала вода, капающая во все сторону. Присмотревшись чуть ниже, я оторопела. Снизу сидели белоснежные люди с обтянутой кожей и впалыми щеками. Они тянули свои ладони к воде, но никак не могли до неё дотянуться.

Что за урод создал этот фонтан?

Брет толкает меня в плечо и я иду дальше, надеясь как можно скорее выбросить из головы костлявые тела этих людей. Это, как ни странно, происходит быстро, так как мое внимание привлекает другой человек.

Дверь замка открылась и оттуда домашней походкой в одних сланцах вышел пожилой мужчина, на голове которого виднелись седые волосы, зачёсанные не без помощи лака назад. Белый халат, доходивший чуть ли не до самых колен раскрывался после каждого шага мужчины.

— А вот и Доминик. — проговорил Люк, стоя позади меня.

Когда мужчина подошёл достаточно близко, я замерла, пытаясь не поддаваться отчаянию. Доминик без особого интереса осматривал мое тело, кривя губами и постоянно крутя в пальцах ручку. Замерев, я сделала вид, что для меня это совершенно нормально. Мужчина подходит чуть вперёд и касается своей грубой ладонью моего плеча. Выдохнув, я делаю шаг назад и врезаюсь в Люка.

— Так и думал, что ты выберешь меня. — слышу довольный голос парня.

Вскрикнув, я быстро делаю шаг вперёд и путаюсь в своих ногах, тут же приземляясь на каменную дорожку коленями. Упав на руки, я тут же заскрежетала зубами, но слезы сдержала, чтобы не доставлять этим людям ещё больше радости.

Я боюсь. Моё сердце без устали бьется в груди.

В моей голове всплывает молитва, за которую я тут же цепляюсь и прикрываю глаза.

Чьи-то руки без особой жёсткости поднимают меня на ноги.

— Крошка, открой глаза. Твои молитвы не спасут тебя.

Открыв глаза, я тут же уставилась на Доминика, чьи руки снова были при себе. Тут же судорожно начинаю прощаться со всеми своими близкими.

Кира. Моя дорогая подруга. Неужели это конец? Зная эту рыжеволосую, она будет проклинать меня за то, что я не успела написать завещание, в котором я отдала бы ей все свои фирменные шмотки.

Салли Свон. Сучка моя. Эта девушка захлебнётся своим ядом без меня. Как же она выживет?

Отец. Папочка. Прости меня за все!

— Свободны! — кивает Доминик и парни, находившиеся все это время за моей спиной, ушли.

Мужчина кивнул в сторону двери, из который вышел, и улыбнулся, показывая свои неглубокие морщинки. 

— Прошу, миледи.

Доминик закрыл за моей спиной дверь и прошёл вглубь комнаты, в которой было минимум мебели. В центре стояло огромное кресло, похожее на кресло стоматологов, в которое садится пациент и предоставляет все свои зубы врачу. Над ним висела огромная лампа, которую можно передвигать в разные стороны. Так же на кресле виднелись наручники (у рук, ног и талии). Чуть дальше я заметила железный столик с большим количеством ножиков разных размеров. Некоторые висели на стенах, а другие же лежали в небольшой круглой тарелочке.

Все были сделано как в фильмах ужасах. Сильнее обняв себя руками, я выдохнула.

— Присаживайся. — когда врач, как я поняла по халату, указал на это злосчастное кресло, я качнула головой.

Нет-нет. Я не хочу так умирать.

Меня много раз могли убить, изнасиловать, искалечить, но только сейчас я поняла, что и вправду могу умереть. Могу больше не квидеть людей, животных, да и вообще весь мир.

Я не готова к этому. Пытка — самое ужасное наказание. Уж лучше упасть в лаву или выпить гору таблеток, но никак не это кресло с ножами и ремнями. Нет. Я не смогу это пережить.

Сделав пару шагов назад, я наткнулась на ручку двери, закрыта. Логично. Он же сам её и закрыл. Из глаз потекли слезы. Ведь если бы они хотели убить, уже убили бы? Развернувшись лицом к двери, я начала громко кричать и стучать по ней. Несколько раз я попыталась выбить её ногой, но от этого только ступня начала болеть. Упав на колени, я заплакала ещё громче.

Почему я так много плачу? Бешу сама себя.

— Зачем я вам? Это из-за отца, да? — мой голос такой тихий, что мужчина мог даже его не услышать. — Позвоните ему. Он согласится на все. — шепчу я чуть громче.

— Обязательно позвоню ему, но сначала присядь. Я осмотрю твои колени и ладони, чтобы зараза не попала в кровь.

Удивлённо поворачиваю голову и смотрю на Доминика. Он замечает мой неуверенный взгляд и дарит совершенно обычную улыбку, от которой не хочется бежать с криками. А может, все маньяки такие.

— Я не собираюсь тебя убивать или насиловать. У меня сейчас вообще сериал идёт, так что мне не до тебя. — говорит он, складывая ладони на кресле. — Давай, садись.

Я снова перевожу испуганный взгляд на кресло.

— Вы можете осмотреть мои колени здесь. Это кресло явно нужно не для этого.

Он судорожно душит меня, а потом приспускает свои темные джинсы, видневшиеся из под халата.