Жизнь в объятиях музыки * История Флориана

XI

Двери церкви были приоткрыты, служба уже началась, и Флориан немного смутился, что опоздал к её началу, но когда увидел, что следом за ним идут ещё несколько человек, успокоился. Поднявшись по ступенькам, он в нерешительности остановился в притворе: - "Я ведь совсем не знаю, как вести себя в церкви, что нужно делать, и как молиться... Кроме "Отче Наш" я не знаю ни одной молитвы, да и её-то я выучил только после знакомства с отцом Давидом."

- Проходи, сынок, проходи, не стой в дверях! - послышался чей-то ласковый голос, и, оглянувшись, Флориан увидел рядом с собой миловидную женщину лет пятидесяти, - Ты, видать, впервые в нашей церкви, никогда раньше тебя не видела.

- Я не здешний, - ответил Флориан, и, вежливо улыбнувшись, прошёл внутрь.

Народу было не много. С утра приходили в основном старики да старушки, а их в Журанах осталось уже совсем мало. Лишь в праздники да по воскресеньям храм был полон. Чтобы послушать проповеди отца Давида, молва о  котором разлетелась по окрестностям, люди приезжали  из ближайших деревень и даже из города.

На кандиле - большом подсвечнике, излучая медовый аромат, горели свечи из натурального воска, а из серебряной кадильницы доносился сладковато-пряный запах ладана. Смешанные вместе, эти волшебные запахи создавали такую невероятную энергетику, что, поддавшись её влиянию, Флориан совершенно забыл, где он находится. Лишь спустя несколько минут он  услышал мелодичный, похожий на звук арфы, голос отца Давида, и попытался вникнуть в суть того, о чём тот говорит. Жадно вслушиваясь в каждое слово батюшки, юноша чувствовал, как тает, словно воск, его сокрушённое сердце, а на глаза наворачиваются слёзы.

Вдруг Флориан ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Он повернул голову, и чуть не вскрикнул от неожиданности, - в нескольких шагах от него стоял Стефан.

"Вот это встреча! Как он здесь оказался? - подумал Флориан, и тут его осенило: он вспомнил, как Елена Михайловна рассказывала про Елисея, журналиста, который привёз её в Жураны, и про его скромного, коллегу, который присоединился к ним в N. - Как же я сразу не догадался, о ком идёт речь?"

Если бы они не находились в церкви, то, на радостях, бросились бы сейчас обнимать друг друга!

Между тем отец Давид закончил свою проповедь, да и сама служба вскоре подошла к концу, и прихожане стали не спеша выходить на улицу и расходиться по домам.

В церкви остались только Флориан со Стефаном и ещё один молодой человек, - кареглазый, выше среднего роста, с орлиным профилем и шапкой густых волос цвета жжёного янтаря на голове. Судя по тому, как непринуждённо он общается со Стефаном, Флориан понял, что это и есть тот самый Елисей, которого так хвалила Елена Михайловна.

К ним подошёл отец Давид:

- Мир вам! Рад вас видеть в доме Господнем! С Флорианом я уже имел счастье познакомиться, а вы, надо полагать, те самые молодые люди, о которых с такой теплотой отзывалась моя мама? Знаю, что один из вас - Елисей...

- Елисей - это я, а это - мой коллега Стефан. Это он сагитировал меня пойти в церковь...

- Вы не любите бывать в церкви?

- Да не то что не люблю, просто всякий раз когда я прихожу сюда, у меня возникает множество вопросов.

- На каждый вопрос есть ответ.

- А разве в религии можно задавать вопросы? Я всегда думал, что если человек, придя в церковь, в чём-то сомневается и начинает задавать вопросы, он, тем самым, подвергает сомнению церковные каноны и догматы, а это уже ни что иное как ересь, не так ли? В Библии сказано, что человек создан Богом по его образу и подобию, и ему присуща способность мыслить и проявлять свою свободную волю. И тогда возникает вопрос: если человек имеет возможность выбирать, не ограничивает ли он тем самым всесилие Бога?

- Как раз наоборот, - этим он утверждает неограниченность подаренной ему Богом свободы! - ответил отец Давид, - Мне будет интересно с вами поговорить, Елисей. Вы надолго приехали?

- Нет, только на выходные. Захотелось повидать родителей. Но я непременно приду ещё, если у вас найдётся для меня время. А вы будете сегодня на вечере у профессора Мирского? Елена Михайловна пригласила нас со Стефаном...

- К сожалению, сказать сейчас  точно я не могу. Всё будет зависеть от того, как будет чувствовать себя моя жена. Ей скоро рожать, и в её положении посещать любые, даже самые замечательные мероприятия, не совсем удобно. Но если мы не увидимся вечером, то приходите сюда завтра...

- С удовольствием, батюшка!

- И вы тоже любите задавать много вопросов? - с улыбкой обратился настоятель к Стефану.

- Я с младенчества бываю в храме, отец Давид. Не скажу, что я истинный христианин, но я верую в Иисуса Христа и стараюсь жить по его заповедям.

- Все мы не без греха, Стефан. Даже самые великие святые и подвижники благочестия всегда говорили о себе с некоторым уничижением, показывая тем самым своё несовершенство перед Господом. Но ведь Иисус не требует от нас, чтобы мы были идеальными. Он только просит, чтобы мы наполнили свои сердца любовью и милосердием...

Выйдя на улицу, они ещё немного поговорили, после чего батюшка, извинившись, что вынужден покинуть такую приятную компанию, поспешил домой.

- Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, Стефан! - дал волю своим чувствам Флориан, обнимая друга, - Я звонил тебе несколько раз, чтобы пригласить на сегодняшний вечер, но телефон молчал, а ты, оказывается, сам приехал!

- Дома сейчас никого нет. Мама на прошлой неделе переехали до октября на дачу, поэтому ты и не дозвонился. Но теперь это уже не имеет значения, ведь мы уже встретились. Когда мы сидели в кафе, ты ничего не сказал мне про Жураны, а я в тот момент ещё не знал, что Елисей предложит мне поехать с ним.

Елисей молчал. Он боялся нарушить трепетный восторг, что сиял в глазах встретившихся друзей. Незаметно улыбнувшись, он  с искренней радостью подумал о том, что наконец-то сбылась заветная мечта Стефана,  - он познакомился и подружился со своим кумиром, и вряд ли найдётся сила, способная помешать этой дружбе.