Жизнь за царя

Глава 35.2

Ольга рассеянным взглядом смотрела на простирающуюся перед ней водную гладь. Она стояла на деревянном понтоне в паре метров от берега, возле её ног, словно ручная, сидела жирная откормленная чайка, из беседки доносился звонкий голос наследного Принца, лилась нежная мелодичная музыка, однако мысли юной княжны были на редкость минорными, а на душе отчаянно скреблись кошки. Впервые за всю свою сознательную жизнь Ольга грустила, и вовсе не из-за разговора с отцом, хотя по приезду во дворец беседа с ним получилась чрезмерно неприятной. Не стесняясь в выражениях, что случалось с ним крайне редко, тот учинил дочери грандиозный разнос на тему её самовольного отъезда в Тверь.

«Ты хоть понимаешь, что ты творишь, Оля? - практически беззвучно, но излишне эмоционально прокричал Леонид Петрович, закрывшись с любимой дочерью в ванной комнате. - Она больше не твоя подруга, Оленька, ты хочешь угодить в «Христилию» за связь с изменницей Короны? Я бы так не уповал на твою детскую связь с Его Величеством! Он не твой дружок, Он твой Им-пе-ра-тор! Не «папкай»!»! А твой звонок на телефон Его Величества? Ты совсем страх потеряла, дочь? Кто дал право тебе тревожить Монарха, с каких таких кренделей ты решила, что вправе лезть к Государю со своими соболезнованиями?».

Разумеется, отец вскоре сменил гнев на милость, но разговор оставил неприятный осадок, вдобавок в почтовом ящике, в который княжна не заглядывала с момента прилёта в Эмираты, Ольга Леонидовна обнаружила письмо от матери ожидающей казни Саши Петровой. В нём убитая горем мать слёзно умоляла испросить у Всемилостивейшего Монарха замены смертной казни на пожизненное заключение, изыскав способ повлиять на будущую Императрицу, чтобы та вымолила в качестве подарка на свадьбу высочайшее королевское помилование. Но самая главная причина душевного разлада был даже не выговор отца - Ольгу терзала разлука с Игорем Первым: княжна беспрестанно вспоминала вкус царских губ, бередя и без того растревоженное сердце тягостными воспоминаниями о спонтанном поцелуе с обожаемым всем королевском Солнцем Империи.

«Да, что я могу сделать? Так Его Величество меня послушает! Он уже принял решение, Указ подписан! Правда, помиловал же он Томаса, но по факту Том не проходил под грифом «особо опасен - потенциальный цареубийца». Просить невесту Императора?! Какая глупость: - Ах, Ваше Высочество, выпросите помилование для любовницы Вашего жениха!»... Чем я помогу, вот же странные люди, воля Государя священна! Саше надо было головой думать, прежде чем подсовывать в бар отравленную бутылку с водой. А Его Величество улетел и даже не попрощался со мной! Боже, о чём я думаю, кто я такая, чтобы Повелитель Империи снисходил до меня!?! Прав папа, я страх потеряла! Да, потеряла, когда осмелилась поцеловать Его! А он стоял совсем рядом, дотронься рукой и всё! Такой невообразимо красивый, даже немного потерянный!!! Я же видела!».

- Здравствуй, Ольга! - раздался за её спиной нежный голос английской Принцессы.

- Ваше Высочество, - княжна обернулась, тотчас приседая в глубоком реверансе. - Я задумалась, простите, не услышала Ваши шаги!

- Заливом любуешься?

- Да, Ваше Высочество!! Вода меня с детства завораживает!

- Меня тоже! Здесь очень красиво, я бы сказала безумная красота, как с полотен гениального художника: эти блики на воде, дрейфующие толстенькие чайки...а у нас в Лондоне? Туман, Тауэрский разводной мост над Темзой, да, безусловно, там тоже есть чайки, но я много смотрела видео про Петербург... Нева живая, а Темза почти мёртвая! Я всегда мечтала о России... маленькая была, так представляешь, всё время перед сном представляла: вот вырасту и выйду замуж за Принца Игоря!! Так что мечтай, мечты имеют тенденцию сбываться!

«Моя мечта сбылась - я поцеловала твоего жениха, а замуж ещё выйти надо, шпрота балтийская!» - с чарующей улыбкой на преданном лице подумала Ольга, изнемогая от вспыхнувшей нелюбви к миловидной прелестной дочери короля Вильгельма.

- Позавтракаешь с нами? - Хелен Букингемская царственно протянула своей почти ровеснице руку для поцелуя. - Ты, я, Егор и Алеся.

- Премного благодарю! - Ольга приложилась к холёной ручке восемнадцатилетней белокурой Принцессе, ощутив, как необъяснимое чувство зависти, словно шильцем кольнуло её прямо в сердце. - Ваше Высочество, Вы делаете меня счастливой!! Огромная честь завтракать в Вашем обществе!

- Пойдём, - Хелен властно взяла княжну под руку. - Мы с тобой почти на одной ступени, ты дочь князя, я твоя Императрица, полагаю, мы сможем прекрасно дружить!

- О, Ваше Высочество...

- Почему бы нет? У меня в Лондоне осталась моя лучшая подруга, Августина, дочь лорда Твинпикса. А ты, как я слышала, дружила с Принцессой Дианой! О, вижу, ты о чём грустила? О судьбе Дианы? Это так печально! - Её Высочество взмахнула пушистыми тёмными ресницами, пристально разглядывая фарфоровое личико княжны. - Ты из-за неё так расстроилась?

- Вам показалось, Ваше Высочество, - благоразумно сказала Ольга, закусив губу.

Но чем ближе подходили княжна с принцессой к беседке, тем острее Ольга чувствовала своё одиночество: вдали от Императора Игоря Христенко ей хотелось выть в голос, да так, что даже потеря Принцессы Дианы её не так печалило, как невозможность видеть всемогущественное русской Солнце.

«Успокойся, Оля! - уговаривала сама себя княжна, проклиная за слабохарактерность. - Подумаешь пару раз увидела Императора близко за последние пару лет. Нечего было целоваться, вот теперь живи с этим, ревнуй к Её Величеству, завидуй! Надо налаживать контакты с Императрицей, прав отец, неплохо бы стать её подругой, пока Алеся меня не обошла - во дворце без протекции - ты полный ноль! Что есть княжна, если...».