Жизнь в объятиях музыки * История Флориана

V

Утро было солнечным и тёплым, на небе не было ни облачка, но небольшие лужицы во дворе и влажный пол на террасе говорили о том, что ночью прошёл хороший дождь.

Флориан не слышал шума дождя, стучавшего в окно, – когда он проснулся и взглянул на часы, то очень удивился – было уже без четверти десять. Так долго он спал только в детстве, когда гостил у бабушки! Выглянув в окно, Флориан увидел в цветнике профессора Мирского, который осторожно стряхивал с любимых роз лишнюю влагу.

  – Что ж вы меня не разбудили, профессор? Так я мог проспать до самого вечера!

  – Ну, и спал бы себе! Ты ведь приехал сюда отдыхать, если мне не изменяет память, не так ли?

  – Да, но было бы непростительно проспать целый день. Какие у нас планы на сегодня?

  – Для начала спускайся вниз и выпей стакан молока. Алесь с утра поехал по делам в город, а по дороге заскочил на минутку и оставил нам банку со свежим молоком. Кстати, мне тоже нужно съездить на пару часов в город. Позвонил мой старый приятель, дирижёр местной филармонии, и попросил о встрече. Он как раз подбирает сейчас молодых талантливых музыкантов для своего оркестра, и хочет, чтобы я порекомендовал ему кого-нибудь. Составишь мне компанию? Захочешь — пойдёшь со мной, а не захочешь, прогуляешься по городу, пока мы с ним будем решать наши вопросы.

  – С удовольствием поеду с вами, только умоюсь и оденусь!

  – Не торопись, мне тоже нужно переодеться и привести себя в порядок, не поеду же я в город в рабочем комбинезоне и соломенной шляпе!

  К полудню Флориан с профессором уже были в городе. Раньше Флориану никогда не доводилось бывать в этих местах, и он даже не мог предположить, что с первого взгляда влюбится в этот древний город, утопающий в цветах и зелени.Оставив машину на стоянке, Флориан с профессором вскоре оказались на Ратушной площади, откуда до филармонии было рукой подать.

  – Пока вы будете решать с вашим приятелем свои вопросы, я прогуляюсь по городу. В какую сторону мне лучше пойти? Впрочем, думаю, это не имеет большого значения: в какую бы сторону я не пошёл, наверняка, увижу немало интересного! – сказал Флориан.

  – Несомненно! Но, учитывая, что времени у тебя не так уж много, лучше пойти на Замковую гору. Это недалеко, в пяти минутах ходьбы отсюда. На горе находится красивый средневековый замок и с неё открывается великолепный вид на набережную.

  – Замечательно! Значит, я направляюсь на Замковую гору!

  – Встретимся через час на этом месте. Думаю, этого времени нам с Максимилианом хватит на то, чтобы обсудить все наши вопросы, но если вдруг я задержусь, подожди меня в кафе напротив.

  Прогулка Флориана оказалась короткой: стал накрапывать дождик, и он вынужден был вернуться, чтобы укрыться в кафе. Все места за столиками были заняты. "Не повезло! " – подумал юноша, и уже собрался было уйти, но тут место за одним столиком освободилось, и молодой человек в лёгком летнем костюме светло-кофейного цвета любезно пригласил Флориана сесть рядом с ним. Поблагодарив, Флориан сел и заказал своё с детства любимое лакомство – взбитые сливки с шоколадом.

Почувствовав, что молодой человек не спускает с него глаз, Флориан тоже стал присматриваться к нему. Это был сероглазый, аккуратно подстриженный шатен с небольшими усиками. В какой-то момент их взгляды встретились и они, слегка смутившись, опустили на миг глаза, но затем снова посмотрели друг на друга и искренне улыбнулись.

  – Простите, Бога ради, Флориан, что я так бесцеремонно разглядывал вас.

  – Вы меня знаете?

  – Конечно! Я ваш преданный поклонник! Вот уже несколько лет я неотрывно слежу за вашим творчеством и стараюсь не пропускать ни одного вашего выступления! Я так разволновался, когда вас увидел! Мне до сих пор не верится, что передо мной сам Флориан Гордеев – величайший скрипач современности. Простите, я не представился, – Стефан Кольбергер, журналист.

  – Спасибо, Стефан, за такой восторженный отзыв, но, поверьте, вы сильно преувеличиваете. Возможно, я и вправду неплохой музыкант, но до того, чтобы меня называли великим, я ещё явно не дорос.

  – Не скромничайте! Вам, конечно, трудно судить о том, как вы играете, но я слышал игру многих прославленных скрипачей, и могу сказать, что лучше вас на сегодняшний день нет никого! Вашу игру можно сравнить, разве что, с игрой таких гениев, как Яша Хейфец и Фриц Крейслер.

Услышав имя Крейслера, Флориан почувствовал, как его руки слегка задрожали. И не потому, что Стефан сравнил его с гениальным скрипачом, а потому, что он тут же вспомнил Алёшу.

  – Вы не первый, кто говорит мне это! Если это действительно правда, то я не имею ничего против.

  – На прошлой неделе мне посчастливилось быть на вашем первом большом концерте! Это было что-то невероятное! То, что вы вытворяли на сцене со своей скрипкой, иначе, как магией, не назовёшь.

  – Ей-Богу, Стефан, ещё несколько таких восторженных фраз и, мало того, что вы вгоните меня в краску, так я ещё и поверю в то, что я действительно гений! – рассмеялся Флориан.

  – В моих словах нет никакой лести, дорогой Флориан, поверьте! И я счастлив, что могу сегодня сказать вам всё это! – ответил Стефан, одаривая Флориана взглядом, в котором читалась неподдельная симпатия.

  Флориан смотрел на Стефана, и чувствовал что в душе у него зарождается искренняя приязнь к молодому человеку, который ещё несколько минут назад был ему совершенно чужим. Он, так тяжело сходившийся с людьми, а после смерти Алексея и вовсе не стремившийся ни к какому общению, сам диву давался этому внезапно возникшему чувству.

  – Коль уж вы мой преданный поклонник, давайте не будем обременять себя светскими манерами, а общаться, как старые, добрые друзья на "ты". Согласны?

  – Конечно, согласен!

  – Так значит, ты журналист... Признаюсь, я не очень-то жалую вашего брата.

  – И чем же мы заслужили твою немилость?